

Светло-серый, практически белый кадр, едва заметная линия горизонта — тонкая, непрерывная и дымчатая; по такой нужно вести пальцем, иначе глаза сломаешь от усердия. Прямо в эту ускользающую полосу воткнут темный силуэт дерева — четко очерченный, корявый и строгий. Дерево — центр мироздания, кроме него нет ничего. Бог создал совершенную белую землю и, смущенный ее чистотой, поместил на нее изогнутую корягу, в которую заключил все тайны бытия, — и в эту корягу можно всматриваться часами.
Следующий кадр, тоже светло-серый; тоже едва заметная линия горизонта, а на ней — ровная вереница чернеющих домов. И ощущения уже совсем другие. Архитектор-утопист создал минималистический город, настолько продуманный, что он ничуть не нарушает природную гармонию, а, напротив, дополняет ее, сливается с ней. Эти домики тоже можно рассматривать часами, мысленно отделяя их от линии горизонта, пытаясь прочувствовать все совершенство замысла. Таковы работы Майкла Кенны — британского фотографа, достигнувшего очень личного, даже интимного уровня в пейзажной фотографии. Если бы Кенна родился не в Англии, а в Китае, не в XX веке, а в XVIII, и если бы создавал свои пейзажи не щелчком камеры, а кистью, он совершенно точно стал бы героем знаменитого трактата «Слово о живописи из сада с горчичное зерно» — например, «Книги деревьев»: «как писать пять деревьев», «как писать сосны», «как писать контуром», «как писал Майкл Кенна». В этой последней главке и было бы заключено все самое интересное и важное: деревья должны находиться в полном безмолвии; ветви не должны обременять листья; ствол положено писать широкой кистью, ветви — тонким пером и так далее. Но так случилось, что Кенна все-таки фотограф, и секрет его мастерства — в особом отношении к пейзажу и в различных иллюзорных хитростях. Например, наиболее светлые зоны у Кенны всегда на переднем плане, а темные — на втором, благодаря чему перспектива его снимков не прямая — «зритель — дальний план», а обратная — «дальний план — зритель». Так в Средневековье писались иконы: чтобы не земной человек вторгался в божественный мир, а наоборот — святой как бы спускался к смертным. В то же время присутствие «опор мироздания», всевозможных темных силуэтов, вовлекает тебя внутрь фотографии; смотришь — и ты уже как бы там. Получается замкнутый круг — ни войти, ни выйти.
Другая особенность — размер печати. Снимки 30х30 очень малы для галерейного формата. Кенна делает это намеренно: каждую фотографию должен рассматривать лишь один человек, только тогда можно почувствовать присущую этим пейзажам тишину и минималистическую красоту. Так что лучше посетить выставку в одиночестве — или бегло ознакомиться с галерейной версией, после чего приобрести книгу «Montecito Garden» и тогда уже спокойно, часами рассматривать картинки, водить по ним пальцем; ведь это то же «Слово о живописи из сада с горчичное зерно», только уже и взаправду от Майкла Кенны.

Не совсем обычные, квадратные фотографии, которые во мне родили почему то чувство одиночества. Спокойствие, твёрдость, уникальность, самодостотачность - вот, что я увидел на этих фотографиях. В ком-то они родят какие-нибудь философские размышления. А кого-то остав ят равнодушными - от восприятия человека всё зависит...
А меня совсем не вдохновило. Около 40 работ размером с обычную фотографию. Уныло и скучно. Снимки одно образные. Одинаково ретушированы вручную. Не интересно.

Работы, представленные в галерее действительно хороши. Резкость и Контрастность, простота, возведённая в абсолют, а поэтому гениальная. Но мне было мало. Выставка оказалось маленькой - около 30-40 работ. Восприятие только открылось прекрасному, а уже все. Было немного досадно.
Фотографии хорошие, есть интересные кадры. Но назвать это гениальными фото не могу. Те же места были сняты интереснее. Для развития можно сходить, но почерпнуть нечего.

Прекрасные работы, оттенки белого и черного гармонирует с деревьями, заборчиками, каками-то достопримечательностями.
Великолепная выставка.
Воздушность, легкость, чистота в каждой фотографии.
Особенно впечатляет японская серия: в незамысловатом сюжете безошибочно улавливается японский дух.

Фотографии похожи на рисунки тонким пером тушью, четкие тонкие линии на белом, отличная графика, посетители надолго занимают свободное пространство, приходить лучше утром заранее
Черно белая фотография - известный инструмент для привлечения внимания в наше цветное время. И Майкл знает это и пользуется этим виртуозно. Всё более чем доступно и более чем нейтрально. он не навязывает идею, а лишь показывает, то что нравится ему. И глядишь - то, что понравится и Вам.
Так что если есть немного времени и интереса - можите закрывать эту страницу.. отключать комп.. набирать подруге и ждать её на у входа в ВинЗавод ;)
Если после просмотра продолжить время за чашечкой кофе - это лишь подчеркнет приятное ощущение. ;)
Хорошего вечера ;)
Ощущение от фотографий не просто одиночества, а одиночества, смешанного со своей мизерностью, незаметностью. Только муравей может пересчитывать деревья, огромному человеку это редко приходит на ум. А стоило бы. Иногда.
Сходить стоит - это однозначно, а там пусть каждый для себя решает...Фотографии понравились - есть очень интересные,они небольшие и как-бы созданы для интимного философского восприятия.Из минусов - их преступно мало(избранное как-никак)=)

Майкл Кенна - гениальный фотограф. Окинув выставленные работы приветственным взглядом, я захотела тут же развернуться и уйти. Осталась, чтобы рассмотреть и проанализировать, что меня попыталось отторгнуть.
Во многих работах присутствует рацио, в частности, симметрия, повторение (однотипные предметы), двуцветность. Мрачность. Его работы ледяные. В эту ледь Кенна будто добавляет фишку - то акцентирует внимание на хаотичности небесного рисунка, то нарушающее рацио дерево. И этот дисбаланс между хаотичностью и логичностью природы - отталкивает.
Превосходная фотовыставка, совершенно гениальные работы. Черно-белые фотографии похожи н а маленькие нарисованные картинки.