Рекомендации для вас
Гид выходного дняВсе
Популярно сейчас
Малый театр решил объять необъятное и поставил спектакль по роману Владимира Мединского. На сцене все время вращается башня, вокруг которой выстроен базовый сюжет: плохие поляки нападают на хороших русских. Русские крестятся, и им помогает бог. Затем поляки все равно побеждают, но вместо золота, за которым охотились, находят книги. Манифестируется генетическая привязанность русских к культуре. Зачем на все это смотреть — непонятно.
| Драматический |
| 16+ |
| Владимир Бейлис |
| 10 мая 2018 |
| 3 часа, 1 антракт |
Все
Как вам спектакль?
Рецензия Афиши
Непатриотичный спектакль по роману Мединского в Малом театре
«Молодой человек, ну что же вы? В театр — и в футболке. Нехорошо», — укорил меня в партере почтенный мужчина из соседнего ряда. В самом деле, Малый театр — не «Гоголь-центр» и тем более не «Театр.doc». Это понятно. Я уважаю традиции Малого театра и принарядился бы, конечно, если бы заранее знал, что попаду на спектакль, — до последнего было неясно, даст ли руководство разрешение на аккредитацию журналистов. Дело в том, что премьера одиозная — на бывшей императорской сцене поставили не очередную реинкарнацию «Недоросля» или «Ревизора», а патриотический боевик по роману Владимира Мединского.
История простая — как «Три поросенка». Есть плохие поляки и хорошие смоляне. Первые осаждают крепость, вторые обороняются. Причина нападения еще проще — вроде бы где-то на территории Смоленска зарыт клад с золотом, но это не точно. Поляки с криками «На колени, русский!» и «Ах ты, пес!» побеждают, но вместо золота находят в сундуках книги. Король Сигизмунд III делает вывод, суть которого сводится к торжественному: «Не понять нам этих русских!»
За все три часа на сцене появляются только два любопытных персонажа, и оба «плохие»: отвратительный пузатый губошлеп (в начале его сразу убивают) и, собственно, Сигизмунд. Народный артист Валерий Бабятинский в этой роли отменно косплеит инфантильного короля из «Бременских музыкантов», только вместо дочери у него две натуральные борзые.
Положительные персонажи двумерны, как богатыри на полотнах Васнецова. Они носят бороды и шубы, отважно выпячивая грудь при упоминании врага. Если супостат выстрелил справа, все, как на переменке в младших классах, подрываются и убегают в одном направлении с криками: «За мной! Скорее!» Утрированная стилизация могла быть интересной, если бы не была такой скучной. Ни одной хорошей шутки (вместо шуток — благословения священника), ни одного достойно поставленного сражения (вместо сражений — бесконечные причитания), невнятная сценография, представляющая собой зачем-то постоянно вращающееся подобие крепости Винтерфелла на фоне огромного экрана с пейзажами.
От спектакля ждешь нарочитой патриотичности, но, если разобраться, он вообще не патриотический: к примеру, среди русских каждый второй оказывается предателем, тогда как все поляки заодно. А похвала русскому народу приобретает вес в спектакле только потому, что произнесена из уст лидера европейского государства. Смоленские священники и вовсе фальсифицируют мироточение икон и прячут в своих подвалах провизию от голодающего населения. В общем, гордиться особенно нечем.
Главная проблема спектакля в том, как он сделан. Эстетически он напоминает живопись Глазунова, драматургически (и, кстати, музыкально) — «Бандитский Петербург». Историческую достоверность и обсуждать нечего; роман написан человеком, над диссертацией и книгами которого потешается все историческое сообщество. Чтобы аргументированно доказывать тотальную несостоятельность спектакля «Смута» по всем пунктам, нужно как следует возмутиться. Но зрелище настолько уныло, что не способно даже возмутить.
Писать о том, насколько бессмыслен и утомителен очередной спектакль в самом конформистском театре страны, — занятие не менее бессмысленное и утомительное. Режиссером числится Владимир Бейлис, работающий в Малом театре почти полвека, — но попробуйте отличить его работы от десятков других спектаклей, идущих на этой же сцене. Единственная существенная особенность «Смуты» в том, что про нее не скажешь привычное «Книга лучше».
Малый сегодня — блеклый, напрочь лишенный индивидуальности и живой человеческой энергии театр, славящийся артистом Василием Бочкаревым (в «Смуте» не участвует), выдающимся костюмерным цехом и, разумеется, великими традициями, заложенными актером Михаилом Щепкиным и драматургом Александром Островским, которыми Малый театр по праву гордится. Вот только фактически происходящее на сцене Малого театра — не что иное, как беспардонное поругание этих традиций.
