Заявленной Теплуховой не было, и как-то очень чувствовалось. Всё разлезалось, хотя Строгова тянула задумку даже не на "пять", а на "шесть" по контрасту. Нелепо звучали "сами" стихи, что, пожалуй, не стоило мешать (да ещё в таком исполнении) с бытовой прозой писем, где и без того, если вслушаться, из-под пера безудержно талантливой женщины вылетали пассажи не менее складные, гранёные, диковинные, чем фирменные подрубленные на конце stanzas. Восторженное отношение к камням, серебру, замечательное, портреровавшее эпоху красно-коричневое непродирное пальто - зто получилось, это из них. Этим-то и силён спектакль. Но тень замечательного человека, кажется, снисходительно оглядывается на девчачью возню с сундучком, поясками на кусочках материи, приклеенной фотографической головой, тоже подрезанной, получается, по тому самому месту... (нет, я понимаю, авторы не хотели!) И когда в актёрской интонации прошибает эта ирония - получается здорово. Раздражающе, когда - нет. Странно непропорционально сужающееся от подростковых годов к совсем уж бегло, скудно, торопливо намётанным последним (а их было много, куда больше) оставляет результирующее впечатление незрелости, самой застрявшей где-то на самолюбующеся-воображалистом этапе. А тем, кто достаточно знаком с биографией и географией Марины, спрямления и упрощения комментариев покажутся чем-то вроде неуёмной болтовни конферансье на концерте, куда пришли послушать музыку в чистом виде, пускай и из-под бытовой изнанки партитур.

Нежный девичий спектакль о тонкостях женской Вселенной. Мужчинам стоит смотреть дабы оставаться мужчинами, женщинам-затем, что-бы не потерять себя в новом мире бетона и тонированного стекла. Запах сирени вперемешку с запахом мыла, чёрных лестниц, табака, человеческих тел в объятиях полового влечения,исчезнувших калош и отчаянной безысходности. Красиво. Искренне. В меру камерно и по-хорошему тихо.
Режиссёр Анастасия Патлай и актрисы Ульяна Перетолчина и Екатерина Строгова-образец того, что можно смело назвать-женщина без примесей.
Отдельно рекомендую этот спектакль парням, желающим добраться до тела девушки через её душу. И особенно-влюблённым парам всех возрастов и гендерных пристрастий.

Режиссер спектакля “Цветаева. Гардероб” творит чудеса. Казалось бы, ничего необычного: две актрисы сидят за столом при свете лампы и рассказывают нам истории про Марину Ивановну, используя при этом обычных кукол Барби и разноцветные отрезки ткани. Но то, как они это делают, как заставляют зрителя проникнуться происходящим, почувствовать и понять, каково же приходилось знаменитой поэтессе в разные годы ее жизни.

Обе актрисы кажутся частью одной целого, частью одной Марины, как будто одна из них - Екатерина Строгова - Марина земная, живая, и кровь в ней кипит, а вторая - Ирина Теплухова - Марина воздушная, немножко не от мира сего, та самая, “пена морская”.

Отдельно хочется отметить манеру Ирины читать стихи - от нее мурашки бегут от самой макушки и хочется слушать и слушать.

“Цветаева. Гардероб” - это новый кукольный театр, созданный взрослыми для взрослых. Он покоряет почти моментально и, кажется, задает новую моду на нестандартные, но от того еще более интересные проекты.

необычный, предметный, спектакль. Гардероб Цветаевой разбирают на составные части, любовно, тщательно. В течение всего спектакля примеряла к себе этот внимательный взгляд биографа-драматурга, эффект - терапевтический. Но спектакль больше своей терапевтической маски - о том как образ можно вырастить, и о том, как трудно потом его удержать, как образ ломает человека. Стремительные превращения Цветаевой показаны с пугающей чёткостью, всем любителям подумать о МЦ без заломленных рук и придыхания - горячо рекомендую.

