Фильм

Три лика страха

Все киноальманахи плохие – так звучит старое правило киномана. Альманах Бавы – тоже не очень – в большей степени из-за средней новеллы про вурдалаков (между прочим, экранизация повести Толстого). Первая и – особенно – последняя новелла офигенна. Первая – чистый Хич по духу и форме. Телефон – центральная точка. Он звонит. Голос угрожает (привет «Крикам» - я их тоже пересмотрел на неделе, расскажу потом). Девушка в панике. Заканчивается все резней. Вот и вся история! Но как же легко она снята! Это тоже, конечно, игрушечный хоррор, фильм-игрушка. И по стилю – совершеннейший кэмп (так, как Бава снимал кэмп, даже не думая об этом – не снимал никто и никогда). Третья новелла вызывает по цветам в памяти «Суспирию» Ардженто, и по нагнетанию ужаса из ничего вообще – тоже. Третья новеллы «Капля воды» это хоррор вида «в красном, красном доме стоял красный гроб на колёсиках». И глядя на то, что вытворяет тут Бава, очень жалеешь, что не снял он наши пионерские страшилки! Героиня крадет перстень с пальца мертвеца, и теперь призрак преследует ее. Как и в «Оно» - проклятие передается по наследству – персонажи крадут перстни у мертвых, мертвые дышат на них ужасом. Но все это было бы просто «мило», если бы не герой Карлоффа, который запаралелливает все новеллы в чудесную сказку из уст доброго дедушки. В самом начале он пугает зрителей в кинотеатре, мол, а как вы потом будете возвращаться домой! У-у-у – вращает он глазами. В финале его персонаж (т.е. сам Бава) откровенно стебется, потому что сцена с едущим в темном лесу Карлофом превращается, превращается – в игрушечную самодеятельность: сосенки несет на себе и бежит вокруг камеры съемочный персонал. Фактор четвертой стены, падающей перед зрителей, тут выстреливает блестяще: милые мои, говорит Бава этим финалом так, как говорил бы добрый дедушка внучкам, рассказав страшную-страшную сказку про красную-красную комнату, отчего внучки попрятались под одеяло, милые мои, спокойной вам ночи! Спокойного вам, дети мои, сна! Хочется сразу расцеловать Баву с Карлофом как мировых бабаек, лучших вообще бабаек на всем белом свете.

Три истории на ночь от основателя итальянского джалло Марио Бавы, выполненные в разной стилистике.Первая история о девушке, которой постоянно названивает некто из ее прошлого и угрожает убить (очаровательная Мишель Мерсье).Вторая история о вампирах из сельской русской глубинки (вдохновленная повестью А.К.Толстого).И третья-о том, что нехорошо воровать у трупов (они могут вернуться и покарать вас за это).
В англоязычном прокате фильм шел под названием Black Sabbath, то есть черная суббота, также потом была названа знаменитая британская хард-рок группа.Эта картина вдохновила на творчество американского режиссера Мартина Скорсезе.

Три истории от одного из пионеров жанра джалло. Впрочем, в этот раз все три истории находятся скорее на территории фильмов ужасов, а зачастую и вовсе просто триллера. Девушка приходит домой и слышит телефонный звонок. Казалось бы, ничего страшного он ей не предвещает, но как только она снимает трубку, то начинает слышать жуткий голос, который грозит ей смертью и расправой. Сначала она особо не придает этому значения, посчитав не самой удачной шуткой, но когда тот начинает точно описывать ее поведение в доме, все оказывается гораздо более серьезным. В румынской деревеньке живет странная семья. И без того необычные люди вынуждены жить со стариком, который периодически прячется в лесу и которого подозревают в неких мистических преступлениях, а название новеллы «Вурдалак» дает недвусмысленный намек о природе стариковской прыти. Недалекая умом девушка, работающая сиделкой у пожилой дамы, решает, что имеет полное право забрать кольцо с хладного трупа старушки. Понятное дело, этого делать не стоило.

Один из лучших фильмов-ужасов, сделанных в Италии на тот момент и один из важных для истории европейского готического кино вообще. Да, в «Вурдалаке» есть очень красиво снятая сцена с закатом на фоне руин, что вполне в духе как раз европейского наследия фильмов ужасов. Но, с другой стороны, это и классический фильм Марио Бава, которого в данный момент, как это видно из названия, интересует именно лицо страха, испуганных людей, поэтому ничего удивительного в том, что ни один рассказ пугать зрителя не собирается. У него другие цели – анатомическое исследование мышц лица человека в состоянии смертельного ужаса.

Другой достопримечательностью фильма является присутствие тут самого Бориса Карлоффа, который не только играет в одной из новелл, но и является полноправным конферансье на этом кордебалете ночных кошмаров и пугающих историй. Впрочем, бояться не получится. Во-первых, рассказы скорее напоминают исследования филолога или попытку найти источник пугающего (дом – это не всегда самое безопасное место, в лес ночью лучше не ходить, а странные старые люди на самом деле могут оказаться гораздо более странными, чем вам бы того хотелось). А во-вторых, завершающие кадры всего фильма показывают, что все это была всего лишь постановка, с вами был ваш Марио Бава, всем спасибо за внимание, приходите еще. И действительно, приходите. Да, у режиссера было много довольно неудачных работ, но удачи все компенсируют, поверьте.