
Вальтер, грустный мужик лет сорока, возвращается в родной городок после отсидки. Устраивается работать на лесопилку, снимает уютную квартирку напротив школы и даже находит понимание у женщины-коллеги. И тут выясняется что сидел он за растление малолетних. Безысходная пролетарская драма о терзаниях симпатичного педофила, в которую отличный артист Бэкон и хочет вдохнуть жизнь, но не может.
| Драма |
| Николь Кассель |
| 24 декабря 2004 |
| 1 час 27 минут |






Вальтер, грустный мужик лет сорока, с располагающим лицом, возвращается в родной городок после долгой отсидки. Устраивается работать на лесопилку, снимает уютную квартирку напротив школы и даже находит понимание у пролетарской женщины-коллеги. Вскоре, впрочем, выясняется, что Вальтер сидел по той редкой статье уголовного кодекса, которая вызывает у окружающих не интерес, сочувствие или, на худой конец, страх, а лишь смесь отвращения и агрессии.
Это, кажется, второй после экранизации известного произведения фильм, где выведен педофил с человеческим лицом. В отличие от Гумберта Вальтер проповедует принципиальное невмешательство в детские судьбы (не очень, правда, понятно, за что он тогда провел 12 лет за решеткой). Но если Гумберт — жертва страсти, ищущая все же не столько сексуального, сколько эстетического удовлетворения, то дровосек этот — натуральный больной, если называть вещи своими именами. Несмотря на все старания превосходного Бэкона вызвать к герою сочувствие, несмотря на какие-то сомнительные аллегории (разговорчики про птиц, на которых типа того что можно смотреть — и им это не мешает), несмотря на наличие плохого педофила, которому наш хороший педофил ломает челюсть, — несмотря на все это, в центральной сцене Вальтер просит печальную 12-летнюю девочку посидеть у него на коленях. И непонятно, какой степенью христианского милосердия (или американской политкорректности) надо обладать, чтобы в этот момент искренне пожалеть парня.