Фильм

Битва проклятых

Кровожадные и не наделенные большим интеллектом зомби заполонить мир могут из-за весьма небольшого количества причин неестественного свойства. Или около Земли по-ромеровски пролетит какой-нибудь зараженный под завязку радиацией космический каменный гость из породы метеоритов, или эйнштейноподобных ученых переклинит и их лабораторными стараниями все люди на земном шарике одуреют от вирусного бешенства.

В своем третьем по счету полнометражном фильме «Битва проклятых» 2013 года американский режиссер Кристофер Хаттон, не долго мудрствуя, решил прибегнуть к пункту второму, устроив очередной кинозомби-апокалипсис, которых за последние пару лет в кино случилось немало(с добрый десяток, уж точно).

«Битва проклятых» — это выглядящее чрезмерно серьезно и аки антиутопично a la «28 дней спустя» по сути абсолютно несерьезное, маразматически-трэшевое и запредельно неэффектное кинозрелище, ориентированное лишь на очень больших любителей нетривиальщины второго и третьего класса качества кинематографа и таких же больших поклонников творчества Дольфа Лундгрена. Впрочем, стоило в ленте появится весьма реалистично выглядящим роботам, на дизайн которых явно ушел почти весь и без того крохотный бюджет сего творения, как фильм стал сильно смахивать на предыдущую малорейтинговую и малобюджетную работу Хаттона под названием «Битва роботов» 2011 года.

Каждый новый поворот сюжета радует зрителя новым уровнем бредовости, режиссер Кристофер Хаттон и оператор Роджер Чингигиан всяческими способами стремятся создать в фильме динамику, стремительность и жуткую атмосферу, впрочем, малоудачно, а актеры, явно не знающие о системе Станиславского(ну, или хотя бы о какой-нибудь иной актерской системе), даже достопочтенный и солирующий в малоизвестном мискастинге олдскульный старина Дольф, тщатся вылепить в картине яркие и интересные образы, живость которых равна деревянности и импотентности дубового Пиноккио.

Итак, «Битва проклятых» — это запредельно идиотский, запредельно трэшевый, недобоевик-недозомби-хоррор от режиссера Кристофера Хаттона. Скучное, унылое, неинтересное и лишенное всякой цельности и ценности кино, которое можно лишь просмотреть в часы абсолютного кинематографического безрыбья.