– французский режиссер, широко известный в Европе и подаривший Практике «Этого Ребенка» - второй попыткой, увы, представил нечто помпезное и совершенно пустое - спекталь «Пиноккио».

Начинает спектакль появление полуголого артиста-ведущего. Рационального объяснения такой обнаженки на протяжении всего спектакля так и не появится, поэтому вопрос «Зачем?..» так и останется загадкой в умах детей и взрослых.
Далее к «голышу» присоединяются Алиса Гребенщикова (в гриме, способном запугать даже закаленного десантника, а не то что маленьких детей с хрупкой психикой) и еще два товарища по оружию и начинается история про деревянного мальчика с иллюстрациями.

Постановка, мягко говоря, слабая. Актеры произносят свой текст так, как будто в первый раз увидели его за 15 минут до выхода на сцену. Ни о какой жизни на сцене, вере, или хотя бы доверии к происходящему и речи не идет - хорошо, если все буквы будут произнесены четко и в правильной последовательности (что, по правде сказать, тоже большая редкость).
Все, что может быть проиллюстрированно декорациями – иллюстрируется декорациями.
Все, что может быть объяснено «закадровым пересказом» – объясняется им.
Декорации и правда впечатляют. Да, художники, пожалуй, единственные, кто сделал свою работу на совесть. Но и декорации, используемые по схеме привезти-показать-увезти, впечатляют в конечном итоге тоже со знаком «минус», ибо спектакль лишенный какой-либо внутренней наполненности смотрится скорее, как показ слайдов, прокомментированных со стороны.

Денег в проект вложено огромное колличество, это заметно издалека. Дорогие декорации, световые эффекты, платье доброй феи размером с товарный поезд, реклама развешана по журналам, веткам метро, и многометровый плакат на стене Центра им. Вс.Мейерхольда красуется на всю Новослободскую.
А сказки про деревянного мальчика нет.
И все происходящее напоминает уже совсем другую сказку. Так хочется, чтобы из центра зала вдруг встал мальчик и воскликнул: «А король-то голый!»