Фильм

Девятый день

«Кинообразы нацистского прошлого Германии мы получаем в последнее время только из Америки: даже хороший немец, Шиндлер, и тот из Голливуда».
Фолькер Шлендорфф.

1942 год. Концлагерь Дахау. Пастор Анри Кремер, арестованный за пропаганду антифашистских идей, внезапно получает своеобразный отпуск – его на девять дней отправляют в Люксембург, якобы повидаться с семьей. На самом деле, его миссия убедить местного епископа поддержать фашистский режим.

Фильм классика немецкого кинематографа Фолькера Шлендорффа очень похож на библейскую притчу в декорациях военного Люксембурга. Прототип пастора Кремера реальный человек, переживший ад войны, а затем опубликовавший свои воспоминания. Но им легко мог бы быть и Иисус Христос, в свои последние дни подвергавшийся жутким истязаниям плоти и дьявольскому искушению закончить муки - надо только отречься от Бога.

Испытание веры проходит в диалогах между пастором, чьи выразительные глаза способны вместить всю боль, скопившуюся в многочисленных подобиях Дахау, и молодым лейтенантом СС Гебхартом, неустанно твердящем, что боль эта может прекратиться в любую секунду.

Без Иуды и его поступка не было бы христианства и веры как таковой. Поэтому роль предателя чрезвычайно велика. Но праведник стал праведником потому, что был рожден им, и быть распятым на кресте, ради спасения других, его судьба.

В стилистически безупречным фильме Шлендорффа за ужасами фашизма скрываются размышления о смысле жизни, силе человеческого духа и сущности Бога. Ни Спилберг, ни Полански в своих военных драмах, не подходили к проблеме столь философски. Шлендорфф снял совсем другое кино, ему гораздо ближе разговор Иешуа с Понтием Пилатом, чем демонстративные зверства немецких солдат и показушное геройство американских. И это очень хорошо.

Как это ни парадоксально, но самый пронзительный фильм о нацизме у Шлендорфа получился тот, в котором было меньше всего насилия и смертей. Лента разворачивает свое действие в концентрационном лагере Дахау, в который поместили целую группу люксембургских священников. Дело в том, что они, вопреки вполне нейтральной и испуганной позиции Ватикана, не собираются признавать захватывающий страны нацистский режим справедливым и оправданным с позиции католической церкви. Один из аббатов Генри Кремер (Ульрих Маттс) отправляется на почти недельный отпуск домой. Дело в том, что у него там умерла мать, и начальство концлагеря решает его отпустить. Но не потому, что очень такое доброе – у них, а точнее у нацистского офицера унтерштурмфюрера Гебхарта (Аугуст Диль) – есть план уговорить аббата, а за ним и остальных представителей церкви, поддержать гитлеровский режим. А на случай, если аббат Кремер захочет скрыться в неизвестном направлении, ему говорят, что всех остальных в концлагере расстреляют. Над бедным человеком начинается пытка возможности свободы.

Фильм, сюжет которого построен вокруг реальной истории священника Жана Бернара, который находился в Дахау и постоянно подвергался попыткам заставить его повернуть церковь на сближение с гитлеровским нацизмом. Однажды его отпустили домой на похороны собственной матери. Сценарий фильма построен на основе написанного им дневника, хотя и очень многие моменты были изменены. Сама история вообще рассказывает совсем не о сопротивлении фашизму, и не о ужасах концлагерей. Это история противостояния двух людей – аббата Кремера и унтерштурмфюрера Гебхарта, противостояния двух идеологий, двух вер. Гебхарт постоянно оказывается в ситуации, когда более верующий человек обставляет его и даже унижает, но он может себе это позволить, ибо держит жизнь соперника и его близких в своих руках. К тому же, если он и верит в кого-то, то явно не в Бога.

Шлёндорф, известный мастер морального триллера, вновь исследует проблему дилеммы, внутреннего выбора. Аббата постоянно соблазняют покинуть страну, скрыться в безопасной Швейцарии, но для него это будет не только предательством собственных товарищей, но и собственной веры, собственных убеждений. Уровень реализма в фильма настолько высок, что упражнение в философских размышлениях постепенно выходит за пределы изначальных эмоциональных границ и перестает быть сухой диалектикой. Главный герой быстро довольно быстро вызывает к себе симпатии, а ужасы концлагеря, пусть и не показанные с привычной для современного кинематографа детализацией, крадутся в тени и пугают с не меньшей силой.

В основе психологической составляющей фильма лежат так же и размышления еще одного узника концлагеря – Виктора Франкла, психиатра, говорившего о том, что эффект концлагеря заключается еще и в том, что люди проявляют в нем самые страшные свои стороны, но и самые лучшие, самые гуманные. Фильм в целом построен на основе сплошных диалогов и монологов, по структуре нарратива довольно прост и схематичен. Есть некоторые вопросы к актерам, что играют довольно холодно и замкнуто, но если представить, что они ведут покерную игру, причем при максимально высоких для человека ставках, то это можно понять. Да и темы в фильме поднимаются такие важные, что в целом все срабатывает здорово.