Выставка производит странное впечатление. С одной стороны — замечательные экспонаты, голос Шаляпина, ощущение его творческой мощи и человеческой силы. С другой — целый зал отведён детству, но ничего не рассказано об отъезде, о жизни за границей, о смерти. Может быть, это такая аллегория бессмертия?