5 мультфильмов про воительниц студий «Дисней» и Pixar

Мулан стала первой диснеевской героиней, которая взялась за меч и отправилась на военную службу (да, из-за мужчины, но не своего возлюбленного, а отца, здоровье которого не позволяло ему идти на войну с гуннами). «Мулан» — это экранизация китайской поэмы «Песнь о Хуа Мулань» (в кантонезской транскрипции и мультфильме имя девушки звучит как Фа Мулан, но переводится все так же — «Магнолия»), над которой студия начала работать после кассового успеха «Короля Льва» в Китае. С тех пор китайский рынок считается самым лакомым кусочком для Голливуда, а «Дисней» успел снять игровой ремейк, который сейчас выглядит конъюнктурно, в то время как мультфильм в свое время выглядел дико прогрессивно — для западной культуры, конечно, ведь известно, что уся (китайский аналог «плаща и шпаги», в котором сделана «Мулан») очень феминистский жанр. Собственно, неуступчивость Мулан, ее нежелание становится чьей-то женой, ее бойкий характер и качества томбоя (девчонки-сорванца, пацанки) сделали ее первой настоящей фем-иконой студии «Дисней». Даже роман героини с сыном генерала, Ли Шангом, получил развитие только во второй части (в первой было не до того, Китай надо было спасти). Надо сказать, что из сегодняшнего дня мультфильм еще выглядит и как издевательская сатира на токсичное маскулинное сообщество, в котором девушка пытается выжить (а чтобы влиться в него, копирует его комичные повадки). Единственное, что вызывает недоумение, так это то, что дракончика Мушу (волшебного помощника Мулан) позвали озвучивать Эдди Мерфи. У него получился такой дракон на черном свэге, который (если смотреть мультфильм в оригинале) убивает всю восточную аутентичность. Впрочем, спишем все это на мультикультурность, потому что, разумеется, не только Мушу убивает аутентичность (например, за то, что Мулан носит желтую юбку, ее запросто могли казнить — в те времена в Китае желтый цвет был разрешен только членам императорской семьи).

Дочь короля Шотландии Фергюса и королевы Элинор, принцесса Мерида, не хочет замуж, а хочет быть настоящей оторвой: ездить верхом, лазать по горам и стрелять из лука. Первая волшебная сказка студии Pixar, название которой отсылает к фильму «Храброе сердце» Мела Гибсона, но на самом деле между ними нет ничего общего. Мультфильм — семейная драма, рассказывающая про фантастические превращения людей в животных и эмансипированную шотландскую девицу, которая не хочет быть ничьим трофеем. Мультфильм Марка Эндрюса, Стива Перселла и Бренды Чапман (отметившейся недавно не слишком удачным «Питером Пэном и Алисой в Стране чудес», разруганным за культурную апроприацию российскими блогерами-расистами и провластными СМИ, хотя она не работает в обратную сторону) вышел в 2012 года, когда ни о каком движение #MeToo еще и слыхом не слыхивали, а женский эмпауэрмент в кино не стал общим местом. В большей степени это, конечно, был авторский проект Чапман, в котором нашли отражения ее чаяния, любовь к сказкам Ханса Кристиана Андерсена и братьев Гримм, а также опыт воспитание ее дочери, образ которой и воплотился в Мериде. Еще раз Мерида, кстати, появилась в диснеевском сериале «Однажды в сказке», где ее сыграла Эми Мэнсон («Doom: Аннигиляция»).        

