Отрицательные отзывы о музее в Санкт-Петербурге «Музей печати»

В Музей печати меня занесло благодаря небольшой временной выставке «Книга как объект». Оная оказалась ровно такой, как я и ожидала — любопытным собранием для интересующихся переплетным делом и книжным оформлением вообще. В студенческих проектах много интересных и необычных идей, кое-что даже захотелось заполучить в виде готового издания к себе на полку. Приятным бонусом стало внезапное осознание, что книжки я читаю таки не зря, поскольку большую часть представленных произведений либо читала, либо знакома с содержанием, на худой конец - с автором. Однако, к сожалению, все макеты находились в витринах за стеклом, поэтому зачастую авторский замысел было невозможно оценить даже несмотря на отдельную распечатку некоторых разворотов, и общая концепция иных работ осталась неясна.

А вот постоянная экспозиция скорее разочаровала. В качестве положительных моментов стоит отметить разве что цивильный ремонт в первом помещении сразу за книжным магазином да в одной из дальних комнат, вежливость и предупредительность сотрудников, а так же несколько моделей домов, особенно с внутренними интерьерами, светом и фигурками людей. Их было очень занятно разглядывать, домики - это моя маленькая слабость. В целом же основным ощущением от всего увиденного было чувство разрозненности, поверхностности и сборной солянки, к тому же походит на то, что вся экспозиция пребывает в неизменном виде еще с советских времен.

Поскольку дом, в котором расположен музей, до сих пор является жилым, а ранее был еще и доходным, первые несколько комнат посвящены повседневной жизни петербуржцев XVIII - XIX веков и сдобрены несколькими столетними фотографиями работы в располагавшемся здесь издательстве. Книги, карты и гравюры в настенных витринах, несущие смысловую нагрузку обоев, а так же откровенный хлам типа маркированных кирпичей и кованых гвоздей прилагаются. Имитации интерьеров гостиной, кабинета и редакционной представляют собой темные апартаменты с опущенными шторами, слабо освещенные единственной тоскливой лампочкой. Как и любое выставочное и обнесенное веревочками домашние убранство, они представляют собой скорбные штабеля всего того антиквариата, до которого смогли дотянуться кураторы, а главное - совершенно нежилыми. Эти эрзацы обстановки плохи как сами по себе, так и в сравнении с экспозициями других музеев на аналогичную тематику (например, в Разночинном Петербурге само хождение по лестницам из одной музеефицированной квартиры в другую очень органично, не говоря о многочисленных мелких бытовых предметах, дающих жизнь антуражу). Взрослого человека, который уже не раз видел все эти массивные столы-стулья-шкафы, мало заинтересует эта условная меблировка, а уж что может привлечь детское внимание в этом унылом сумраке, я даже представить не могу.

Наконец, главная гордость музея, печатный цех, оказался просторным помещением с огромными ничем не затемненными окнами, оживленным комнатными цветами. Уже лучше. Но не намного, поскольку вся машинерия сдвинута на одну половину зала и опять же огорожена. Т.е. если ближайшие механизмы еще как-то можно рассмотреть по крайней мере с трех сторон, то дальние так и остаются там, далеко. И не знаю, как проходят специальные интерактивные занятия и мастер-классы, но свободное посещение не способно дать посетителю практически никаких дополнительных знаний о печатном деле сверх уже имеющихся. Только недвижимые окаменелости. Плохо. А в пору, когда развлекательные сериалы («Turn: Washington's Spies» к примеру) куда подробнее и обстоятельнее показывают устройство и работу старинной типографии - просто неприемлемо. За сим хочется искренне пожелать, чтобы данное учреждение называлось честнее - музеем истории дома № 32 на Мойке, а настоящий Музей печати получил собственное здание, где бы он развивался без оглядки на Ленина, «Правду» и минувшую бытийность своего месторасположения.