Фильм

Дилетанты

Плохой парень Томас (Донован) забыл все — даже как быть плохим. Он очухивается на тротуаре, приземлившись с четвертого этажа, и в компании бывшей жены (Левензон), бывшего соучастника (Янг) и бывшей монахини, считающей себя нимфоманкой (Юппер), проводит остаток фильма, пытаясь вспомнить, кто он такой.

У Хартли все герои говорят с акцентом: все они на этой земле иностранцы, если и не по паспорту, то по духу. У них у всех проблемы с языком: на этой планете так трудно выразиться. Их лица отражают страдания неопытного ума, готового вот-вот сломаться. Они мучаются неразрешимыми вопросами типа: потому ли молоко в холодильнике скисло, что Бог умер, — или просто срок годности истек?

Самого Хартли занимают вопросы помельче: кто мы такие — какими себя помним, какими нас видят другие или какими мы сами видим себя? То, что эти вопросы не новы, Хартли не мешает — наоборот. Когда восхитительная Изабель Юппер, склонившись над беспамятным героем, говорит: «Я его знаю», ссылаясь на финал антониониевской «Профессии: Репортер», где Джеку Николсону было отказано в идентификации, — это уже не цитата, а признание в любви. Причем, как ни странно, не к кино — к жизни.