Сериал

Призраки усадьбы Блай

Призраков все меньше, трагичной любви все больше

Дэни Клейтон (Виктория Педретти) прибывает из субурбии Америки в Лондон, явно нервничает, чуть не попадает под колеса, но сразу же оказывается на собеседовании у представительного лорда в клетчатом костюме-тройке, незаметно подливающего в чай виски. Работа гувернантки в загородном имении Блай на первый взгляд кажется пустяковой: тишина пасторальной идиллии, два чудесных ребенка, нуждающихся в воспитании, приятные коллеги — смотрительница миссис Гроуз, обаятельный повар Оуэн и поначалу молчаливая садовница Джейми. Но есть нюансы: после трагедии в Индии дети остались сиротами, предыдущая воспитательница мисс Джессел бросилась в озеро, да и в целом на приусадебной территории будто бы не все ладно. Плюс ко всему Дэни не умеет заваривать кофе, а чай вообще не признает.

Важно уточнить, «Призраки Блай» — не второй сезон «Призраков на холме», а скорее антология в стиле «Американских историй» или «Фарго», хотя многое тут может запутать. Артисты Виктория Педретти и Оливер Джексон-Коэн, исполняющие второплановые роли в 2018-м, здесь добрались до ключевых позиций; снова в кадре Генри Томас (роль Генри Вингрейва) и Карла Гуджино (рассказчица); нашлось место и жене Майка Флэнагана Кейт Сигел (роль Виолы Ллойд).

Это не какая‑то запутанная вселенная персонажей, как у Стивена Кинга, или заезженная поза, просто режиссер Флэнаган так привык поступать всю карьеру. Начав с нежной истории о фантомах и жути («Отсутствие»), он последовательно продолжает дело до сих пор, превратившись за десять лет в самого прилежного и методичного хоррормейкера момента (семь фильмов и два сериала), готового адаптировать хоть любую книгу, хоть сложную продюсерскую блажь («Доктор Сон»). В итоге студия, скорее всего, получит фирменную работу Майка, всегда примерную и тщательную в деталях: проект не без явных удач, творческих находок и всегда исключительного исполнительского и технического мастерства.

Совершенный трудоголик-многостаночник Флэнаган выдумывал сценарии ко всем своим лентам, часть из них спродюсировал, все смонтировал, на заре, естественно, вставал за камеру и создавал музыкальные партии. Учитывая путь постановщика, такая сугубо прикладная актерская преемственность не должна удивлять: он прекрасно знает этих людей, хорошо представляет их диапазон, наверняка под них пишутся сразу несколько ролей. С тем же Генри Томасом Майкл неразлучен с «Уиджи», Гуджино — частая гостья в фильмографии американца, Катрин Паркер присутствует в титрах с дебютного «Отсутствия», плодотворное сотрудничество с дуэтом композиторов The Newton Brothers началось с «Окулуса», там же впервые появилась Сигел, супруга Флэнагана.

Если «Призраков на холме» Флэнаган ставил лично и привычно все сделал сам, то на «Призраках Блай» он уже вполне шоураннер. Стартовая серия на правах создателя за ним, остальные эпизоды отданы другим заметным деятелям в области страха. Например, Кирану Фою — автору пробирающей насквозь параноидальной «Цитадели» и «Синистера-2». Или Лиаму Гэвину, проводившему лихой оккультный обряд в «Песни дьявола». Также в составе Э.Л.Кац — любитель черной комедии, заявивший о себе разговорным криминальным чиллером «Дешевый трепет».

При всем количестве замечательных людей на площадке «Призраки Блай» выглядят чересчур вымученной затеей: строго говоря, ставшие народными «Призраки на холме» тоже были спорным и далеко не самым лучшим кино в каталоге Флэнагана. Это абсолютно безопасные серии без шага в сторону с заранее считываемым удовольствием, где каждый кивок важен, каждый объезд камерой вовсе не зря. Все, что можно представить в таком сериале, здесь обязательно будет: вал коммерческого ужаса, обрушившийся на публику в последние лет пять усилиями вездесущего продюсера Джейсона Блума, представлен в полном объеме. Тропы и жанровые клише сложены так, как все привыкли, нарратив — как все любят. Будто проходная и совсем необязательная книга Стивена Кинга, с которым того же Флэнагана теперь нередко сравнивают. Став режиссером Кинга, Майк с «Доктором Сном» угодил и писателю, и без паясничества вышел на откровенный диалог со Стэнли Кубриком, представив отточенные ходы современного хоррормейкинга; кажется, даже понравился обычному зрителю, который видел комнату 237 и девочек-близняшек только в мемах.

Но модернист Флэнаган чересчур нарочит для сериального формата, слишком буквален для девяти часов. Два сезона «Призраков» — откровенное буквоедство ради буквоедства, словно придуманное не опрятным режиссером на пике формы, а знаменитыми алгоритмами «Нетфликса». Весь эфир не покидает ощущение, что эту готику запросто можно ужать до 120 минут, ничего не потеряв в качестве. В «Призраках Блай» не настолько мощная история, способная удерживать у телевизора, и довольно вялые персонажи-функции, раскрывающиеся через назойливые флешбэки с бесконечным монтажом на действии. Спасают положение разве что самоотверженная Педретти, как раз запустившая карьеру с дилогии, и хитро щурящийся Джексон-Коэн, продолжающий свою роль из «Человека-невидимки».

Лишь на пятом фрагменте появляется какая‑то жизнь и интрига, но от нее ничего не остается к концу: в предпоследнем сегменте таймлайн сдвинется на несколько веков назад, чтобы окончательно раскрыть все карты — каждое зло должно иметь свое прошлое и оправданную логику плакатного сказа. Страшилка с призраками оборачивается скорбным романом о невозможной любви, а вся жанровая составляющая тонет под мелодраматичными ходами, предсказуемым поведением, понятными взглядами и умолчаниями. Весь богатый технический арсенал Флэнагана и его коллег, все их профессиональные рефлексы и врожденный темпоритм нужны только для того, чтобы в очередной раз напомнить: любовь зла, а сердцу не прикажешь. Входную дверь стоит держать открытой: призраки имеют свойство возвращаться, когда их не очень-то и ждешь. Как и новые сезоны популярных стриминговых сервисов.