Щепкин призывал священнодействовать на сцене или убираться вон — этому завету сегодня следуют, например, режиссеры Анатолий Васильев и Юрий Бутусов. Островский изучал российскую повседневность, перенося ее на подмостки, — теперь этим занимаются «Театр.doc» и «Гоголь-центр». А чем занимаются в Малом театре — не очень понятно, честно говоря. От уникального династического театра с собственным каноном и системой актерского существования в XXI веке из-за несоблюдения условий хранения осталась только этикетка.
Единственная традиция, которая действительно живет на этой сцене, — неброский советский стиль, который процветает едва ли не во всех старорежимных театрах бывшего СССР, по недоразумению сопровождаясь эпитетом «классический». Это и понятно: в серой зоне выше выживаемость, а те, кто всерьез занимается новым театром, с недавних пор автоматически попадают в зону риска. Юрия Бутусова выдворили из собственного театра, Кирилла Серебренникова и его команду уже год держат под арестом, не давая работать, Алексея Малобродского с инфарктом увозят из зала суда, прессовавшиеся силовиками Михаил Угаров и Елена Гремина умерли от сердечной недостаточности, судьба созданного ими «Театр.doc» под вопросом. И только в одном можно быть спокойным наверняка. С Малым театром все будет хорошо. Во всяком случае, пока туда не начнут приходить зрители в футболках.
Огненный сокол над Смоленском
1609 год, Смоленск уже 95 лет Русский, но под его стены приходит армия короля Речи Посполитой Сигизмунда. А на Москву ушли польские отряды и в России набирает обороты Смута, Лжедмитрий II борется за трон с боярским царем Шуйским, и огненные птицы войны, вьются и над хижинами и над дворцами.
Именно об этих событиях рассказывается в книге В.Р.Мединского «Стена», по мотивам которой поставлен спектакль Малого театра «Смута».
Во главу сюжета поставлена легенда о кладе Бориса Годунова в подземельях Смоленской крепости. И действительно, что заставило Сигизмунда два года сидеть в осаде, а не вести войска в Москву, дабы сесть на престол (ибо хитрован Сигизмунд вовсе не собирался отдавать его сыну). Конечно золото. (Правда золота он там так и не нашел). Ну а теперь о самом спектакле…
Сразу хочу отметить великолепные декорации, что, впрочем, является одной из визитных карточек Малого театра. Сразу создается полное ощущение адекватности с реальными крепостными стенами, поражающее воображение. Плюс отточенная до сантиметра и секунды, постоянная трансформация декораций вызывает ощущение некоторой време`нно-пространственной лакуны. А медиа-задник, вкупе с проекционным декором действия, довершает эти ощущения. И очень удачен постоянный флер Огненного сокола на сцене, так и висят в подсознании огненные буквы - ВОЙНА!
И кое-что по ролям и исполнителям…
Шеин, воевода Смоленска, в исполнении Народного артиста России Валерия Афанасьева. Роль, как под него написана, вписался в образ абсолютно. Харизматичный – «Слуга царю, отец солдатам».
Понравился Фриц Мейер Олега Добрована. У него моторика именно повоевавшего наемника. Не удивлюсь если узнаю, что в биографии Олега есть Иностранный легион (шутка). Ну очень похоже. Солдат сам в себе.
Дьяк Разбойного приказа Логачев, Александра Белого. Абсолютно шикарнейший «молчи-молчи». Когда он кого-либо подозревал или допрашивал на сцене, некоторые зрители в зале аж поеживались. Великолепная смесь отрицательной и положительной харизмы, актеру безусловно удалась. Периодически казалось, что на нем не очки, а пенсне. Тем более что в книге у Мединского его звали Лаврентий Палыч.
Очень неплохо показан Ерошка, Владислава Тирона. Играть болезных и юродивых очень непросто. Ведь еще Великий Иван Семёнович Козловский говаривал, что партия Юродивого из Бориса Годунова, далась ему тяжелее, чем Ромео и Ленский вместе взятые. Но у Владислава эта роль очень хорошо получилась.
И абсолютно поразил Сигизмунд III, король Польши, Валерия Бабятинского. Очаровательнейшая трактовка блестящего королевского цинизма, бездна харизмы, элегантность движений. И как отличный штрих образа, пара белоснежных борзых.