Я посмотрела неделю назад спектакль "Цветаева. Гардероб" в исполнении артистов театра ДОК. И до сих пор мысленно воращаюсь к нему и к главной героине. Спектакль посвящен Марине Цветаевой - замечательному поэту с трагической судьбой, и воскрешает в памяти основные этапы ее недолгой жизни сквозь призму ее "нарядов", "драгоценностей" и внешнего вида в разные периоды ее жизни. Спектакль протекает в формате диалога между двумя молодыми женщинами, которые обсуждают то немногое, что известно о вкусах Цветаевой (далеко не модницы) из воспоминаний и писем современников, подкрепляя сказанное демонстрацией платьев на куклах и чтением стихов Марины Цветаевой. Спектакль длится один час и за это время мы видим, как незаурядная представительница поэтов "серебряного века" из интеллигентнейшей семьи, не дожив до 50 лет, превращается в никому не нужную старуху с кошелкой, которая трется об пальто. Она нигде не нужна - ни на Родине, где убили или арестовали всех членов ее семьи, ни за рубежом, где от нее сторонились знакомые из-за сомнительной деятельности Сергея Эфрона, ее мужа. Хотя речь в спектакле идет только о платьях и браслетах и почти не касается подробностей событий, происходящих в то время в стране, тем, кто хоть что-то знает о жизни Цветаевой, видна подоплека происходящей с ней метаморфозы. Ее жизнь становится невыносимой, и она погибает. Трагическая судьба Цветаевой не может быть не понята, так как что-то похожее коснулось наших родных и знакомых, живших в ту пору... Но, как и другие спектакли театра ДОК, этот спектакль не только о прошлом. Он, очень даже и о нынешнем. Кое-что похожее разыгрывается и сейчас. Может быть, таланта Цветаевой у тех людей, которые попали "в переплет" нет, но всего остального -предостаточно - и эмиграция и желание ( и боязнь) возвращения на родину... Поэтому мой совет: посмотрите этот спектакль. Только перед этим почитайте про ее жизнь. Тогда он вам понравится еще больше

Предложенная оригинальность постновки спектакля предполагала вероятно необычное и талантливое исполнение актеров. И что нам удалось увидеть? Капустник, исполненный участниками художественной самодейтельности уездного клуба. Разочарованы.

Особенно удивил мобильный телефон на столе, с которым участница периодически сверяла время (текст?). Хорошо не отвечала на звонки и сообщения.

Спектакль, второй мною виденный из серии "Слово и вещь", понравился еще больше, чем "Пушкин и деньги", который зацепил задумкой, но не воплощением. Здесь же оформление и "физическое" содержание спектакля, как и смысловая составляющая, произвели впечатление. Во-первых, стильная хипстерская сценография, во-вторых, очень понравилась игра актрисы Екатерины Строговой, которая по-настоящему проживала (озорно и с апломбой, так, как свойственно и поэзии, и личности Цветаевой) письма и воспоминания, обращенные к образу поэтессы.
В спектакле - малом, камерном по форме и подчиненном довольно узкой идее - выразить личность сквозь предметный мир, благодаря талантливому драматургу Нане Гринштейн прослеживается эволюция героини (от модной своенравной барышни 10 годов начала века до прибитой жизнью поседевшей женщины средних лет в сороковых годах, которая даже не сняла кухонный передник перед тем, как надеть петлю на шею). Внутренний конфликт, как и положено большой драме, здесь есть - это выражается через тему материнства и общения Цветаевой с дочерью Ариадной Эфрон. Как две женщины, такие разные, но одной крови ощущали "женское", "одежное", то, что относится к внешней красоте? Как пощечина - воспоминания одной актрисы, которую наругала М.И. за то, что та разрешила одеться маленькой Але в театральные пестрые наряды."Вы развратили", "она же будет желать этого" - так говорила Цв. Сквозь драматургию сценическую - из кусочков текстов разных, от писем до заметок и личных дневников - выстраивается драматургия жизни.
Из подробностей поразило вот что -никогда не знала - Цв. оказывается любила браслеты и носила их множество, как цыганка, на руках...
Да, и особенно хочется сказать про главное режиссерское решение - эти разговоры о поэтессе, как бы со стороны, под новым углом зрения, которые ведут в споре актрисы под абажуром - посценно разыгрываются куклами - обычными, аля Барби. Такой вот "театр художника". Потому что не хочется говорить "кукольный" - эти здесь обретают какое-то некукольное свое значение...

