Все отзывы о фильме «Play»

Шведы - нация более чем миролюбивая. Давно прошли те времена, когда шведские короли и их армия держали в страхе племена северной Европы, и теперь Швеция является одним из главных апологетов принципов толерантности. Между тем сама по себе толерантность себя уже дискредитировала, и если в странах Южной Европы пока только снимают фильмы о том, что, видимо, государство делает что-то не так, о том, что эмигранты не хотят интегрироваться в европейскую культуру, о том, что смешение культур приводит к социальным нарывами, в Норвегии гражданин Брейвик организовал собственное реалти-шоу, которое заставило относиться к проблеме не просто как к возмущению каких-то слоев населения. Фильм "Игра" наглядно демонстрирует, как феномен толерантности приводит не к равенству всех членов общества, а передает преимущества одних другим, делая преступников неприкасаемыми, а законопослушных граждан - беззащитными.

http://obzorkino.livejournal.com/416132.html

Группа негров-подростков ежедневно проводит свободное время в местном супермаркете, где занимается завуалированным грабежом. Самый простой способ безболезненного, а главное - сравнительно законного отъема имущества у шведских детей, это попросить подержать в руках телефон. Дальше все по накатанной схеме - телефон оказывается похожим на тот, что недавно украли у родственника негра, и детям предлагается проследовать к этому родственнику, дабы он подтвердил, что это - не его телефон. Сам фильм показывает один такой день - негры отжимают мобильные телефоны у детей, а потом и все остальное, что у этих детей было. При этом чисто юридически шведские подростки сами все отдали, вроде как без принуждения.

Фильм основан на реальных событиях. Действительно, негры-подростки совершили более 40 ограблений в одном из супермаркетов в шведском городке Гетерборг. Действительно, им не приходилось применять силу - достаточно было психологического давления. Действительно, законопослушные шведы не сообщали полиции о правонарушениях. Почему? Ответ на этот вопрос дается в фильме неоднократно. Вот подростки ищут помощи в пекарне. Взрослые и толерантные шведки им говорят, что полицию просто так беспокоить нельзя - надо быть уверенным на сто процентов, что совершается преступление, а пока его нет, то и полицию тревожить не стоит. Зато полицейские возникают тогда, когда все негры уже спят, и штрафуют ограбленных подростков за бесплатный проезд. Ну и наконец в заключительной сцене происходит спор между взрослыми - насколько далеко можно зайти в защите чьих-то прав и почему это у негров прав больше только из-за того, что они - "меньшинства".

В кадре постоянно находятся взрослые. Но они - не вмешиваются. В трамвае негры-подростки ведут себя вызывающе, задирают окружающих, издеваются над сверстниками, но мужчина лишь после того, как негритенки выходят из трамвая, подходит к парню и дает ему визитку со словами: "Я все видел, если понадобится свидетель в суде - позвони". Естественно, дети просто боятся - им страшно обратиться в полицию, им страшно обратиться к взрослым, им страшно дать силовой отпор. При этом в течение фильма показывается, что один из них - сильный, второй - очень хорошо бегает, у третьего банально есть телефон. Но все они проявляют абсолютную инфантильность перед намеками на угрозу.

Излишне толерантные граждане ткнут меня мордой в то, что я негров называю неграми, а не афроамериканцами. Рекомендую такого рода упырям смотреть "Игру" ежедневно перед сном, в качестве профилактики излишней заплесневелости мозга. Я не готов говорить за всех, но для меня главным злодеем в фильме были не эти подростки с черным цветом кожи, а мерзкая тетка из последней сцены, которая заступалась за них, а не тех, кого они ограбили. Если лень смотреть весь фильм, а он идет больше двух часов, то достаточно посмотреть лишь эти последние десять минут.

Вердикт: жесткий социальный фильм о том, что толерантность ведет к деградации общества.

Понравилась рецензия? Подпишись на новые.

(с) Обзоркино

Я несколько раз буду цитировать «Скифов» Блока. Понимаю, что это кино и это стихотворение далеко не одно и то же, но случайные ассоциации – настырная штука, которая что-то там означает и проясняет. В конце концов, и Фрейд так говорил.

Мильоны - вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!

Но битва ли это? Или пустое холодное полиняние, выветривание, затухание одного этнического «строя» перед лицом другого? Не вражда рас, не неистовость гнева, а серая скука уступки, неборьбы, добровольного поражения. Милая старая добрая безупречная Европа, прощай? Теперь ты, как мы, «Евразия»?

