Единственную пьесу братьев Стругацких «Жиды города Питера, или Невесёлые беседы при свечах», далёкую от какой бы то ни было фантастики в узком значении этого слова, интерпретировать непросто. Она заявлена как комедия, и зал покладисто смеётся, хотя на самом деле ничего смешного не происходит: семья профессора Кирсанова и его соседи посреди ночи получают повестки, начинающиеся с фраз: «богачи города Питера…», «жиды города Питера…» и так далее. Сначала адресаты принимают документы за чей-то глупый розыгрыш, но постепенно уверяются в абсолютной серьёзности происходящего. Составители таких посланий к «врагам народа» явно руководствуются логикой «тёти Моти»: если у тебя есть квартира, машина и дача, или если ты еврей, – значит, виноват в том, что остальным тяжело живётся. Если двое детей, две бывших жены и третья жена беременна, – значит, «распутник». Сам профессор, его неунывающий приятель Пинский, демагог Базарин, кроткий старший сын Кирсанова Александр – все принимаются завязывать узелки с тёплой одеждой, гадая о причинах, последствиях и справедливости массовых репрессий. А молодое поколение – младший сын Сергей и его приятель негр Артур – повесток не получили, объясняя это тем, что старики заранее морально готовы к гонениям со стороны властей, уже давно сломлены и покорены, поэтому их могут беспрепятственно использовать в каких угодно целях. Сами же парни при вторичном появлении зловещего «человека в чёрном» сначала попытались откупиться деньгами, затем применили грубую физическую силу – но без толку: дом уже окружён, на чём авторы и оставляют своих героев. Теоретически пьеса – о необходимости выдавливать из себя раба по капле, о чём свидетельствует и эпиграф из Акутагавы, что в какой-то степени справедливо – не стоит идти по первому свисту на бойню, как стадо баранов, нужно оказывать сопротивление. Но при этом и её финал, и история человечества вообще показывают, что отнюдь не всегда люди, страдающие от власть имущих, прикладывали руку к их возвышению и самостоятельно ложились под их зверства, и отнюдь не всегда этих людей ломала государственная машина. Иногда, если ты не пойдёшь добровольно, за тобой приходят и уводят насильно. Это отчасти оправдывает получивших повестки героев – а вот запоздалость действий молодёжи несколько удручает. Вспоминается пословица: если будешь молчать, когда придут за другими, некому будет кричать, когда придут за тобой. А то, что придут и за Сергеем, и за Артуром, если ещё не пришли, не оставляет сомнений: предрассудки «тёти Моти» актуальны в любом веке, а них найдётся место практически для каждого. Но как бы кто ни относился к пассивному или резистентному взаимодействию с диктатурой, структура произведения, хоть и не скучна, однако же и не увлекательна – действие происходит всё время в одном месте и практически в одном хронометраже, диалоги громоздки, но несут минимум смысла и практически не содержат психологической и эмоциональной характеристики персонажей. Они остаются плакатными, как бы ни старались замечательные актёры – Лев Дуров (Пинский, он же режиссировал спектакль), Лакирев (Кирсанов), Никулин (Базарин) и другие. Достаточно плакатным является и появление на сцене сначала человека в нацистской форме, затем в форме красноармейца, которые ведут себя в обжитом нашими героями пространстве как дома, а те их в упор не замечают. Но и без них только слепой не видит, что призраки шовинистских идеологий бродят между нами и пользуются каждой слабиной. Что ж – не будем расслабляться.
04.08.2010
Комментировать рецензию
Постановка не понравилось. В зале не умолкал смех (конечно!) - смеяться над быстро состряпанной пошлостью, наверное, кому-то легко. За Льва Дурова (люблю, люблю его!!!) было временами стыдно - его герой приставлял периодически разные предметы то к попе, то к детородному органу. Этот спектакль основательно подпортил идею произведения. Обидно.
К сожалению, и не смешно и не трагично... Что-то рецензия из одного предложения не публикуется. Ну, добавлю, что мужу тоже не понравилось.
.
Имея стойкую привычку относиться к театру как к храму, испытала досадное разочарование, посетив этот спектакль. При наличии на сцене талантливых актеров, никак не удалось понять режисерскую задумку. Да и вообще, была ли она? Речь в спектакле идет о привычке поступать так как сказали, а не так как человеку следует поступать, мысля самостоятельно. Конечно, совковое наследие не прошло даром. Страх перед человеком в форме остался у многих и по сей день. Спектакль ближе всего к жанру трагикомедии, есть моменты, когда зал искренне смеется над происходящим. Странное чувство было на следующий день - вдруг пришло понимание, что то что происходило на сцене, вполне может случиться и в жизни.
Тяжелый спектакль, где-то даже страшный, если задуматься. А если не задумываться, то покажется, что просто ерунда какая-то. Но нет, не ерунда... Понимание каких-то вещей, увиденных на сцене, услышанных, приходит не сразу - на следующий день и даже позже. Во время спектакля я почему-то ну никак не могла понять режиссерского хода с неожиданным появление человека в форме - ну вышел, стоит просто или свечи задувает, или в бумагах каких-то копается, никто из героев его не видеит... Ну к чему он тут?! - негодовала я. А потом вдруг, уже дома, как озарение - а ведь нужен он был! И от этого озарения становится еще больше не по себе... Динамики в спектакле нет, особого веселья тоже, хотя шутки имеются и местами даже не слишком банальные. Наповал сразил финал - когда показалось, что все, хеппи-энд, что, может, и правда все происходившее с героями было шуткой, и вдруг - вой сирен, лязг железа, голубые маячки и бьющий в глаза свет прожекторов, тревожная музыка, замеревшие на сцене актеры... Действительно стало страшно и захотелось закричать, чтоб вернуться в менее пугающую реальность.
В общем, спектакль не для каждого и уж точно не для приятного расслабления после тяжелой недели.