В заключение скажу, не как театральный критик, а как историк… Спектакль очень своевременный. Что такое Смоленск, Смоленск это замок на Московском тракте и не забывайте, Смоленск снова пограничный город. Так что показывать эту работу старшеклассникам и студентам, считаю не лишним.
Отличный спектакль. Декорации, игра актёров, костюмы, обувь, музыка, сценарий - всё шикарно.
Спектакль показывает время Смуты после Лжедмитриев и до 1611 года. Внимание зрителя держит, захватывающие спецэфффекты пожара и т д, узнала это время лучше, т к мы его плохо учили в школе, а оно очень поучительно!!!! Дорогой автор, пожалуйста, допишите дальше сюжет, до 1613 года, чтобы интервентов прогнали и был Хэппи енд. Очень жду. Приду ещё.
Недавно я посмотрела в Малом театре спектакль «Смута. 1609–1611 гг.» по роману Владимира Мединского «Стена» и была по-настоящему впечатлена. Это большая, серьёзная и очень достойная постановка, которая не оставляет зрителя равнодушным.
Перед нами предстал настоящий историко-приключенческий сюжет. С погонями, тайнами, разорванной на части картой клада и даже подземельями с сокровищами. И главное — здесь живая, тревожная, местами страшная история нашей страны, которая отдается болью в сердцах.
Действие происходит во время осады Смоленска польско-литовскими войсками в 1609–1611 годах. Реальные исторические события переданы подробно и уважительно: тяжелейшая двухлетняя оборона города, руководимая воеводой Михаилом Шеиным, голод, предательства, штурмы и невероятная стойкость защитников. Это одна из самых драматичных страниц русской истории, и спектакль не пытается её приукрасить.
Параллельно с исторической канвой развивается вымышленная линия. Пока поляки штурмуют стены, а в Москве Боярская дума раздирает страну интригами, в здесь разворачивается совершенно безумная и затягивающая история о кладе. Якобы, Борис Годунов перед смертью спрятал в подземельях Смоленской крепости несметные сокровища. Слух этот в спектакле приобретает такую силу, что клад с одинаковым остервенением ищут все: и польский король, и посадские купцы. Эта приключенческая история не мешает основному повествованию, а добавляет напряжения и заставляет следить за происходящим с особым интересом.
Самое сильное впечатление от сценографии Виктора Герасименко. Главная декорация — огромная вращающаяся стена, похожая на фрагмент Смоленского кремля. Она движется в разные стороны. Два круга — внешний и внутренний — поворачивают её то одной, то другой стороной. И за какие-то секунды ты переносишься из вражеских шатров в храм, из пыточной в боярские покои.
Неровный (под углом 30 градусов) пол сцены - еще одна невероятная находка постановщиков, это буквальное визуальное воплощение всеобщей нестабильности. Благодаря наклону любое движение персонажа — шаг вверх или спуск вниз — наполняется особым драматизмом и напряжением.
Костюмы исторически точны и очень выразительны: тяжёлые боярские одежды, воинские доспехи, красные кафтаны стрельцов, польские изысканные наряды — всё создаёт атмосферу той эпохи.
Актёрский состав — еще одна причина, почему «Смуту» надо посмотреть. Народный артист России Валерий Афанасьев в роли воеводы Михаила Шеина — это без преувеличения выдающаяся работа. Его воевода получился сложным, волевым и глубоко трагичным человеком, который несёт на себе огромную ответственность. Он говорит весомо, с надрывом человека, который понимает: город обречён, но сдаваться нельзя. В его глазах — усталость от войны и железная воля.
Валерий Бабятинский в роли Сигизмунда III — полная противоположность. Его король упрям, жесток, но одновременно в нём есть что-то чудаковатое (живые русские борзые на сцене дополняют это свойство его характера). Он одержим желанием сломать Смоленск любой ценой ради сокровища, что спряло в его подземельях. Бабятинский играет врага не плоским злодеем, а живым, нелепым и от того ещё более опасным человеком.
Вся актерская команда работает безупречно. Прекрасен Александр Волков в роди предателя Дедюшина, запомнится работа Алексея Фаддеева в роли героического Григория Калдырева и Владимира Дубровского в роли изменника купца Зобова. Великолепная работа всех и каждого. Браво!! Спасибо!
Постановка длится почти три часа, но время летит незаметно, потому, как спектакль получился удивительный: умный и патриотичный без крикливости, зрелищный без пошлости и захватывающий без дешёвых спецэффектов. Тут история — не скучный список дат, а живая рана и великое приключение одновременно. Идти с детьми 12+ обязательно, они будут удивлены, как таланты умеют делать мощное историческое кино на сцене.
Все