Предвосхитившая движения #MeToo, Timeʼs Up и «женский марш» Моана стала не только первой диснеевской принцессой из Тихоокеанского региона, но и первой героиней, которая выглядит намного храбрее, отважнее и самодостаточнее своего спутника — накачанного полубога Мауи. При встрече хвастливый герой хочет произвести впечатление на девушку, однако она не ведется на его флирт, хватает полубога за ухо, точно нашкодившего мальчишку, и громко заявляет: «Я — Моана с острова Мотунуи. Ты сядешь в мою лодку, переплывешь море и вернешь украденное сердце богини Те Фити на место». По сюжету это необходимо, чтобы остановить тьму, которая спускается на Землю, а Моана готова на все, чтобы спасти свое племя. И в этом смысле принцесса, например, куда решительнее Покахонтас — быть может, потому что она не влюблена. Да, это первый диснеевский мультфильм, в котором отношения между женским и мужским персонажами остаются сугубо платоническими, а по жанру это скорее бадди-муви или броманс, кино про напарников. Героиня не ищет мужского локтя и в финале понимает, что уповать стоит только на себя, когда произносит ключевую фразу: «Я — Моана с острова Мотунуи. Я сяду в мою лодку, переплыву океан и сама верну сердце Те Фити на место». Увидев храбрость девушки, Мауи все-таки приходит ей на помощь в последней битве. Возможность романа между ними остается открытой, однако когда в финале принцесса возглавляет флот, чтобы отправиться на поиски новых островов, складывается впечатление, что свободная, полная приключений жизнь для нее милее вздохов на скамейке — и что мужчинам (ее отцу, Мауи и многим другим) придется с этим считаться.

Вторая часть мультфильма вышла практически одой феминизму — главными героинями тут становятся и положительная Эластика, и неоднозначная Вайолетт. Именно им предстоит закручивать интригу и влиять на судьбы человечества, пока муж Эластики Мистер Невероятный сидит дома и приглядывает за детьми, один из которых — буйный младенец, а двое других пубертатного возраста. Именно в этом перераспределении гендерных ролей — ключевая суперсила мультфильма, в котором рассуждения о сути экономики, мироустройства и распределения ресурсов и ответственности звучат также из женских уст. Мультфильм, наверное, можно обвинить в некоторой прямолинейности, но, в конце концов, он первую очередь рассчитан на детей и (отчасти) их родителей. А и работающим матерям, и их чадам будет приятно увидеть, как вчерашняя домохозяйка надевает каблуки, новый обтягивающий костюм и спасает мир от порабощения.

Довольно символично, что новая героиня диснеевского мультфильма Райя живет в паназиатском мире — стране Кумандре, выступающей собирательным образом Таиланда, Вьетнама, Камбоджи, Мьянмы, Малайзии, Индонезии, Филиппин и Лаоса. Таким образом, режиссеры картины (а их у нее аж четыре!) с одной стороны отдают должное своей первой героине-воительнице Мулан, из которой, как из гоголевской «Шинели», вышли все остальные сильные женские персонажи «мышиной студии», с другой — подводят черту под тем, что будущее за странами азиатского региона. (И кто будет с ними спорить? Так, например, самым кассовым фильмом прошлого года в мире стал китайский патриотический блокбастер «Восемь сотен»). По сюжету Райя — дочь вождя племени Сердца (континент, на котором она живет, похож на расколовшегося дракона, поэтому все его регионы носят название частей тела: Клык, Сердце, Хребет, Коготь и Хвост) — должна спасти свой мир, отыскав последнего на свете дракона (точнее дракониху) по имени Сису. Со стороны кажется, что Кумандра — это восточная дистопия победившего феминизма. Сила и мастерство женщин тут не ставится под сомнение, а в таком регионе как Коготь вообще процветает матриархат. Собственно, главное противостояние тут происходит между двумя девушками: Райей и дочерью королевы Когтя — Намаари. Обе героини превосходно владеют боевыми искусствами — и обе вместо переговоров предпочитают сразу же вступать в битву. Эта опрометчивость — черта их характера, с которой девушкам предстоит бороться, ведь их мир уничтожают существа друуны исключительно потому, что люди не умеют договариваться и привыкли враждовать друг с другом. Примирение Райи и Намаари то, к чему ведет драматургия мультфильма, но прежде чем это произойдет, обеим воительницам предстоит пройти непростой и длинный путь, полный опасностей и неожиданных встреч (так Райя рекрутирует в свои ряды целую банду, самыми отмороженными членами которой являются обезьянки и девочка-младенец). Да, вы не ослышались, тут даже младенец может навалять взрослым, а львиную долю персонажей составляют женщину, потому что женщина (подчас без бойфренда, как, например, Райя) стала главным киногероем XXI века. Но это, кажется, уже ни для кого не секрет.