
Двое не слишком популярных в своем десятом классе американских школьников купили через Интернет винтовки, пули и гранаты, в один ничем не примечательный учебный день пошли в родную школу и разрядили обоймы в однокашников и учителей. 13 человек погибли. Все знают о Колумбайн. Документалисту Майклу Муру, взявшему в этом году «Золотую пальмовую ветвь» Канн, это происшествие дало повод для гневной кинопровокации «Боулинг для Колумбины» — про язвы американского общества. Гас Ван Сэнт, получивший за вольную экранизацию случая в Колумбайн — фильм «Слон», о котором мы бишь, — каннскую «Пальму» год назад, использовал его как предлог для элегии на неэлегичную в принципе тему «… подкрался незаметно». Его отстраненная зарисовка из жизни школы, заканчивающаяся пальбой, стоит перед глазами много дольше, чем муровская богато аргументированная проповедь.
«Слон» — штучка деликатная; ее зрительский потенциал выше предыдущего вансэнтовского «Джерри», где двое пацанов просто шли полтора часа по пустыне, пока один не умирал от жажды, а второго не подбирала попутка, лишь оттого, что в финале «Слона» есть несколько убийств из огнестрельного оружия, а посредине — сцена мальчишеского секса, правда, краткая и целомудренная. Режиссер самого романтического гей-фильма в истории кино «Мой личный штат Айдахо» (1991), в 1997-м он заработал кучу денег на успешном, стопроцентно американском «Умнице Уилле Хантинге», хотя руководило им не желание вписаться в истеблишмент, а благое намерение покровительствовать эфебам: дружки Мэтт Деймон и Бен Аффлек, тогда сценаристы-любители, получили с фильмом путевку в жизнь. Свалившееся на него богатство Ван Сэнт придумал тратить на некоммерческие кинопроекты про то, что интересно; а интересны ему, если кто помнит наше прошлогоднее интервью с режиссером: а) сверхдлинные планы Белы Тарра и Тарковского («Нужно дать кадру умереть по собственной воле»), б) структурализм («Киноязык, как и любой другой язык, — орудие диктатуры; я ищу в нем слабые места, чтобы сделать пробоину в диктате языка и так урвать у него хотя бы минуту полной свободы») и в) молодые лица. Потому что смерть, тема и объект наблюдения в «Слоне», — бомба с часовым механизмом, подброшенная в каждое тело, и с молодой кожей она составляет особенно зловещий контраст.
В прошлом году я назвал «Джерри» самым актуальным фильмом года наряду с «Необратимостью». «Слона» с «Необратимостью» роднит не только манера снимать одним планом 5-10-минутные эпизоды, следя камерой за героями, преодолевающими лабиринты коридоров, но и смысл: жизнь прерывается в одночасье, наши планы, заботы, намерения, наши грешность или праведность не имеют никакого отношения к траектории нашей смерти. Первая пуля, настигающая первую героиню, вылетает со стороны камеры, которая до этого отслеживала ее путь из раздевалки физкультурного зала через всю школу в библиотеку, наблюдая ее со спины; стоит девочке повернуться лицом к камере, пуля без промедления войдет ей в грудь. Смерть не ждет за углом, к которому мы следуем, — она ежесекундно дышит в затылок и выбирает момент для удара наугад.
Самый ангельский образ «Слона»: светлый юноша с той любовью в глазах, о которой пел Джордж Майкл в “Jesus to a Child”, рассматривает свежепроявленные пленки со снятыми им самим фотографиями. Целлулоидные оттиски — второй объект внимания сегодняшнего Ван Сэнта. Подобно Годару, он пытается «найти слабые места в киноязыке», отбрасывая на собственный фильм тени кинопредков. На поверхности «Слона», влажной от дождя, жухлой от палой листвы, льняной от белокурых прядей, играют отблески. «Психоза»: мальчик в душе за полупрозрачной шторой, его не убьют, но поцелуют — впервые в жизни; позже он сам застрелит друга, который его поцеловал. «Смерти в Венеции»: один из убийц-любовников соблазняет другого, играя на пианино бетховенское «К Элизе». «Долгих проводов»: очкастые девочки в гребнях и спортформах на переменке в школьном дворе; влажный зеленый пейзаж снят с оглядкой на Тарковского. И в то же время школьных фильмов ужасов «Крик» и «Я знаю, что вы сделали прошлым летом»: в сцене налета подростки поодиночке бродят по темным школьным коридорам, тревожно озираясь, шум дыхания выведен громче других на звуковой дорожке. Висконти и подростковый хоррор конца 90-х уживаются в пантеоне Ван Сэнта естественно, заставляя вспомнить Евтушенко: «Понял я, что тайно был причастен стольким людям сразу всех времен». И то и другое Ван Сэнт вспоминает с равной нежностью, ведь то, что сегодня кажется нам в кино обыденным, вульгарным и даже признаком деградации Голливуда, на глазах становится ностальгическим прошлым. Поколению «Крика» уже 25 лет, а фильмы, как и люди, увы, недолговечны.
