Из драмы с налётом комедии сделан детектив.
Замечательную роль замечательной Жеряковой сократили вдвое против пьесы - а ведь она единственная и могла бы вытянуть спектакль на комедию. Ключницу Огуревну заменили на дворецкого Станислава. Текст пьесы тоже подсократили прилично.
Всё равно потрясающе, как обычно - костюмы, декорации, грим. Но это всё-таки не совсем Островский, это что-то другое. Чем-то даже напомнило "Отель "У погибшего альпиниста".
Необычное прочтение Островского с таинственной музыкой и не менее таинственным дворецким (в исполнении Станислава Сошникова). В такой слегка гнетущей атмосфере зрители задаются весьма нетривиальными вопросами. Сможет ли герой Бочкарева откупиться от мук адских, заплатив за грехи серебром? Удастся ли родственничкам-пройдохам урвать свой кусок наследственного пирога? И наконец, что возобладает над главной героиней - верность или любовь? Островский актуален сегодня как никогда.
Записки дилетанта.
№ 36. Малый театр. Сердце не камень (Александр Островский). Режиссёр Владимир Драгунов.
Классика жанра.
Исторически сложилось так, что драматург Александр Островский является основным «поставщиком» пьес для Малого Театра (неофициальное название театра - «Дом Островского»). Здесь были поставлены все его 48 пьес. Комедия «Сердце не камень» написана умудрённым опытом драматургом в возрасте 57 лет и часто в театре не ставилась, оказываясь «сложной» для постановок.
В простой, казалось бы, в сюжет о завещании вплетено множество тем – здесь и неравный брак со всеми вытекающими противоречиями: «…я не святая. Да и много ли у нас, в купечестве, девушек по любви-то выходят? Всё больше по расчету, да еще не по своему, а по родительскому», и проблемы женской эмансипации: «А от нас требуют, чтоб не только мы закон соблюдали, а в душе и помышлении непорочность имели. Как еще они, при своей такой безобразной жизни, смеют от нас чего-то требовать!», и супружеские измены, вызванные скукой жизни: «Я, кажется, до семидесяти лет влюбляться буду. А то и жить-то незачем, какой интерес! А тут вдруг как-то тепло на душе. А то какая наша жизнь? Пей, ешь да спи», и про то, на какие подлости готов человек ради денег, и про то, что каждому всё-таки воздастся по заслугам, и справедливость восторжествует, что добрые люди спасают мир, и про человеческое одиночество: «Да с тех пор, вот уж пятнадцатый год, и сижу дома», и о том, что все грешны, и о том, что люди получают то, к чему стремятся к хорошему ли, или злому, и об отсутствии простого человеческого счастья и что его не найти без честности к самому себе и про отношения мужчин и женщин во всей их сложности и запутанности: «Ты спроси у лошади, как ей лучше, свободней: в хомуте или без хомута! А баба-то ведь хомут… Вот как будут железные зубы-то, вот и буду я ими жевать жену-то – жевать, жевать».
В пьесе и в постановке проявлены все основные идеи театральной школы Островского: «Театр должен быть построен на условностях» и иметь «четвёртую стену» разделяющую сцену и зрительный зал – и точно, актёры скрупулёзно воплощают текст пьесы, завершающейся развязкой в финале. «Неизменность отношения к языку: мастерство речевых характеристик, выражающих почти все о героях» – все персонажи «выпуклые», играются «сочно», харАктерно. «Ставка не на одного актёра» – «главные» здесь, как минимум и Каркунов и Вера Филипповна; вторят им равноправные участники: Халымов и Аполлинария Панфиловна, Константин и Ольга, Ераст, Иннокентий – важны и проработаны, индивидуальны все.
Но всё-таки роль Каркунова (азартно сыгранная Василием Бочкарёвым) получилась центральной. Актёр является ядром и «держит» зал, в том числе и за счёт внутреннего обаяния и мастерства. За ним интересно просто наблюдать. Тот же Константин, его племянник, хоть и сыгран во всей своей подлости, пустоте и развязности не менее смачно, но такого сильного эффекта не производит. Но получился Каркунов всё-таки слишком «положительным», даже благородным для самодура, находящего единственное утешение в пышных ночных пьяных загулах. Контрастом выглядит его молодая жена Вера Филипповна, ангел во плоти, всю жизнь посвятившая помощи бедным, тратя на это деньги, заработанные престарелым мужем. Но так ли честна с собой пресноватая в своей нравственной стерильности Вера Филипповна?
