Чтобы не путаться, назовем спектакль мюзиклом. Вообще-то, музыка на сцене Малого - это не экзотика. Петь и танцевать здесь начали еще в позапрошлом веке, когда музыкальные спектакли назывались водевилями. Пять лет назад репертуар взорвала "Свадьба Кречинского". Тогда на афише написали: "Мюзикл". 23 апреля спектакля не стало: во время очередного представления у исполнителя главной роли и режиссера Виталия Соломина случился инсульт. Шесть месяцев спустя здесь выпустили новую премьеру - теперь это называется музыкально-романтической комедией.

Шекспира петь не скучно. Он не зануден, хотя и предсказуем. Главные действующие лица: король и принцесса, три друга короля и три фрейлины принцессы. Друзья короля, узнав, что "пусты все эти плотские утехи, чинящие учению помехи", решили избегнуть соблазнов, первым из которых являются женщины, - и подписали соответствующий обет. Не пустили во дворец даже фрейлин с прекрасной принцессой, оказавшихся в их владениях, - но не погнушались общаться с ними на нейтральной территории. Путешественницы обетов не давали, но оказались принципиальнее хозяев: наказали своим избранникам ждать год, работать над собой - и лишь потом думать о свадьбе. Те согласились терпеть.

Зритель Малого театра воспитан необыкновенно: аплодировать начинает при открытии занавеса. И продолжает поддерживать аплодисментами актеров, несмотря на то что некоторых совсем не слышно. Изящные танцы в живописных декорациях им удаются несколько лучше, однако ж ни о какой конкуренции с новыми мюзиклами здесь речи быть не может. И дело не в том, что песни на музыку Эдуарда Глейзера и Григория Гоберника вряд ли станут хитами, и не в том, что артистам мешают ботфорты и шляпы с перьями, в "Чикаго" тоже перья есть. Просто артисты эти к другому привыкли: там, где нужен патетичный жест и декламация, им явно комфортнее. Декламируют в Малом по-прежнему лучше всех. О том, как в Малом поют, - лучше промолчать.