При чем тут слон, спросите вы? Самое крупное земное млекопитающее появляется на пару секунд, в глубине кадра, в виде черно-белого рисунка, вырванного из учебника зоологии, который висит на стене в комнате мальчика-убийцы. Выбирая название, Ван Сэнт повел себя как Карлсон, который нарисовал лису и назвал картину «Мой любимый кролик». На вопрос Малыша, где же, собственно, кролик, Карлсон, если помните, ответил: «Лиса его съела». Вот об этом как раз и кино Ван Сэнта.

Мучайся от своего безразличия
Гас Ван Сент, безусловно, является очень талантливым и необычным режиссером, чьи картины интересно смотреть и анализировать. Лента «Слон», по моему мнению, должна была стать громом среди ясного неба. Довольно много слышал о нем от товарищей, читал в Интернете и журналах о кинематографе. Для усиления эффекта неожиданности и, как мне казалось, грандиозности даже не пересматривал тизер, чтобы все было еще более неожиданным, даже в плане операторской работы.
В целом полтора часа прошли не зря, и я не считаю их потраченными впустую. Очень понравилась кусковость съемки, рассказ истории со стороны каждого отдельно взятого элемента. Здесь была показана одна и та же ситуация, один и тот же момент, но глазами разных школьников, которые даже не всегда видели того самого «слона».
Но, к сожалению, меня несколько разочаровало некое внятное объяснение мотива. Истории главных действующих лиц, если их можно так назвать, были показаны только на поверхности. Я не режиссер Гас Ван Сент и мне, как зрителю, хотелось бы более глубокого анализа, а не одной единственной брошенной косточки. Хотя бы более глубокое развитие темы мотивов ужасной казни неповинных позволило проникнуть за стекло и полностью раствориться в сюжете. Кто-то, быть может, скажет, что издевательство – это достаточная причина для расстрела, но я категорически не согласен. Моральное убийство хотя и ранит больнее, но не является оправданием животной жестокости.

С миром авторского и арт-хаусного кино знаком крайне поверхностно — а оттого интереснее было обратить свой взор и на этот уголок кинематографа. Для ознакомления был выбран «Слон» Гаса Ван Сента — в первую очередь, фильм привлек внимание своим названием (довольно необычным, но вполне оправданным) и злободневной тематикой.
Хронометраж — чуть больше часа, однако, при этом, нельзя сказать, что смотрится «Слон» быстро и на одном дыхании. Вовсе нет — картине присуща определенная затянутость, которая, впрочем, оправдана постановкой проблемы — обычный, ничем не примечательный день, таким и выглядит вплоть до финала. Наше внимание концентрируется на обыденных действиях (проявка пленки, игра на пианино, прогулки по коридорам школы), показывая привычный ход жизни. И пусть наблюдать за этим порой довольно утомительно — все это с одной целью — донести до зрителя финал. Финал, в котором контраст жизни и смерти показан на удивление безжалостно и реалистично.
Актеры в фильме непрофессиональные, но так даже и лучше. Играть жизнь нужно именно так (хотя порой эмоций решительно недостает). Ведущих ролей нет, что лишний раз подчеркивает жизненность и реализм картины.
