Москва
6.9

Фильм
Прикосновение греха

Tian zhu ding, Китай, Япония, Франция, 2013
Описание Афиши
Описание прокатчика
Экзистенциальный боевик о новом Китае

Спродюсированный Такеши Китано фильм китайского режиссера Цзя Чжанкэ, автора «Платформы», «Натюрморта» и других лент о современном Китае — реалистичных, но с легким галлюциногенным эффектом. «Прикосновение греха» —несколько новелл о поисках справедливости с неожиданными для этого автора фонтанами крови, драйвом, яркими костюмами и декорациями, но с присущей ему рефлексией на тему того, куда движется страна. Приз за лучший сценарий Канн-2013.

  • Прикосновение греха – афиша
  • Прикосновение греха – афиша
  • Прикосновение греха – афиша
  • Прикосновение греха – афиша
  • Прикосновение греха – афиша
Драма
18+
Цзя Чжанкэ
17 мая 2013
2 часа 13 минут
Реклама
Смотрите дома онлайн
Кино за 1 ₽ в онлайн-кинотеатре Okko
Смотреть в

Другие фильмы Цзя Чжанкэ

Участники

Читайте также

Рекомендации для вас

Популярно сейчас

Как вам фильм?

Отзывы

7
Сквонк
177 отзывов, 392 оценки, рейтинг 508
22 октября 2014

Китайский «антониони» до сих пор был известен мне своими артхаусными работами, завораживающими индустриальными пейзажами современной Поднебесной, иногда статичными планами, чаще многоплановостью и изысканной глубиной кадра – которыми он пытается писать сложность и запутанность жизни в капиталистическом (если быть честным) Китае. В кадре маленькие люди, недоговоренность, некоммуникабельность, просто жизнь, поданная через безупречные по форме ракурсы. Такой киногеничный образный городской интершум, который когда-то умел снимать великий итальянец, а теперь умеет снимать только Чжанке. «Прикосновение греха», помнится, удивила каннскую публику, которая не ожидала, что автор изысканного и равнодушного к зрителям арт-хауса вдруг снимет жанровое кино. Но на самом деле Цзя Чжанке снимает все то же сложное, очень красивое, многоплановое кино – только выбрал на этот раз жанровую форму, распылил одну непростую идею на четыре новеллы, и получился, на мой взгляд, один из самых мощных фильмов о бессердечности капитализма, об индустриальном равнодушии, о зависти и деньгах и, конечно, о человеческом/нечеловеческом во всем его проявлении. Начинается кино ударно, настраивая готового скучать западного поклонника «непонятных азиат» не на медитативную волну, а на грязное, жестокое кино в духе «Боулинга для Колумбайна» и «Бонни и Клайд». От чего и само название фильма сначала обманывает: зимний пейзаж, на мотоцикле едет хмурый молчаливый «маленький человечек», месье Башмачкин, его останавливают дорожная банда, готовая поживиться, но он их хладнокровно расстреливает, проезжает мимо перевернутой фуры с апельсинами, и первого нашего героя – бородатого неудачника. Тем самым как бы передавая эстафету зла, греха и насилия (он затем въедет во вторую новеллу, целиком посвященной ему, киллеру и грабителю богатеньких китайцев). Над нашим бородатым неудачником издевается все село, он завидует чиновникам-взяточникам, лезет на рожон, его избивают клюшкой для гольфа, доводят до бешенства, он берет винтовку и убивает всех неприятных ему зажиточных говнюков нахер.

Но если вы думаете, что весь фильм насилие будет только взвинчиваться до предела, как у какого-нибудь Чхан Вук Пака, то вы ошибаетесь. Четыре новеллы посвящены мрачному индустриальному и сельскому пейзажу огромной страны, которая давно уже живет по капиталистическим заветам, отчего социальное расслоение чудовищно, миром на самом деле правит зависть (а совсем не конкуренция, как у идеалистов-либертарианцев), у людей только одна цель: завоевать свое место под солнцем, и сожрать в случае чего ближнего своего. Скажем, несчастную лошадь здесь избивают нещадно "по заветам" Достоевского и Ницше, и "по заветам" их же - герой расправляется с тем, кто поднял на бедную животину руку. Вы против? Я - нет. Да, до ситуации вселенной недавнего австралийского жесткача "The Rover" Дэвида Мишо, продолжающему линию «Дороги» Хиллкоата (тоже ведь австралиец), не близко, но вектор проложен верно. Пусть в «Ровере» убивают походя кого угодно, даже детей, а единственный друг человека – собака, легко представить себе в недалеком будущем современной Поднебесной Цзя Чжанке маргинальных персонажей Роберта Паттинсона (первая его охренительная роль, для меня бесспорно) и Гая Пирса. А ведь «Ровер» пост-апокалиптик, тогда как «Прикосновение греха» - фотографически-точное социальное кино о современном положении вещей.

