Любовно сделанный ремейк довоенного фильма ужасов
Плотно сбитый английский аристократ Тэлбот (Дель Торо), давно переквалифицировавшийся в американского театрального актера, после многолетнего отсутствия возвращается в родное имение Блэкмур. Его вызвала мисс Конлифф (Блант), невеста брата, встревоженная тем, что происходит в округе. Каждый месяц в полнолуние на торфяниках находят растерзанные трупы, хозяин поместья сэр Джон (Хопкинс) явно недоволен предстоящим браком, а теперь еще и жених пропал неизвестно куда. Пока Лоуренс добирался до дома, брата нашли в канаве обглоданным до косточек. Через месяц и его едва не съело (но понадкусывало) неизвестное лохматое существо. Расследовать случившееся приезжает агент Скотленд-Ярда Эбберлайн (Хьюго Уивинг, он же агент Смит из «Матрицы», он же Элронд), который сразу начинает подозревать младшего Тэлбота — хотя едва ли он мог разгрызть собственное плечо. Впрочем, любой человек с минимальными познаниями в области повадок волков-оборотней скажет, что за Лоуренсом теперь так или иначе нужен глаз да глаз.
Делая для компании Universal Pictures ремейк ее же фильма 1941 года, режиссер Джонстон («Джуманджи») и сценарист Уокер (сочинивший сценарий финчеровского фильма «Семь») любовно воспроизводят все по максимуму, от почти комичной в своей мрачности готической атмосферы до внешнего вида оборотня, который, как и 70 лет назад, похож на небольшого Кинг-Конга в портках. Масса совершенно лишних, но живописных деталей не очень заботящегося о внутренней логике действа — вроде антикварного магазина, трости с серебряной волчьей головой или старой цыганки, похожей в исполнении Джералдины Чаплин на сумасшедшую герцогиню, — перекочевали из первоисточника, где они играли какую-то роль в сюжете, просто ради того, чтобы доставлять радость создателям. Бенисио Дель Торо тщательно загримирован под заслуженного артиста допотопной провинциальной сцены и играет его же. Даже невероятная предсказуемость сюжета, в которую испорченный современной изощренностью зритель не может поверить до самой развязки, — и та на месте. В общем, просмотр «Человека-волка» напоминает поход в «Уголок Дурова» — симпатичное этнографическое развлечение, изрядная доля обаяния которого объясняется его вопиющей нелепостью.