Операторская работа заслуживает особого упоминания. Несколько интересных удачных находок и единый стиль съемки обеспечили отличный визуальный ряд. Смотреть было приятно. Понравился и прием со съемкой «в обход» (секундные эпизоды из толпы чем-то напомнили такие картины, как «Столкновение» и «Вавилон»).
Что же касается финала — поражает равнодушная хладнокровность. И не только психопатов-подростков, но и самого режиссера. Минимум эмоций, сомнений, абсолютное презрение к человеческой жизни — порой становится действительно не по себе. С другой стороны — в жизни по-другому вряд ли бывает, а про реализм картины спорить бессмысленно.
Атмосфера угнетения, безысходности, исключительная жестокость и затянутость действия вкупе с логическими несостыковками все же изрядно портят впечатление от фильма. Да, все это оправдано, и снять «Слона» по-другому было невозможно — но тем не менее… Возможно, слишком уж на меня повлиял Голливуд.
На фильм в любом случае необходимо обратить внимание. Заявленные проблемы толковать можно по-разному, но все они так или иначе укрепились в нашем обществе — «школьные годы чудесные» отнюдь не всегда таковыми являются, и Гас Ван Сент заявляет об этом напрямую.
Что еще сказать? Это авторское кино. Резкая постановка вопроса и еще более резкие ответы — это одновременно и достоинство, и недостаток картины. Жестокая, но до боли реалистичная зарисовка из современной школьной жизни.

На мой взгляд, совершенно не заслужил этот фильм такого количества престижных наград, например, золотой пальмовой ветви и еще одного приза также канноского кинофестиваля за режиссуру. Начать пожалуй стоит как раз с нее, с режиссуры. Конечно, можно и нужно отметить, что Гас Ван Сентом был применен действительно очень любопытный прием — показать одни и те же события с разных ракурсов и со смещением акцента на какого-либо другого персонажа после n-ого повтора этой сцены. Выглядит это оригинально, но что касается всего остального, то тут просто тихий ужас. Герои фильма кажутся абсолютно бездушными существами, и отнюдь не в силу их смелого и решительного поступка в конце фильма. Им попросту не прописали каких-либо черт характера, отчего актерам просто нечего было играть; на протяжении всего действия можно сосчитать пару-тройку абсолютно бессодержательных и крайне скудных диалогов, которые и длятся то совсем недолго; поступок, например, двух подростков, устроевших «вендетту» над одноклассниками в финале, вообще никак не мотивирован. Поэтому, кстати, этот самый поступок выглядит в фильме скорее смешно, чем грустно, и не вызывает хоть каких-нибудь эмоций, я уж не говорю о сильном чувстве волнения, как это было к примеру, во время просмотра нашумешвего эстонского «Класса».
Ежели сравнивать эти два фильма (Мне так будет легче выразить основные претензии к фильму), то для меня тут превосходство картины Ильмара Раага над работой Гас Ван Сента, практически во всем, очевидно. В «Классе», если под конец фильма, перед финальной сценой расправы, было невероятно сильное напряжение, казалось, что вот-вот сердце из груди выпрыгнет, то последующий момент развязки был таким мощным ударом под дых. Эстонскому режиссеру в «Классе» удалось показать очень сильную, естественную жизненную драму, при том что он не использовал в повествовании всяких новоротов типа съемки одних и тех же сцен от лица разных персонажей. Он сделал абсолютно типичное по своей схеме кино и за счет этой простоты и выиграл. Все что ему требовалось — выразительно прорисовать характеры персонажей и безвыходность положения двух из них, загнанных в угол своими одноклассниками, и не нашедших для себя иного выхода, как покончить сначала с ними, а затем и с самими собой, что режиссер и сделал. Героями «Класса», в отличие от двух придурков из «Слона», двигало не банальное желание пострулять по живым мишеням, а чувство безысходности, что вызывало искреннее к ним чувство сострадания, когда же герои «Слона» смогли лишь вызвать к себе чувство отвращения и неприязни. Убитых же ими жаль не было, поскольку до этого ни одному из них Ван Сентом небыло уделено должного внимания; их так называемые проблемы и трудности школьных дней здесь носят формальный характер — они затрагиваются коротко и вскользь. Да и какие могут быть проблемы и характеры, когда есть такая крутая вещь как нестандартная съемка одних и тех же эпизодов?
