Когда Малыш Танцор (Брейди), криминальный любовник властной хозяйки са­луна Вены (Кроуфорд), решается на грабеж банка, толпа, ведомая ее соперницей в любви Эммой (МакКэмбридж), тащит пришлую гордячку на импровизированную виселицу. Но тогда в дело вмешивается бывший лучший и не менее криминальный любовник Вены Джонни (Хейден). И пока не зазвучит голос Пегги Ли на финальных титрах, будут сверкать глаза, проступать кровь и стоять столбом жаркая аризонская пыль.

Самцовая лихость в этом причудливейшем из вестернов значительно уступала женской одержимости — не зря Джоан Кроуфорд в алом галстуке и штанах командирского кроя получила звание лесбийской иконы. Неподчеркнутая женственность Стерлинга Хейдена могла лишь выгодно оттенить ее пламенную мощь. В восприятии американцев фильм Николаса Рея балансировал на грани странной ковбойской пародии и упертой маккартистской аллегории, но в итоге выстоял и заработал официальный статус фрейдистского нуар-вестерна. Однако настоящее поклонение его ожидало в Европе: Жан-Люк Годар поминал «Джонни Гитару» в «Уикенде», Франсуа Трюффо развлекал им героев Бельмондо и Денев в своей «Сирене «Миссисипи», а в «Женщинах на грани нервного срыва» Альмодовара означенный в названии срыв застает героиню-актрису в процессе дубляжа Джоан Кроуфорд в шедевре Рея.