Спектакль

Калека с острова Инишмаан

Пьеса об острове, с которого навсегда можно сбежать только на тот свет, — фаворит сезона, как и сам ее автор, ирландец Мартин МакДонах. Калекой Билли в его пьесе называют семнадцатилетнего сироту на воспитании у двух старух. Но, если честно, немного калеками на этом острове кажутся все, по крайней мере так островитяне — старухи, подростки и мужчины — выглядят в экспозиции спектакля. И все они к финалу кажутся немного святыми.

Родители Билли уплыли в море, оставив на берегу новорожденного сына, и куда они уплыли — никто не знает, может, в Америку, вероятнее всего, утонули. Так и сын их однажды уплывет с острова — сниматься в голливудском кино. Но потом вернется домой, и понятно будет, что он тоже не жилец.

Если из вышеописанного вытекает, что «Калека» душераздирающая история, то, извините, это МакДонах. Студенты курса Марка Захарова, с которыми режиссером поработал их преподаватель Роман Самгин, играют эту историю гомерически смешно. Студентам позволили то, за что еще лет пять назад их оставляли без сладкого, — передразнивать старших. Лучше всех в этом преуспела Александра Виноградова, чью едкую, как уксус, героиню, девяностолетнюю алкоголичку, время от времени вывозят на сцену в инвалидной коляске. Тому, кому пришлось играть своих ровесников, тоже не дали остаться самим собой. Девочка из хорошей семьи Мария Маркова вгоняет зрителей в краску, играя семнадцатилетнюю оторву Хелен. Заглавная роль досталась Александру Кащееву, который взялся воспроизвести какой-то адский медицинский диагноз: у него нарушены не только координация движений и подвижность, но и речь. В первую минуту, когда все это студенческое шоу уродств выдвигается на сцену, хочется бежать куда подальше. Но дальше — легче. Актеры держатся за свои, так сказать, маски, как старики за костыли: так им легче выходить на сцену. Постепенно они входят во вкус, в игре появляются сначала смысл и легкость, затем здоровый юмор, затем и нешуточный драматизм. И если ту границу, что отделяет характерность от кривлянья, они чувствуют не всегда, то граница между драматизмом и слезливостью, слава богу, у них под надежной защитой.