О старый мир! Пока ты не погиб,
Пока томишься мукой сладкой,
Остановись, премудрый, как Эдип,
Пред Сфинксом с древнею загадкой!

Впрочем, «загадка» со времен Блока несколько выцвела и оголилась. И всё, в общем-то, как на ладони. Слепая ярость, сфинксо-кошачья живучесть, животная жажда жизни, рождающая власть и бескомпромиссное право сильного. Красиво выглаженные, легкоусвояемые европейские законы, сдобренные «свободоравенствобратством», «мультикультуролизмом», «политкорректностью», к этим правам имеют слабое отношение. Право сильного – право на всё.

Виновны ль мы, коль хрустнет ваш скелет
В тяжелых, нежных наших лапах?

Интересно, да или нет? Чернокожие ребятишки (или отморозки, в зависимости от уровня вашего гуманизма и терпимости), возможно, и не виноваты вовсе. Европа сама отдалась в их «лапы». И винить стоит разве что фаталистически заряженный «ход истории», о котором в свое время писал граф Толстой.
В киноклубе мы много говорили о детях и их воспитании. Но разве проблемы воспитания волнуют Отлунда? И не историю ли своего народа он пишет, не «мысль народную» ли передает? В его фильме живут не простые шведские мальчики и не простые африканские «гопники», а этносы в целом. Просто режиссер настолько конкретен, ситуативен и документален, что это обобщение не сразу видно. Как не сразу видно, что пустая колыбель, забытая в тамбуре между вагонами, на самом деле - вместилище все новых и новых жизней. Она не будет долго пустовать, но будет непрерывно переходить из одной чернокожей семьи в другую.

Несмотря на кажущуюся внехудожественность, Остлунд общается со зрителем аллегориями. Он не расставляет нравственные оценки поступкам (или бездействию) конкретных героев, он выясняет, какая сила движет одними и в чем корни (истоки) бессилия других. Пытается «угадать» закономерность исторических событий – игр по правилам и без. Один этнос потерял способность вершить историю, быть хозяином своей исторической (национальной) судьбы. Передоверил это право бумагам и политикам, став инертным иждивенцем жирных дотаций, комфорта, кажущейся безопасности и сытости… Другой («третий мир») просто хочет жить и владеть, отстаивая правоту своего инстинкта жизни всеми средствами, в том числе – дикими. Историческая предопределенность?

…когда свирепый гунн
В карманах трупов будет шарить,
Жечь города, и в церковь гнать табун,
И мясо белых братьев жарить!..

Впрочем, скорее всего, все будет не так ярко и кинематографично. Немота одних и вызов других могут выглядеть, как в этом кино, серо, буднично, до обидного пошло и плоско. Травля, доминирование, насилие чернокожих не смотрятся как война, скорее, как ненаказуемая игра без правил (по собственным правилам). Игра страшная тем, что не очень страшная, словно бы сглаженная рамками приличного и политкорректного Гётеборга – без насилия, без последствий…

Режиссер, как показалось, не только иронизирует, не просто констатирует, а предупреждает (в том числе и иноплеменным танцем белой девочки):

В последний раз - опомнись, старый мир!
«Больше так не делай», «измени свою жизнь», «начни новую жизнь», «не валяй дурака»…

P.S. Принятый в 1997 году Закон об интеграции провозгласил Швецию «мультикультурным обществом». В примечаниях к закону указывалось: «Поскольку значительная группа нашего населения имеет иностранное происхождение, граждане Швеции лишены общей истории. Таким образом, связь со Швецией и опора на фундаментальные ценности общества важнее с точки зрения интеграции, чем общая история».

Вы заметили в фильме «Плэй» «фундаментальные ценности общества»? Думаю, их символизируют бездушные рельсы и бездумные выписыватели штрафов и глашатаи инструкций о технике безопасности по громкой связи. Цивилизованно, пусто и бездушно!

анонс обещал очередную левацкую агитку про страдающих от недостатка любви иммигрантов, но на деле все обстоит чуть ли не с точностью до наоборот. может, я просто соскучился по серьезному здравомыслящему кино, но конкретно Play буквально выбил у меня почву из-под ног - это, во-первых, смело, во-вторых, новаторски, в-третьих, грандиозно.

