Совершенно безумная история о лихом ловеласе, настоящей рок-звезде и супергерое… пианисте и композиторе Франце Листе! В фильме нет особой нарративной линии, лишь последовательность эпизодов. Вот он, переспав с какой-то графиней, прыгает по комнате, потешно убегая от размахивающего шпагой разгневанного супруга. Вот Берлиоз, Штраус, Россини, Шопен и Вагнер приходят на концерт Листа, и последний подменяет себя Вагнером. Концерт, кстати, сопровождается визгом экстатических девиц и обнаженкой на сцене. Вскоре Лист оказывается вместе с женой в России, у них трое детей, у него какие-то проблемы с творчеством, но он вот-вот должен отправиться в Санкт-Петербург, чтобы играть перед царем, но его жена категорически против этого, и угрожает его бросить. Или вот Линц в Дрездене во время волнений, отказывается поддержать в революционном порыве, вместо этого занимаясь сочинительством музыки. Абсурдность событий набирает все большие обороты, и если вы думаете, что не появится космический корабль, то вы глубоко ошибаетесь.
Фильм невозможно назвать байопиком Францу Листу. Вместо него с легкостью мог бы оказаться какой-нибудь Рик Вейкман, который, кстати, сыграл тут… Тора. Вагнер тут показан в качестве какой-то смеси монстра и Гитлера и, если бы не космический рейнджер Лист, то этот тевтонский принц тьмы завоевал бы весь мир, вооружившись своей гитарой. Есть ощущение, что Расселл, наслушавшись всех обвинений в том, что он искажает истории композиторов, решил показать всем, где раки зимуют. С другой стороны, вполне возможно, что Расселл просто не успел переключиться от «Томми», который вышел совсем незадолго до этого, и выстрелил еще одной рок-оперой.
С точки зрения развития творчества режиссера, фильм органично подхватывает и без того высокие стандарты безумия сатиры, сумасшедших декораций, актерской игрой во все тяжкие – тут не приемлемо даже самые сильные формы глагола «переигрывают». Причем у Расселла был выбор, снимать фильм о Листе или о другом композиторе – Гершвине. Но для режиссера было интересней поработать над персоной рыцаря романтицизма, представителей которого часто называют предтечей современных поп-звезд. К тому же, по мнению Расселла, у Листа было множество внутренних противоречий, что всегда привлекало режиссера, делало подобных композиторов наиболее интересными с точки зрения пристального к ним интереса.
На самом деле показанное безумие в фильме является лишь преувеличением реального явления «листомании», которое описал во второй половине 19-го века немецкий поэт Генрих Гейне, рассказывая о том, как воспринимали пианиста в обществе. Да, были вопящие на концертах девушки и все прочее, сопутствующее нынешним рок-звездам. В принципе, провести параллель между культовыми фигурами музыки 19-го века и века современной рок-музыки оказалось не так сложно. Плюс ко всему, Расселл хотел, чтобы бум, поднятый «Томми» не стихал как можно дольше. Так что, нет ничего удивительного в том, что фильм больше тяготеет к современной поп-музыке, как стилистически, так и музыкально, а местами фьюжн поглощает и декорации, и персонажи, и атмосферу. Жеманство и тяжеловесные диалоги были заменены прыгающими волосатыми кумирами девушек с играющими гормонами.