
Перед началом спектакля зрителей встречает сама Ермолова: в середине луча прожектора на закрытом занавесе красуется статный силуэт «великой трагической» (это новый логотип театра). Занавес открывается — точно такой же силуэт, только живой, произносит первые реплики спектакля, что-то про ремонт. Вектор задан — морально измельчавшие персонажи до самого финала будут пытаться принимать величественные позы, обнаруживая в себе отсутствие подобающего достоинства, а громадные декорации из ватмана будут стараться походить на шедевры античной архитектуры. В них разыграется мрачная история про мир, где все искреннее и честное должно быть уничтожено в угоду процветанию тотального фейка. Жертвой несправедливого устройства мира падет юная девушка. Это новая «Гроза» — со своими Катериной, Борисом и Кабанихой. Только без бога. Во всяком случае, без того бога, которому молятся.
Спектакль стоит на трех обстоятельствах. 29-летняя Анна Яблонская написала «Язычников» незадолго до трагической гибели при взрыве в Домодедово. А летела она как раз получать премию за эту пьесу про отсутствие бога. Это обстоятельство номер раз. Пьеса правдоподобно живописует пороки РПЦ, агрессию православных, глухой быт семейки обывателей и — на этом мрачном фоне — отвагу юной бунтарки в стрингах, вооруженной цитатами из Фомы Аквинского. Да-да, второе обстоятельство носит имя Pussy Riot, даже несмотря на два года разницы между сочинением пьесы и панк-молебном. Без него пьеса показалась бы не столь актуальной. Большая сцена свежеотремонтированного, обновленного, едва открывшегося Театра Ермоловой, откуда ненормативная лексика прежде не звучала никогда, — это обстоятельство номер три. Иными словами, факт постановки остросоциальных, изобилующих бранью «Язычников» худруком «Мастерской Петра Фоменко» на большой сцене Ермоловского театра — это окончательная и бесповоротная демаргинализация «новой драмы». И контекстное поле тут такого напряга, что оно едва не перекрывает достоинства самой пьесы, навзрыд констатирующей какую-то вневременную универсальную дисгармонию, фатальную системную ошибку, из-за который человек обретает высшее счастье, только познав страшное горе.

Этот спектакль, конечно, получше, чем графоманское сочинение Родиона Овчинникова, с которого стартовал в Ермоловском первый сезон под руководством Олега Меньшикова. Но когда на второй (!) вечер показа "Язычников" в партере свободна треть кресел, грустно. Хотя такому мощному и доброжелательному пиару, который достался этому театру за последние полгода, любая труппа обзавидовалась бы и сделала бы на нем хорошую кассу. Нет, пока не получается. Новый зритель в здание на Тверской не хлынул.
Спектакль по известной пьесе Анны Яблонской получился у режиссера Каменьковича довольно затянутым, не сильно убедительным в его "чудесной" части. Музыка и сценография - тоже не самые сильные звенья. Из актеров лучшей мне показалась приглашенная на роль дочери Кристина Асмус, она играет отважно и разнообразно, а вот к штатным сотрудникам Ермоловской труппы, почти ко всем, есть вопросы по части убедительности.
Смелая пьеса о кризисе в семье и доверии прежде всего между близкими людьми. А также разнообразие оттенков мракобесия. Странно, что никто не оскорбился за чувства верующих после такого спектакля. Видимо потому что беззубый. В смысле без явных ярких признаков покушения на «символы» веры.

