Положительные отзывы о спектакле «Ловелас»

В «Табакерке» развели балаган. Перегородили сцену пестрой занавеской, ходят перед ней колесом, поют куплеты, с публикой вступают в разговоры, даже кукольного Петрушку завели. Не поверите — играют Достоевского. Валерий Семеновский написал пьесу на основе романа «Бедные люди». Ольга Красько — Варенька Доброселова, Денис Никифоров — Макар Девушкин. Сергей Угрюмов в этом балагане вроде Карабаса-Барабаса; у него в распоряжении две вертлявые марионетки — их играют Альберт Киселев и Маргарита Горюнова.

Строго говоря, персонажа, которого играет Угрюмов, в пьесе Валерия Семеновского зовут Некто. Семеновский разложил роман в письмах между Макаром Девушкиным и Варенькой на диалоги, а Некто сыплет литературными цитатами, комментирует происходящее, организует действие и, когда понадобится, сам принимается играть персонажей, о которых в письмах идет речь: первую любовь Вареньки — Петю, ее соблазнителя Бокова, старуху-сводню, писателя Ратаборова — того, что украл письма Девушкина, чтобы вставить в свой роман. Осенью эту пьесу в Петербурге поставил Григорий Козлов, и видевшие тот спектакль коллеги пишут о том, что Семеновский-де сумел перевести трогательную историю со старомодного языка Достоевского на сегодняшний язык. Теперь эта вещь появилась в «Табакерке» в постановке Александра Галибина, и, судя по спектаклю, цель у инсценировки была вовсе не в популяризации Достоевского. Похоже, первым делом Валерий Семеновский взялся заклеймить новые времена, в которые не только язык Достоевского звучит старомодно, но и сами отношения между Варенькой и Девушкиным воспринимаются как прекраснодушный фарс. Автора, судя по всему, человека умного и желчного, безмерно изумляют и сами эти чувства, но еще больше — собственная к ним отзывчивость. К этой объемной гамме авторских переживаний примешивается толика презрения к публике, подобной сложностью не обремененной. В пьесе он одновременно изложил историю, прокомментировал ее с позиций современного читателя и еще дал оценку этому комментарию. То есть выполнил работу и за себя, и за режиссера, и за критика тоже. Александр Галибин, как это видится, подошел к пьесе с пониманием того, что ее автор хотел сказать. Хотя такой доверчивости более достойны сам Достоевский и та публика, пусть и немногочисленная, которая пришла бы на спектакль под названием «Бедные люди». А так публика идет на некоего «Ловеласа» с участием звезды картины «Бой с тенью» — а ей подсовывают Достоевского. Подсовывают, будучи уверенными, что все равно ничего сложнее балагана не будет воспринято. Чтоб и дурак понял, что там у Достоевского к чему, диалоги между главными героями марионетки переводят на язык пантомимы. А чтоб этот дурак не соскучился, его время от времени взбадривают: включают в зале свет, предлагают почитать что-нибудь из Пушкина, а то и попросту покричать кукушкой или постучать по дереву. Зал решает, что раз уж тут пошла такая курортная анимация, то надо стучать. В зале стучат. «Дятел», — комментирует Некто. Это, собственно, и есть главная мысль спектакля — если уж совсем коротко.