Режиссеры, ставящие спектакли для семейного просмотра

Театр «Снарк», придуманный Юрием Алесиным, — маленький и путешествующий: собственно, именно поэтому он получил имя неуловимого героя поэмы Льюиса Кэрролла. Режиссер взял за образец камерные европейские коллективы, где возможно разыграть мюзикл на столе («Анна-Лиза и медведь»), использовать по необходимости приемы театра кукол и театра предмета («Лампешка», «Сын великана») и услышать ответную реакцию зрителей с помощью небанального интерактива (во всех спектаклях). В постановках известных по мультфильмам сюжетов в Московском областном ТЮЗе («Винни-Пух» и «Каникулы Бонифация») он как будто читает впервые эти сказки, и, в отличие от «Снарка», здесь только масштаб декораций больше.

Фирменный почерк Олега Долина — спектакли с масками. «Зобеида» в РАМТе — сезонное удовольствие, потому что идет во внутреннем дворике РАМТа, «Женщина-змея» в Театре на Бронной — пример площадного театра в рамках традиционной сцены-коробки. В малоизвестных сказках Карло Гоцци люди прямо на сцене превращаются в чудовищ, а смешные пластичные персонажи лихо импровизируют. Для режиссера обе задачки — со звездочкой, но Долин нашел для них универсальное решение.

Каждый спектакль Терезы Дуровой и ее команды — это путешествие в ту или иную страну. На сцене открываются порталы в Японию, Шотландию, на Балканы, а действие последнего спектакля происходит вообще в Мексике. Пьеса пишется на мотив народной сказки, национальные мотивы обязательно есть и в музыке, которая исполняется оркестром на уникальных аутентичных инструментах. Роскошные декорации и костюмы, подробно представленные персонажи массовых сцен и сильные лирические герои — константа каждого масштабного спектакля.

Главный режиссер Театра Сергея Образцова Борис Константинов ставит спектакли на разных сценах и с разными системами кукол, часто без ширмы, в этом он не похож на основателя самого знаменитого театра кукол. Сходство в другом. В ощущении ценности, современности текущего момента и уважения к маленькому зрителю. Константинов — здоровый оптимист, который даже в страшных поворотах сюжета находит опору для дальнейшего движения персонажей: например, Гадкого утенка, Гвидона в «Сказке о царе Салтане», Княгини в «Белой уточке». Последний спектакль — хоррор для подростков, нечастый жанр для театральной афиши.

Екатерина Корабельник тщательно ищет свои темы в обилии новой литературы. Она считает, что с детьми стоит говорить о репрессиях («Дети ворона»), буллинге («Калечина-Малечина») и смерти («Беглецы»): первые два спектакля идут в ЦИМе, и после каждого можно и нужно остаться на обсуждения. Последний, по книге Ульфа Старка, вышел в этом сезоне в Театре Романа Виктюка. Ей удается взглянуть на сложные вопросы действительности одновременно с детской непосредственностью и взрослым уважением к позиции юного человека. Серьезно, но с юмором.

Олег Липовецкий поставил в Москве два спектакля для подростков. В МТЮЗе идет «Пять шагов до тебя» — история молодого слепого музыканта, готового к бунту при поддержке хотя бы воображаемых друзей, исполняющих почти полноценный концерт песен группы SunSay, пришедшихся как нельзя в тему. «Фото Topless» в РАМТе по пьесе украинского драматурга Натальи Блок предлагает выход из невыносимой, но частой ситуации кибербуллинга. И здесь тоже важны треки, которые слушают школьники, оставшись наедине с самими собой.

Рузанна Мовсесян ценит литературу, в которой сентиментальные мотивы возвращения в детство соседствуют с добрым юмором. Так появились «Леля и Минька» по Зощенко, «Кролик Эдвард» по Кейт диКамилло и «Манюня» по Наринэ Абгарян. Все три спектакля идут в РАМТе с непременным аншлагом, и их можно сравнить с классическими романами воспитания, в которых в центре внимания — формирование личности заглавных персонажей.

Наталья Пахомова сделала старейший Московский театр кукол (он так и называется — сокращенно МТК) непохожим на другие, потому что здесь можно увидеть серию спектаклей для подростков («Мучные младенцы», «Умник», «Кэрролл без Алисы», «Мой внутренний Элвис»). Для зрителей, которые любят сказки, — «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях» и «Госпожа Метелица». Первая бережно следует тексту Пушкина, вторая рассказывает о брате Гримм, который своими историями готов помочь современной девушке найти в жизни свой сценарий, который бы завершался словами «долго и счастливо». 

Сфера интересов Ивана Пачина — современная проза, в которой дети зачастую оказываются сильнее и ответственнее взрослых. В моноспектакле «Вафельное сердце» актер Егор Строков демонстрирует маленьким зрителям пример на вырост, как в непростых обстоятельствах становиться взрослым, не потеряв счастливого детства. В спектакле театра «Экспромт» «Тео — театральный капитан» заглавный герой — такой же ребенок, хоть и мышонок. Он понимает, что исполнение мечты не всегда приносит счастье, однако может стать отличной причиной для осознанной смены жизненного курса.

Полина Стружкова в своих спектаклях дает ребенку равные права со взрослыми. Для начала на чувства и эмоции, а потом и на гражданскую позицию. «Таинственная история с привидениями» по «Рождественской песне в прозе» Чарльза Диккенса и «На острове Сальткрока» Астрид Линдгрен (спектакли «Творческого объединения 9» в Новом Пространстве Театра Наций) — это подробное чтение старых добрых книг. «Сахарный ребенок» в ЦИМе — внимательный разбор архива, когда дела семейные невозможно разобрать без исторического контекста жизни в государстве.