У человека в душе дыра размером с Бога, и каждый заполняет её как может (с.)
Есть вещи, столь сокровенные, затрагивать которые не стоит даже в мире искусства, даже в гениальном театре с талантливыми актерами. Вчера вместе с подругами первый раз посетили театр им. Ермоловой, и я очень надеюсь, что мы просто выбрали не ту пьесу. «Язычники» - труд Анны Яблонской, после просмотра которого мне захотелось помыть руки. Конечно, стоит отдавать себе отчет, что спектакль делает не только драматург, но и режиссер с творческой группой, но изначальная идея, на мой взгляд, уже была провокацией, Евгений Каменькович просто придал истории больше грязи.
«Язычники» рассказывают о жизни среднестатистической семьи: Мать (Наталья Кузнецова) на своих плечах тащит всю семью: безработного мужа (Николая Токарева) и дочь (Кристину Асмус), которая неожиданно из отличницы превратилась в проститутку-алкоголичку. Их бытовые ссоры не могут нам не напомнить свои: затяжной ремонт, от которого уже все устали, желание, чтобы родные имели хорошее образование и стабильную работу и т.д. И вот неожиданно, без приглашения к ним приезжает Бабушка (Наталья Потапова), которая оставила свою семью 45 лет назад во имя служения Господу. Никто ей не рад, она же начинает крестить квартиру и открыто навязывать свою веру. К концу первого акта зритель наблюдает «божье» чудо: благодаря Бабушке Мать продает огромное помещение Батюшке, а Отец находит работу. Противится церковным обрядам только бунтарка Дочка, но и ее собираются очистить. Во втором акте картинка не радужнее, из-за непонимания со стороны родителей и разбитого сердца Дочка выпрыгивает из окна, в последствии впадает в кому. И вот и вера в Бога начинает смешиваться с грязью, появляются два лагеря из тех, кто верит во врачей и молится и из тех, кто говорит, что хваленому Богу нужны только страдания, надеяться можно только на медицину. Параллельно зритель узнает, что Бабушка 45 лет назад ушла в церковь, потому что сделала оборот, а Батюшка купил склад для контрабанды. В финале Дочка заново учится ходить, говоря, что не знает есть ли там Кто-то, но что-то есть.
Я думаю, что режиссер хотел донести до зрителя глубокую мысль: неважно, как и в какого Бога ты веришь, главное – не роптать на жизнь, пока есть две руки, две ноги. Вера – это сугубо личное каждого из нас. Но то, как это было поставлено, какие слова говорили главные герои и в каком виде они выходили (например, внешний вид Кристины Асмус во втором акте был прямой отсылкой к Pussy Riot) вызвали у меня отвращение на протяжении 3 часов. Девушки сзади меня в какой-то момент просто встали и ушли, а значит постановка Каменьковича не в состоянии удержать зрителя. Да, мы живем в несовершенном мире, а если бы он стал совершенным, то началась бы традиционная утопия, поэтому пороки есть у всех. Но не стоит выставлять церковь одним местом, считая, что современный зритель поддержит такой расклад. Я не фанатка, но полуголые Пусси Райт, которые в 2012 году пели «Путин зассал» вызывали у меня всегда больше отвращения, чем осознание того, что многие батюшки ездят на машинах и имеют свой бизнес.
На спектакль стоит идти только ради игры актеров, они невероятны. Николай Токарев так умеет удержать зрителя, то на трех его монологах я не смогла сдержать слез. Только благодаря актерскому составу я ставлю спектаклю три звезды.
Мат со сцены очень сильно коробит слух. При всем уважении к авторам, которые отображают нашу суровую действительность используя (простите за тафталогию) "часто используемые "слова, а также к режиссеру, но в театре, со сцены этого не хочется слышать. Большинство людей приходят в театр, чтобы оторваться от действительности, прикоснуться к высокому, и бац! - бесконечным потоком про суровую жизнь, про пьянство, мат и т.д.
Игра актеров больше понравилась, чем нет, но соглашусь, что несчастье, произошедшее с девушкой, не стоило так показывать. Похоже на уродливую карикатуру на человека с ограниченными физическими возможностями. Если девушку показали бы в инвалидном кресле или со специальным приспособлением для облегчения ходьбы, это бы выглядело более органично.
Мы заплатили за каждый билет по 500 р. (2 ряд балкона по центру - прекрасно видно) Больше за этот спектакль было бы жалко.
Про театр: Приятно было видеть большое количество лиц пенсионного возраста, потому что билеты весьма доступны (500р. на балконе), но и большего этот спектакль явно не стоит.
В театре был "косметический" ремонт. Обивка на креслах с дырочками, потолок с подтеками, старая проводка, закрашенная белой краской и т.д. В буфете сплошь "гости" из средней Азии и бесконечная очередь, поскольку считают на калькуляторе.
Были в театре в декабре 2012. Актеры играют добротно, хорошая школа. Некоторые, молодые, немного переигрывают. Пьеса, наверное, неплохая. Но вот что хотел донести до зрителя режиссер-загадка? В современной жизни итак все вверх тормашками. Возможно он предполагал, что зритель должен сделать выводы сам.?
Сам театр приятно удивил ценами в буфете. В Ленкоме буфет могут позволить только миллионеры.

Масульмане, Евреи, Буддисты, прочие конфессии никогда и никому не позволят писать и играть подобное, за исключением "про кого-то ".
Хотите испортить вечер, добро пожаловать на спектакль. Есть над чем задуматься...
Полный отстой. Мат со сцены совсем не в тему. Игра актеров слабая. Сюжет, мягко говоря, странный. Покинул зал в антракте, смотреть эту откровенную лажу не реально. Жаль потраченного времени и денег.
При всех былых заслугах Каменьковича постановки явно не получилось. Драма Яблонской (и сама по себе, откровенно говоря, слабая) прочитана им как балаган и шарж, в которые потерялись и те немногие здравые мысли, что были в первоисточнике. Актеры при этом играют, как могут, но играть это невозможно: при всей погруженности в быт, все совершенно нереалистично. Пресловутый мат (его объем сильно урезали) коробит, прежде всего, своей необязательностью и нескрываемой наигранностью.
Декорации в виде оживления картины времен эпохи Возрождения (а ля "Афинская школа" Рафаэля) на фоне всей беспомощности текста и пластики - тоже очень сомненительная режиссерская "находка".
В чем режиссер видит смысл произведения, так и осталось не раскрытым. На поверхности остался один антихристианский пасквиль, да и он разыгран плохо и невежественно.
Если спектакль кем-то и будет замечен, так это, очевидно, обществом инвалидов, у которого есть все основания для обращения в прокуратуру: настолько издевательски и до безобразия глумливо решен образ дочери в конце спектакля.
К сожалению, "новый" Ермоловский театр начинает еще хуже, чем закончил "старый".