
То пропадая, то снова появляясь, поправленная и исписанная поздними редакторами, «Жизель» идет в Петербурге с 1842 года и ныне является одним из старейших балетных спектаклей в репертуаре. Для балерин всего мира роль Жизели — девушки, влюбленной до буквальной потери рассудка и буквально разбитого сердца и восставшей из могилы не для мести, но для прощения, — все равно что роль Гамлета для драматических актеров: возможность получить прямой пропуск в легенду.
Понятно, что это стопятисотое представление для школьников по абонементу. Понятно, что ждать от такой "Жизели" особо нечего. Но впускать на сцену графа Альбера (Корсаков) с пузом, а Мирту (Иосифиди) настолько угловатую и высоченную, что вспоминаются лучшие номера Мужского балета Валерия Михайловского, — это явный перебор. Клакеры из директорской ложи (члены семей Мирты и Жизели, быть может?), орущие и бисирующие посредственное представление, добавляли особого шарма.