Остлунда можно было полюбить уже за его первый фильм "Добровольно-принудительно", но там не было никакого значительного высказывания, а здесь буквально каждый план кричит о том, что режиссера на самом деле волнует. впрочем, волнует - не то слово; режиссер, скорее, нервически смеется над парадоксальной ситуацией, в которую шведы сами себя загнали.

самая мощная сцена припасена к финалу. когда отец одного из школьников пытается отобрать у негра ворованный мобильник, тот начинает визжать и драться. в происходящее вмешиваются две оболваненные либеральной пропагандой дуры - и тут вдруг понимаешь, что мигранты именно на таких и рассчитывают, именно за счет таких и живут. добрыми намерениями выложена дорога в ад - туда-то старушка-европа бодрыми шагами и направляется

Не хочется ерничать по таким грустным поводам, но глубоко впечатлился: неужели до благополучно-сыто-благодушно настроенных европейцев таки начинает доходить, куда завела и еще заведет эта ИГРА в либерализм, толерантность, права человека и мультикультурализм??? Неплохо бы и у нас прокрутить этот фильм в каждой школе, по каждому каналу - отличная прививка от "европейских ценностей". сам фильм так себе, но тема заката европы раскрыта на все 100%.

Ведь два раза проверил, начало сеанса в факеле в 16:00, но когда мы с другом приехали в этот кинотеатр, нам сказали что сеанс уже закончился(начался почему-то в 14:00), а следующий будет в пол восьмого. Полные негодования и решимости, все таки попасть на этот фильм, мы отправились в пионер к 16:50...
Очень важная и нужная работа, дошедшая до нас из шведского андеграунда. В Terraferma, мы увидели несчастных людей, которые отправлялись из Африки в Европу на самодельных плотах, рискуя жизнью ради лучшей доли. Play переносит нас диаметрально с юга на север, в Скандинавию и наглядно показывает, во что все это выливается...
Группа подростков иммигрантов, кидает своих сверстников на мобилы, да и вообще на все ценное. Тусуются они, как правило в торговых центрах, собственно там и вычисляют своих жертв. Выбирая заведомо более слабых ребят, уступающих им еще и в количестве.
Я очень благодарен создателям Play, которые не стали прибегать к образам мифических скинхедов, а встали на сторону нормальных людей. На сторону местного населения и их детей, которым приходится пройти через все круги ада, оказавшись перед лицом этнобандитизма.
Рубен Эстлунд показал себя правильным и очень тонким режиссером. Я также благодарен кинофестивалям и членам жюри, оставивших положительные отзывы об этой работе. После заявления первых лиц Великобритании, Франции, Германии..., о провале мультикультурной политики, подобные работы будут все более востребованы. Есть все основания думать, что киноискусство(да и Арт в целом) возьмет качественно иное направление.
Главная фраза фильма:
Нужно быть полным дураком, чтобы светить своей мобилой, в трамвае перед пятью черными.

Немного нудный фильм про нескольких шведских подростков разнообразного цвета кожи. Полезен для изучения запредельной толерантности и того, что из нее получается. Пока (к счастью) неприменимо для изучения отечественной реальности - как в силу иного отношения взрослых к подозрительным кучкам подростков, так и из-за более трезвой оценки степени опасности самими подростками. По стилистике фильм немного напоминает Иоселиани, но без вина, застольных песен и искрометного юмора.

Фильм обалденный, и молодой швед, который его снял - новый фон Триер или Ханеке, он посредством кино берет зрителя и работает с ним. Вся история очень наглядно показана, совершенно непафосно и отстраненно, пусть и про европейские реалии, и рассказана, и реакция зрителя может быть совершенно любой - от зигования в кинозале до приступов толерантности на районе, и будет абсолютно оправдана. А тех, кто неровно дышит к долгим планам, тут ждет просто всамделишное порно.