Её подруга Аполлинария Панфилова зажигательно сыгранная Ириной Жеряковой (на её озорные и циничные разговоры «под бутылку мадеры» живо реагируют зрители) не стесняется рассказывать о том, что всех женщин интересует и волнует на самом деле: «Грех сладок, а человек падок… Враг-то силен, поручиться за себя никак нельзя… Мне и под пятьдесят лет, да я за себя не поручусь…». Ей вторит раздираемый противоречиями, но под конец вставший на путь истинный Ераст, уговаривая Веру Филипповну: «Вы теперь всех людей любите и добрые дела постоянно делаете… а себя любить не позволяете; но пройдет год или полтора, и вся эта ваша любовь… зачерствеет, и все ваши добрые дела будут вроде как обязанность или служба какая», и самое главное: «Как вы, однако, греха-то боитесь! Вы, видно, хотите совсем без греха прожить? Так ведь это гордость. Да и какая ж заслуга, ежели человек от соблазну прячется? значит, он на себя не надеется. А вы все испытайте, все изведайте, да останьтесь чисты, непорочны – вот заслуга».
Спектакль Владимира Драгунова получился вполне традиционным, без режиссёрских интерпретаций искажающих оригинал. Классическое произведение, классически и профессионально сыграно в заслуженном театре в красивых костюмах и декорациях сплошь заслуженными и народными артистами. Вывод обнадёживает: справедливость в жизни всё-таки есть несмотря на её неоднозначность и запутанность. Каждый рано или поздно получает по заслугам в этом мире, который держится на добрых людях. Конец позитивен: Каркунов, эффективный промышленник в качестве бонуса имеет прекрасную, добродетельную и верную жену и готов умереть спокойно, Вера Филипповна заслуженно наследует все капиталы мужа, а исправивший Ераст в недалёком будущем обязательно женится на своей хозяйке. Даже мерзавец Константин награждён персональной пенсией милостью Веры Филипповны. Дай Бог так всем!
Сердце не камень? Спросим у Островского.
Когда в 1880 году, в журнале «Отечественные записки», была напечатана эта пьеса, некоторые критики назвали ее «памфлетом-утопией»…
Нет, конечно эта пьеса, очередной урок Социальной психологи от Островского, но с некоторыми изменениями. Автор здесь, несколько отойдя от своей острой социальной сатиры, вдруг как бы начал декларировать, что богачи должны раскаяться и пустить свои капиталы на благотворительность, и похоже сам почти поверил в такую возможность, уж больно искренне написано.
То есть в пьесе, помимо типично купеческой интриги, трагедии женщины из купеческой семьи, суеты приживалов, ну и конечно стандартного постулата Островского о том, что искушение деньгами, непреодолимо поднимает со дна человеческой души все самое мерзкое, вводится некий моралистический хеппи-энд.
Режиссер-постановщик спектакля заслуженный артист России Владимир Драгунов, тщательно проработал пьесу, приблизив ее к современному зрителю, впрочем, такое решение в Малом театре, это скорее правило, нежели исключение. И я вижу очень сильное решение в том, что первыми на сцену вошли не актеры, а… биллиардный шар. Некий символизм камушка, который в результате стронул лавину (вельми неплохой синоним знаменитого ружья, висящего на стене), а снятие прислугой чехлов с мебели, на мой взгляд так же было рефреном грядущих перемен. Ну и плюс все это задало некую ритмику спектакля, которую задавали актеры третьего плана.
Очень понравился дизайн интерьера, очень хорошо, одновременно ненавязчиво и солидно, подобраны стиль и цвета и вкупе с костюмами, это дало неповторимую стилистику спектакля, (большое спасибо за это художнику-постановщику Марии Рыбасовой).
Ну а на сцене, безусловно царил Василий Бочкарёв, то что называется Русский Актер Старой Школы. Его Каркунов, показанный актером яркими мазками, некая смесь отрицательной харизмы с самоиронией, это было великолепно.
Вера Филипповна, (Лидии Милюзиной), четко держала образ Трагической Купчихи - героини Островского, пока во втором акте не предстала в образе Бизнес-вумен XIX века (что кстати для тех времен очень смело). Перевоплощение было таким удачным, что зрители даже сразу ее не узнали.
Отдельно хочу отметить, Странника Иннокентия, (Андрея Сергеева), я отметил его еще в калейдоскопе его персонажей в спектакле "Визит старой дамы", но тут буквально в эпизодической роли, он поразил зрителей, неким брутальным конгломератом: Сатина, Несчастливцева и разбойника из народной драмы «Лодка», ну по крайней мере, я так увидел сыгранный им образ.
И очень понравилось музыкальное решение композитора Григория Гоберника. Викторианская музыка аранжирующая действо Островского, это добавило интриги, для зрителей незнакомых сюжетом. И кстати о зрителях…
Не все жители XXI века, хорошо разбираются в реалиях века XIX.
И если фраза, пришедшая без изменения из канонического текста: «Марш за шлагбаум Ольга! Нечего тебе там делать. Разговор будет умственный» или сценка, где графин с водкой, упал на пол, не разбившись и не пролившись, вызвали в зале смех, что было естественной реакцией.
То, когда Константин стал нюхать табак, по залу пробежал шепоток с рефреном «Кокаин». Ох эти дети Индиго.
И естественно, как и во все года, в вестибюли зрительницы бурно обсуждали, за кого же выйдет замуж Вера Филипповна.
А резюме будет обычным – Браво Малый