Отрицательные отзывы о фильме «Стив Джобс»

Признайтесь, вы тоже не читаете имени сценариста в титрах. Сколько шуток придумано на тему незавидного положения людей этой профессии — возможно, важнейшей для кино, сравнительно низко оплачиваемой и не дарящей ни счастья, ни славы! Поэтому сразу надо сказать со всей определенностью: «Стив Джобс» — фильм, созданный Аароном Соркиным. Именно он, автор культовых сериалов «Западное крыло» и «Новости», получивший заслуженного «Оскара» за нашумевшую «Социальную сеть», взялся превратить причудливую жизнь Стива Джобса в киносценарий. От биографии Уолтера Айзексона здесь остались лишь некоторые факты, и неизвестно, насколько значительное участие в работе принимал выступавший в качестве консультанта Стив Возняк. Факт в том, что режиссеры (поначалу, естественно, продюсеры хотели Дэвида Финчера) и актеры (от Леонардо ди Каприо до Кристиана Бейла) сменяли друг друга, а костяком будущей картины оставался исключительный сценарий Соркина. Потом устаканилось: постановщик — Дэнни Бойл, в главной роли — Майкл Фассбендер. Пока вопрос решался, успел выйти «Джобс: Империя соблазна» с Эштоном Катчером, ставки выросли. Впрочем, отступать было некуда. Злорадные киномаркетологи бросились сравнивать сборы двух фильмов и подсчитали, что второй «Стив Джобс» собрал лишь чуточку больше первого. Стоила ли овчинка выделки? После просмотра вопрос отпадет сам собой. Картина с Катчером была посредственной кинобиографией, типовой «историей успеха» и не более. В случае же с фильмом Соркина — Бойла мы имеем дело с концептуальной и сложной театральной пьесой, разыгранной средствами кинематографа. Свойственного байопикам упрощения или уплощения материала здесь нет в помине. Скорее, наоборот, за прагматической политикой жестких бизнесменов компьютерной империи вдруг стала виднеться иная, более глубокая и парадоксальная мотивация. Примерно то же самое Соркин раньше проделал с Facebook и Цукербергом.

Если его Марк в «Социальной сети» создавал свое детище, пытаясь справиться с комплексами, амбициями и в конечном счете с одиночеством, выведенный Соркиным Стив свое одиночество считает самым надежным признаком уникального дарования и в итоге — избранности. Он дал человечеству персональные компьютеры, чтобы каждый мог оставаться на связи с миром, не выходя из своей комнаты и оставаясь наедине с монитором. Джобс, как и его компьютеры, — замкнутая система, которую обычной отверткой не вскрыть. Об этом и главный его спор с добродушным Возняком; тот настаивает, что в машине должен быть максимум разъемов, чтобы она комбинировалась с любыми другими гаджетами, а Джобс не желает пускать в мозги (свои или компьютерные) никого и ничего постороннего.
В сценарии мастерски выстроен контрапункт персонального и публичного. У «Стива Джобса» трехактная структура. В каждый из исторических периодов герой готовится представить публике свое новое создание (в 1984-м Macintosh, в 1988-м «черный куб» Next, в 1998-м — iMac; эппломанам стоит учесть, что айподов, айпэдов и айфонов на экране они не увидят) — но в момент самой презентации действие прерывается, и осуществляется очередной временной скачок. Джобса мы видим только за кулисами, в преддверии самого действа. Но все-таки желанного одиночества нет: в дверь стучатся фобии, надежды, персональные фантомы — и не оставляют его в покое. В их ролях — те немногочисленные близкие, от которых, при всем его богатстве и всемогуществе, избавиться не удалось. Вот досада.

Друг — вышеупомянутый Возняк (Сет Роген, давно уже не только комик), что-то вроде персонифицированной совести, который пытается убедить Стива, что за успех стоит благодарить не только самого себя, но иногда и работавшую с тобой команду. Соратник — Энди Херцфельд (отличный Майкл Сталбарг, лучшая его роль после «Серьезного человека»), которым Джобс беззастенчиво помыкает, угрожает, шантажирует, не желая слышать аргументов и признавать чью-либо правоту. Босс — он же, по сути, приемный отец — Джон Скалли, бывший гендиректор Apple (Джефф Дэниелс, едва узнаваемый после «Тупого и еще тупее»): трудно понять, он предал Джобса или наоборот. Собеседник — Джоанна Хоффман (Кейт Уинслет), отвечающая за здравый смысл в безнадежном диалоге с деспотичной интуицией. Бывшая девушка Крисанн (Кэтрин Уотерстон, вторая ударная роль за год после «Врожденного порока»), неприятное напоминание о собственном несовершенстве. Дочь Лиза (ее играют три актрисы), в честь которой он то ли назвал, то ли нет одну из моделей своего компьютера. А на самом деле — его уязвимое альтер эго, инструкция, объясняющая, где у него кнопка. Не случайно же Джобс так долго отказывается признать свое отцовство.
Проще всего увидеть в «Стиве Джобсе» простенькое высказывание в таблоидном духе — дескать, был ваш гений мелочным жлобом и властным психом. Однако цинизма в фильме нет даже близко, его финал можно с полным правом назвать пронзительным. Но и голливудского приторного леденца о самом человечном человеке здесь искать не стоит. Скорее, как и «Социальная сеть», это тщательное, по-научному дотошное исследование того, как устроены герои наших дней, меняющие сознание миллионов и определяющие смысл понятия «современность». В конечном счете фильм о том, как небезупречность человеческой натуры заставляет гениев искать путь к совершенству. О той же проблеме Фауста и прочих алхимиков, шлифовавших без устали воображаемый философский камень. С презрением к людям, но ради их будущего, в тщетной надежде выпутаться из назойливой социальной сети.

Разумеется, подобные дарования встречаются не только в области компьютеров и высоких технологий. Сам Соркин, кажется, личность такого типа, драматург будущего, чьи тексты одновременно наследуют традициям едва ли не шекспировского театра — и представляют абсолютно новую модель коммуникации. Кастинг на главную роль тоже оказался безупречным. Ведь Майкл Фассбендер, в отличие от Катчера не обладающий ни малейшим внешним сходством с прототипом (что удачно подчеркивает театральную условность всей картины), изнутри сжигаем тем же невидимым огнем, той же непознаваемой энергией, о которой говорят знакомые и друзья покойного Джобса. Сейчас не очень и понятно, как можно присудить «Оскаров» в соответствующих номинациях кому-то еще, кроме Соркина и Фассбендера.

Единственный, кому чуть не хватило нужного темперамента, — собственно режиссер. Дэнни Бойлу под силу раскрасить три действия фильма в разные тона и сопроводить подходящей музыкой, но собственной концепции или идеи за этими стилистическими решениями не чувствуется. Что возвращает нас к исходной точке: постановщик здесь только исполнитель, а автор — сценарист. Именно он, если вспоминать слова Джобса, «играет на оркестре».