Фильм

Последний легион

Когда Рим пал, сенат присягнул варвару, а Византия повела себя по-византийски, боевому генералу Аврелию (Ферт), чтоб получить пост при новой администрации, нужно было всего ничего — отдать готам важный меч с гравировкой «Ensis Caliburnus» и прилагавшегося к мечу юного Цезаря (Сангстер). Но генерал, понятно, оказался идеалистом: вместе с восточной наемницей (Рай) и сомнительного вида наставником Амвросином (Кингсли) он повез меч и мальчишку к белым скалам Туманного Альбиона, где по идее должен был держать оборону последний, вы будете смеяться, 9-й легион. Легион герои не нашли (то есть нашли, но не там и не так, как думали), зато, как пишут в таких случаях на афишах, обрели свою судьбу. Кроме прочего, с клинка, ввиду неаккуратного обращения, стерлась часть букв, и получилось «Эскалибур».

Спровоцированный «Гладиатором» бум пеплумов закончился года два назад: римской историей теперь всерьез увлечены лишь аудиторы, подсчитывающие убытки от «Короля Артура»; по планете шагает антипеплум про 300 спартанцев — более остроумный момент для выпуска еще одной картины об античных корнях британской государственности придумать трудно. Катастрофу слегка смягчает то обстоятельство, что команда, делавшая эту почти 70-миллионную историю, кажется, изначально похихикивала в кулак. Сценаристы братья Баттеруорт — английские комедиографы (у нас известны русофильской «Именинницей» c Николь Кидман). Как работает с античностью американец Лефлер, сотрудник Сэма Рейми, режиссировавший «Зену, королеву воинов», — несложно себе представить. Есть такой поразительный факт, что фильм «Троя» изначально предлагали снимать Терри Гиллиаму, а тот отказался: вот «Легион» — это как раз что-то среднее между той, не снятой, «Троей» Гиллиама и классическими постановками в жанре «меча и сандалий». Романтик Ферт гонится с мечом за комиком Ханной — тот по-монти-пайтоновски заламывает руки, прося о пощаде. Кингсли усердствует, как Михалков в «Жмурках»; жаль, в русском дубляже не услышать, с какой интонацией он в конце проблеет свое настоящее имя: Ме-е-ерлин. Отдельной строкой идет юный Цезарь — артист Сангстер играл третьеклассника в «Реальной любви», том самом фильме, где нынешний генерал Аврелий падал в пруд по причине любви к горничной Аурелии, — и не говорите, пожалуйста, что Лефлер с Баттеруортами это не специально.

То есть, конечно, вряд ли это специально. И вряд ли этим утешится Дино Де Лаурентис (которого «Легион» в канун девяностолетия, может статься, подведет под очередное банкротство), но, как во всяком балагане, тут местами угадывается некая высшая правда. Именно так все наверняка и было. Английское чувство абсурдного произошло от юмора легионеров. Рим был построен, вознесся и пал лишь затем, чтоб его лучшие сыны, переплыв Ла-Манш, поспособствовали скорейшему выходу на экран «Реальной любви». Все сходится, все к лучшему, всем, что называется, спасибо.