Увы, а может, и к счастью, этот фильм тяжело понять российскому зрителю, не знакомому с ситуцией в Скандинавии. Коротко говоря, среднестатистический скандинавский обыватель находится в состоянии острого когнитивного диссонанса: в последние 10-15 лет в этот некогда тихий уголок Европы хлынул обильный поток абсолютно чуждой ему культуры, не оставив аборигенам времени для какого-бы то ни было осмысления и подготовки к этой интервенции. По крайней мере 100 последних лет ушли у шведов на то, чтобы в состоянии мира и относительной изолированности построить свой пресловутый "Народный дом", где все уважают законы и правила, доверяют друг другу до степени незакрывания входных дверей и полиции, выполняющей, в основном, декоративные функции. И вруг, всё внезапно изменилось: количество изнасилований и гоп-стопов вдруг взлетело на недосягаемы высоты, в крупных городах на юге страны вдруг образовались самовозникшие гетто со своими внутренними законами и каждодневыми перестрелками мафиозных групп, то там, то сям стала появляться реклама стальных дверей, водители автобусов, вдруг, стали бояться возить с собой наличные деньги (истинная причина шведского прогресса в области оплаты общественного транспорта безналичными средствами) и т.п. Всё это, однако, сопровождается непрерывной осанной, которую местные средства массовой информации поют мультикультурности и интернационализму. Любые публичные сомнения в существующей миграционной политики подвеграются жёсткой критике и клеймлению расизмом.
Учитывая выешизложенное, фильм Рубен Эстлунда можно вполне назвать смелым явлением в шведском кинематографе. И имеет он не развлекательную, а исключительно культурологическую ценность, довольно удачно показывая мир, где все дети и взрослые больные "стокгольмским синдромом" предпринимают отчаянные усилия, чтобы с помощью эпилептоидно-тщательного исполнения своих уютных буржуазных ритуалов (возня персонала поезда с забытой детской коляской, боязнь работников кафе побеспокоить полицию) достичь необходимого расслабления. Ведь изнасилование Скандинавии только начинается.

Что важнее - инструкция, нормы общества или живая человеческая реакция, когда уже все накипело? Почему чистенькие шведские папочки, пытающиеся преподать подростку урок добра и зла, расцениваются прохожими как злодеи? Через весь фильм проходит образ забытой колыбели. Так работники поезда волнуются о технике безопасности, как последние бюрократы носятся с этой колыбелью, по 100 раз делают объявление о находке. Другой эпизод - когда нужно по инструкции оштрафовать детей за безбилетный проезд, на 1200 кронн - то вот, пожалуйста, но никто не вошел в положение, не расспросил ", "дети, что с вами случилось"? Почему это вдруг законопослушные шведские мальчики не купили билет?
Зато когда реальный ребенок обращается за помощью, просит вызвать полицию - всем пофиг. И в трамвае всем пофиг: видя забавы малолетних хулиганов пассажиры не то что не оказывают сопротивления, даже не делают замечания. Получается, что фильм не столько о подростковой преступности среди черных, сколько о равнодушии среди белых. Об их псевдо-политкорректности.

Потрясающе нудный и социально вторичный фильм, в котором рассказываются всем известные вещи.

Рубен Эстлунд решил показать, что современная Европа ещё целое поколение будет слабой. Мальчишка, который не может вступить в драку и защитить себя и друзей, а пытающийся сгладить конфликт и пойти на уступки. Его отец, который всё-таки восстанавливает справедливость, но тут же захлёбывается в волне толерантности и политкорректности. Толпа чёрных пацанов, возомнивших себя хозяевами всего и не встречающие особого сопротивления. Они уже чувствуют себя лидерами нового времени, ведь особых препятствий для этого им никто не способен создать.

То, что эмигрантская проблема для современной Европы является одной из главных, в общем-то не секрет. То, что эмигранты в среднем представляют собой более криминализированную часть "общества благосостояния" уже давно доказали социологи. Так что же хотел сказать этой картиной Рубен Эстлунд, снимая всё очень статично [кадры продолжает быть фиксированным, даже когда действующие лица из него выходят]? На мой взгляд, статика ничего не даёт фильму, она скорее отвлекает и скрывает его истинные мотивы, если, конечно, они есть.

Мне кажется, глупо приписывать этому фильму глубокий символизм, как нужно было писать в школьных сочинениях о любом произведении. Эту картину стоит посмотреть, чтобы понять, как живут ОНИ и хотим ли так жить МЫ. И как найти нужный баланс между толерантностью и национальной гордостью и независимостью. С этой точки зрения, в фильме смысл появляется, потому что он адресован не тебе, европейский зритель, который видит этот фильм каждый день.

Отличный фильм для людей , которые не просто пришли расслабиться , но еще и подумать . Не очень замысловатая сюжетная линия , но с очень интересными режиссерскими находками . Шикарно проведены параллели . Фильм хочется смотреть , а главное , что его хочется понять . Оставляет приятное впечатление и мысли в голове