«Слон» — кино пустое, безынтересное и, что самое обидное, слишком равнодушное. Его отстраненность, безэмоциональность была бы оправдана, если бы фильм нес за собой какую-то действительно важную или новаторскую идею. Социальная проблема в фильме, конечно, присутствует, но даже она здесь кажется формальной — Ван Сент не предлагают каких-либо вариантов решения заданной им же проблематики. Он просто сухо, приукрасив при этом картину музыкой Бетховена и спецэфической съемкой, выносит ее на обозрение, дескать «смотрите и будьте в курсе». Ну посмотрели. Ну в курсе. А что дальше то?
Есть мнение, что «Слон» — кино о смерти, которая как бы дышит в затылок каждого и в любой момент может нанести сокрушительный удар (Большую часть времени оператор снимает героев со спины). По мне так сия мораль, даже если она и подразумевалась режиссером, а не является лишь плодом фантазии одного из поклонников фильма, может помочь зрителю примерно столько же, сколько, если бы ему (зрителю) напомнили о том, что смысла жизни нет, так как рано или поздно тот все равно умрет. Это не философия жизни, и даже не философия смерти. Это простая констатация ненужного человеку факта. Ненужного потому, что лишнее напоминание о неизбежной смерти вряд ли будет способно помочь человеку в жизни.

Второй фильм трилогии о смерти. Гас Ван Сэнт снял драматический фильм о 2-ух школьниках разрушивших жизни одноклассников в результате школьной перестрелки.

Всё-таки решила посмотреть "Слона", так...для проформы. Теперь хожу и охреневаю...Охреневаю над тем, ЗАЧЕМ я его смотрела, ЗАЧЕМ его вообще снимали?! Охреневаю и негодую мордой в зеркало. Наверное, его нужно было смотреть перед "Классом". Но уж извините, теперь ничего не попишешь - читайте мои "фи". Ммда... Рассказывать особо нечего, но я расскажу...
Итак...
Посмотрев первые тридцать минут фильма, я начала негодовать - ничего не происходило, все тупо ходили и занимались своими делами. Дооооолго так, муууторно...ходииили....хооодииили по шкоооле...я подпёрла рукой голову и поняла, что негодовать бесполезно, т.к. фильм такой весь. Вобщем жили-были два мальчика...Кстати, непонятно почему они жили вместе, но это ладно...допустим так надо. Потом они заказали оружие через интернет и им его привезли на дом без зазрений совести. Потом они пошли в душ и начали целоваться о_О Ага, теперь ясно почему они жили вместе. Вобщем они пошли в школу и начали всех стрелять с кислыми минами. У остальных мины тоже были кислые, если их, вдруг, убивали. Реально, кому ж такое понравится? Ну убили половину, психически нездоровые мальчуганы, и присели, значит, хвастаться...потом одного убивают (кто - не поняла. Либо некто неизвестный, либо первый пацанчик). Ну и, собственно, фильм заканчивается на том, как мальчуган целится во влюблённую пару, спрятавшуюся в морозильной камере. Небольшой такой фильмик, ага.
К чему картинка афиши - вообще непонятно. А к чему название, я вообще ума не приложу ! о_О Нет, нет и нет...не люблю, когда после фильма абсолютно не остаётся ни впечатлений, ни эмоций...не над чем подумать, никого не жалко, ни за кого не больно и не радостно. Пус-то-та. Чушь.
Я дурак и профан. я ничего не понимаю, видимо, в хорошем кино ://

Один день из жизни школы. Один и тот же день, одни и те же ситуации показаны с точки зрения разных участников. Все они живут, общаются, говорят и решают по вседневные дела. Кто то идет, кто то бежит, но у всех один путь. И один конец этого пути. Смерть.
Школа это место где ритм жизни созвучен ритму биения сердца молодости. Где у подростков собственные комплексы перемешиваются с выпадами на комплексы окружающих. Где девочкам сложно прятать от родителей наркотики, а мальчикам сложно быть мальчиками.
Слон - символ мудрости, силы и благоразумия. Слон Гас Ван Сэнта показывает, что и сила и мудрость могут быть разными.