Летом 1944 года войска Красной армии вплотную подошли к западной границе СССР. По ту сторону границы противник готовил контроперацию. Разведка дислокации немецких войск у границы была стратегической задачей первостепенной важности. Однако из 18 разведчиков у лейтенанта Травкина остались только он да сержант. Поэтому командование высылает подмогу — один неуч якут (снайпер), один тщедушный шахматист со знанием немецкого, один бывалый, но хромой, всего — семь голов. Короче, та еще великолепная семерка выходит ночью в рейд. Как только осветительная ракета, за которой напряженно следят праведные и правые славянские глаза лейтенанта Травкина, падает с черного неба в лес и начинает переливаться за ветками, пока сполохи ее не сложатся в титр «Звезда», а тревожный тремор оркестра — в щемящую мелодию Рыбникова, попадаешь в детство. Симфоническое кино, монолитные чувства, жизнь прекрасная, какой она может быть только под дулом вражеских ружей, любовь, которая — нежное эхо друг друга. Режиссеру Лебедеву и самой киностудии «Мосфильм» удалось повернуть время вспять. Не они первые озадачились тем, чтобы вернуть на экраны интонацию советского кино — что разумно, раз новые времена не выдвинули достойного кинослога. Но им первым это удалось. Это кино смотришь без рефлексий, но — замирая от страха, негодуя на зверства, плача без стыда. «Звезда» — это позывной отряда разведчиков; слова «Звезда, ответьте Земле», стократно повторенные над безответным ночным лесом, складываются не в военные переговоры, а в общение стихий. Как некогда в «Тегеране-43», в «Судьбе», в «Особо важном задании», где любовь земная — на самом деле физический закон, из-за которого совершает свое вращение Вселенная, а верность, долг, совесть — никакие не абстракции, их можно пощупать руками. И великолепная семерка здесь, конечно, ни при чем. Это — семеро смелых вышли под прицел объектива.