Москва
Главные понятия и образы Хаяо Миядзаки
27 декабря компания «Пионер» выпустила на экраны отреставрированную копию мультфильма «Унесенные призраками» студии «Гибли» Хаяо Миядзаки. Теперь сказку о 10-летней девочке Тихиро можно посмотреть на большом экране в новом переводе. Помимо «Унесенных призраками» компания планирует выпустить еще 16 мультфильмов японского гения анимации. Для того, чтобы вам было проще разобраться в творчестве Хаяо Миядзаки, «Афиша» составила каталог его главных понятий и образов.
28 декабря 2018

Девочки

Почти все лирические героини Миядзаки — прехорошенькие девочки младшего или среднего школьного возраста. Когда Миядзаки спрашивают об этой его склонности, он отшучивается одной и той же фразой: «Девочки по-всякому лучше, чем мальчики». Всерьез на эту тему он говорил, кажется, однажды: в конце 1980-х, в связи с делом Цутому Миядзаки — своего однофамильца, инвалида детства и большого любителя мультфильмов, который убил четырех девочек в префектуре Сайтама. Тогда в интервью романисту Рю Мураками Миядзаки долго объяснял, что рисует девочек не потому, что педофил, а потому, что взрослый мужчина в принципе не может быть героем ни одной истории, ведь, сталкиваясь со злом, он всегда ищет, кому отстрелить голову, а «это — порочный путь».

Самолеты

Миядзаки вырос среди летательной техники: его отец был директором и совладельцем завода «Самолеты Миядзаки», делавшего рули направления для истребителей «Мицубиси Зеро», отлично зарекомендовавших себя в ходе налета на Перл-Харбор и последующей воздушной войны с США. К концу войны завод разбомбили, а молодой Миядзаки, пытаясь получить работу аниматора на студии «Тоэй», столкнулся с неожиданной проблемой: он отменно рисовал самолеты, но совсем не умел рисовать людей. Полеты и чудные воздухоплавательные механизмы фигурируют почти во всех его фильмах, но главный фильм про самолеты — это, конечно же, «Порко Россо».

Свиньи

Общеизвестно, что Миядзаки сам себя позиционирует в качестве свиньи. Он не устает повторять, как ничтожна разница между среднестатистическим мужчиной и свиньей. Наивысшего накала свинофилия режиссера достигает в «Порко Россо». Некоторые знакомые Миядзаки советуют воспринимать этот фильм как как сисёсэцу («личную повесть») — распространенный в Японии литературный формат, когда автор рассказывает о себе не путем автобиографии, а путем лирического самокопания.

Имена

Герои Миядзаки часто лишаются своих имен: забывают их, оставляют в залог колдуньям (как десятилетняя красотка Тихиро в «Унесенных призраками») или просто попадают в такую ситуацию, когда продолжать называться прежним именем нелепо. В «Ходячем замке» волшебник Хаул пользуется тремя фальшивыми именами сразу, а девочка Софи вынуждена притворяться бабушкой Пендрагон. Сам Миядзаки указывает этот мотив с типичным для японца (и вообще человека) кризисом самоидентификации, но его объяснения как-то меркнут каждый раз, когда хряк в плаще смотрит на фотографию себя прежнего, а злая старуха сминает в кулаке тонкие буквы девочкиного имени.

Чистота

Принято считать, что Миядзаки озабочен экологическими проблемами. И правда, едва ли не в каждом его фильме варварская техника бьется с силами природы, а поклонники пороха и железа обезглавливают духов заповедного леса: отдельных слов стоит момент в «Унесенных призраками», когда у бога внешних вод в процессе помывки из задницы вытаскивают ржавый велосипед (сцена навеяна реальным случаем из жизни режиссера). Одной из центральных фигур фильмов Миядзаки является уборщица: героиня «Унесенных призраками» вдохновенно драит купальни духов, в «Ходячем замке» для состарившейся девочки делом жизни становится мытье полов. Гениальный, если задуматься, выход: всем кошмарам окружающего мира противопоставить такую незыблемую вещь, как влажная уборка.

Европа

Классик и гордость японской мультипликации, как это ни странно, не очень любит Японию и считает ее страной обреченной. Известны его высказывания про то, что скорей бы уже какое-нибудь землетрясение положило конец недоразумению под названием японская культура. Миядзаки известный англоман, на втором месте по любви у него стоит Италия, а половина его историй происходит в некой идеализированной Европе. «Ходячий замок» и вовсе сделан по книжке английской сказочницы Дианы Джонс.

«Гибли»

Летающая крепость Лапута, призрачный спа-центр в «Унесенных призраками», самоходная алхимическая лаборатория в «Ходячем замке» — это все не сильно приукрашенные варианты анимационной студии «Гибли», которую Миядзаки основал в начале 1980-х вместе с чуть менее великим Исао Такахатой («Могила светлячков») и продюсером Тосио Судзуки. «Гибли» — слово итальянское (так летчики Второй мировой войны называли ливийский ветер с юга и юго-востока), на логотипе нарисован смешной тролль из «Моего соседа Тоторо», а под милой вывеской, по слухам, функционирует советский концлагерь. Если верить приятелю Миядзаки Мамору Осии, режиссер, потомственный фабрикант и одновременно марксист (когда-то он был генеральным секретарем токийских аниматоров) совместил на своем предприятии лучшие элементы социалистического и капиталического производства: рабочий день там длится 12 часов, в столовой невкусно, за творческую самобытность увольняют.

Оптимизм

Едва ли не все, кому доводилось общаться с Миядзаки, первым делом пугаются, когда неожиданно вместо пухлощекого позитивного волшебника видят дико бледного (под цвет неизменного серого свитера) циника, прикуривающего одну сигарету от другой и томно рассуждающего о том, в какие идиотские тартарары катится мир. Недавно один американский интервьюер спросил его, как такому гнусному мизантропу удается делать такие радостные и светлые сказки. Миядзаки ответил, что в жизни, конечно, мало хорошего, но зачем же детям про это рассказывать; вырастут — сами узнают.