Четыре новеллы про современное насилие во всех его проявлениях: от серийных убийств до самоубийства. Герой-киллер, молчаливый, худой, и злой – это герой-игла, связывающий все четыре новеллы своим касанием – появлением рядом, дыханием, взглядом. Убивать можно и даже нужно, если тебя пытается изнасиловать этот гребанный мир. Акцентируя камерой взгляд зрителя на задавленности и униженности маленьких людей Цзя Чжанке при этом не делает нас сообщниками, но сообщает какую-то странную догвилевскую максиму-лицензию: «Их вынудили. Имеют они право или нет, не суть дело. Если государство насилует граждан, заслонка-закон, не говоря уже про заслонку-мораль – разрушается. Если власть предержащим и деньги имеющим можно применять силу к маленьким, маленькие будут применять силу к ним и к себе подобном. Это просто закон причины и следствия. Вы можете быть против, но так будет. Смиритесь». Если социальная несправедливость в первой новелле может быть сомнительна – не факт, что чиновники – коррупционеры, герой обычный завистник, сошедший на этой почве с ума – то героиня третьей новеллы, избитая пачками купюр, выходит из себя в попытках самозащиты от потенциального мужчины-насильника. Тут действительно нет смысла задаваться вопросами о каком-то революционном насилии, или тем более списывать его на героя-иглу, якобы приносящем собой вседозволенность и аморализм. О какой морали в капиталистическом устройстве может идти речь? О каких границах, уважении и самоуважении можно говорить, если любого маленького работника могут уволить просто так, или заплатить в три раза меньше, а проститутки унижены до полного бесправия и ничтожества? Здесь уже дело не столько в моральных дилеммах, сколько в самом прикосновении греха – который на самом деле не в киллере, а в воздухе капиталистического Китая. Это – скрытое насилие, пружина, на которую давят в каждом человеке все сильнее и сильнее, и которая ждет только момента, чтобы выстрелить. В момент, когда над тобой издеваются, человек не будет вспоминать моральный императив Канта, он будет наносить острые ножевые ранения, ударять киянкой, стрелять из револьверов, или просто бить первым попавшемся предметом по мягкому и податливому человеческому телу, скоплению той мерзости, что всю жизнь насиловала его, "но уж сейчас нет, сейчас я достану отцовскую винтовку и вышибу вам всем мозги, вонючие ублюдки".

Фильм поначалу разрешили в китайском прокате, но кажется, он там до сих пор не вышел. Очевидно, партийные бонзы рассмотрели в фильме экстремизм. Но удивляют и западные критики, которые чуть ли не все как один пишут про «скрытое насилие в современном Китае». Причем тут Китай? Берите любой фильм с Бронсоном или Иствудом 1970-х – это будет тот же пейзаж насилия «современного Китая». Цзя Чжанке вообще не задается вопросом о моральном и законном, он на самом деле снял реальные истории, и ничего не придумал в самой схеме преступлений и проступков. Это есть. Это случается. Хотите вы того или нет. Согласны вы с этим или нет. Случается не из-за метафизического героя-демона, а просто даже самых кротких может коротнуть, если вы их будете хлестать купюрами и приговаривать «Разве у меня недостаточно денег, чтобы тебя трахнуть? Разве у меня недостаточно денег, чтобы тебя трахнуть? Разве у меня недостаточно денег, чтобы тебя трахнуть?». Примерьте ситуацию на себя и потом признайтесь честно, что вы не зарежете сукина сына прямо на месте? И если вы покачаете отрицательно головой - я вам скажу, что вы просто лжете, лжете в том числе и самому себе.

0
0

Подборки Афиши
Все