Рекомендации для вас
Гид выходного дняВсе
Популярно сейчас
Десятилетней давности, но самая известная и лучшая картина документалиста Михаэля Главоггера, умершего два месяца назад от малярии. Эффектное как визуально, так и по содержанию исследование условий труда в разных странах — от шахтеров на Украине и работников сталелитейного завода в Китае до мясников на нигерийском рынке.
| Документальный |
| 16+ |
| Михаэль Главоггер |
| 25 ноября 2005 |
| 2 часа 2 минуты |
| workingmansdeath.at |
Трейлеры и кадрыВсе
Режиссёр
Все
Как вам фильм?
Умное и ясное кино с очень цепкой картинкой и чудесным звукорядом Зорна. Западноевропейская рефлексия на смерть индустриального общества. С уходом коммунистической идеи состоялся плавный переход цивилизации к чёрно-белому постиндустриальному миру праздного идиотизма на Западе и беспробудного рабства на Востоке.
Гениальный «новый суровый реализм». На этом фоне сразу понимаешь, что обычное кино – это если и не сказка, то все равно миф. Миф о жизни, а не сама жизнь. По сути, такие фильмы знаменуют конечную точку, вершину эволюции – после которой менять надо уже не кино, а саму жизнь.
Но концовка подкачала – китайская история оказалась непонятным обрывком (китаезы, как обычно, напичканы руководящими установками, теперь это: мы движемся по пути прогресса, жить стало лучше, жить стало веселей), про Дуйсбург тоже непонятно – что-то несерьезное и чепуховое…
«Смерть рабочего» плохо идёт под поп-корн - это было бы слишком цинично. Документальные кадры, сложенные австрийцем Михаэлем Главоггером в двухчасовое неигровое кино, вряд ли оставят зрителя прежним. Если из колеи не выбьют, то дрогнуть заставят точно.
Персонажи "Смерти":
- чумазый украинский шахтер, которого безработица привела на заброшенное углевое месторождение;
- индонезийский бедняк, добывающий серу у жерла просыпающегося вулкана;
- нигериец, ежедневно купающийся в крови на местной скотобойне;
- пакистанец, «разделывающий» ржавые танкеры, списанные в утиль.
Эти люди не возьмут себе на надгробие слова Воннегута «Всё было прекрасно и ни капельки не больно». Им не было прекрасно, им было больно. Здесь те, которые, не ропща, признают, что рождены страдать, а хлеб без всякой метафоры брать кровью и потом. Но даже такие жертвы — это как слова на песке. Или как китайские иероглифы, написанные мокрой губкой на горячем асфальте.
У фильма глубокий экзистенциальный подтекст, но добраться до него не так просто. Навскидку можем предположить, что больше шансов у тех, кто сможет выдержать дюжину сцен с перерезанием козьих и коровьих горл без перекура.
