Пьесы Алексея Арбузова оказались для нашего театра тем же, чем стали песни типа "Крепче за баранку держись, шофер" для эстрады. Его "Жестокие игры", "Старомодная комедия", "Мое загляденье" - это старые пьесы о главном. А "Мой бедный Марат" - одна из лучших пьес Арбузова. Кто хочет поспорить, пусть отправляется в Театр на Покровке. Только пусть он запасется стопкой носовых платков - одного ему точно не хватит. Даже если он мужчина. Ну слезы не показатель, скажет дорогой читатель - и будет прав. Когда запускают песни Высоцкого, или когда сдержанная Елена Стародуб вдруг вскрикнет так специально в тишине, и слеза красиво заскользит по ее щеке, - зло берет. И сама конструкция пьесы напоминает накатанные бродвейские схемы, разгулявшиеся по московским сценам. Но при этом же звучит родная речь, громыхает Отечественная война. И главное - настаивает на своем вечная, черт ее дери, тема: люди взрослеют и лучше от этого не становятся. Жизнь устраивается, но легче жить не становится. Не знаю, что важнее всего было в пьесе режиссеру спектакля Сергею Арцибашеву, - может быть, то, что временем поверяются истинные чувства. Но выразительнее всего он высказался про время, которое не лечит. Обычно трех арбузовских героев, невзирая на разрыв в двадцать лет их жизни между началом и финалом, играли три артиста. Арцибашев назначил каждому возрасту свой состав. И лучшим, естественно, оказался первый - тот, что играл про блокадный Ленинград и замерзающую в чужой квартире девочку Лику. Как пришел в свой дом мальчик Марат, и они, стесняясь, засыпали на единственной уцелевшей кровати. Как они подобрали еще одного, очень больного, мальчика - Леонидика. Они жить друг без друга не могли, но и втроем у них жить не получалось. Н.Фенкина, С.Загребнев и Е.Булдаков существуют так по-настоящему, что игра старших коллег кажется неправдой. Иногда ее еще называют опытом.