неплохая игра актёров, хорошие стереоэффекты, на 10-ку сойдет.

9 февраля посмотрела спектакль. Я в восторге, девочки играли отлично, с полной самоотдачей. Мне очень понравилось, не смотря на простенькие декорации и отсутствие костюмов. Спасибо им за прекрасную игру и любовь к Марине Цветаевой!

Спектакль "Цветаева. Гардероб." - это разговор двух подруг о мире Марины Цветаевой. Это разговор о том, что скрыто между строк ее стихотворений, что можно понять о ней из ее гардероба. И поэт превращается в женщину, со своими чувствами, привычками, пристрастиями. Более того, в лице Марины Цветаевой ярко читается время и эпоха. Когда смотришь спектакль, ощущение такое, что сидишь не в зрительном зале, а там, за столом вместе с актрисами, которые не играют спектакль, но рассказывают именно тебе и именно то, что хочется узнать. Лаконичность декораций, кукла-Цветаева, лампа - нет ничего лишнего, что отвлекало бы от истории. и после спектакля захотелось взять книгу и перечитать ее стихотворения.

Это один из тех спектаклей, которые оставляют след и послевкусие.
Почти как и у всех, у нас это был второй просмотренный спектакль из серии "Слово и вещь". Было немного страшно идти после "Пушкин и деньги", казалось, что уже раскусил "фишку", и уже не сработает. Уже не сможешь увидеть глазами человека, слушая рассказ о его вещах, о взаимоотношениях с вещами, о восприятии вещей.
Что ж, надо признать, сработало. Ещё как сработало.
В какие-то моменты я забывал, что нахожусь в зале, в какие-то не видел стен, иногда в зал врывалась пурга и наступала ночь, и это было по-настоящему, это были подлинные переживания жизни Марины Цветаевой.
Это невозможно сравнить ни с чем, потому, что это сама жизнь.
Я не ходил на спектакль, я прожил ещё одну жизнь, спасибо Театр.doc

Спектакль оставил очень приятное впечатление. Его камерность, интимность: небольшая комната, стол, два стула, два персонажа, в диалоге пытающихся разобраться - для себя и для нас - какой была поэтесса; чемоданчик с куклой-Цветаевой, которую одевают и раздевают, демонстрируя нам, насколько разной она представала в глазах современников и давая зрителю ощущение сказки, рассказанной на ночь. Наконец, сам взгляд: попытка раскрыть личность через гардероб, внешний облик, отношение к материальному миру - взгляд односторонний, но оставляющий ощущение, будто Цветаева стала мне намного понятнее и ближе.
Спасибо!

Цветаева.Гардероб-второй спектакль из серии "Слово и вещь" Тетра.док. Другой по интонации, не столь интерактивный и ироничный как "Пушкин и деньги", но использующий тот же подход-показать жизнь поэта через мир его вещей.
Кольца, браслеты, платья, а за ними - неуверенная в себе девочка, молодая женщина с горьким ощущением быстро ускользающей красоты и страшное одиночество, потеря родных, друзей, себя. Легкие, золотые ткани платьев юности сменяются тяжелым мрачным пальто, которое Цветаева заказывает со всей тщательностью, думая о возможных лагерных морозах. Грубые мозоли от сумок и рубки дров - вместо звенящих колец и браслетов.
Две красивые актрисы на сцене, изящные куколки в их руках, маленький, дорожный чемодан, лампа и вешалки на заднем фоне- история рассказана лаконичными средствами, но яркими образами, которые не отпускают и после спектакля.
Резко гаснет свет, обрывая историю, так же резко, как и обрывалась жизнь Цветаевой, жизнь тысяч других великих и неизвестных женщин в нашей стране в страшном XX веке, накрывая холодом, чернотой и тяжестью все уютное, человеческое и теплое.

Несколько слов о спектакле «Цветаева. Гардероб». На мой взгляд, эта работа – удачное воплощение известного цветаевского изречения «быт и бытие». В течение полутора часов через, казалось бы, внешние бытовые детали перед зрителями предстает сама поэт и ее бесконечно глубокий и необъятный внутренний мир. Хотелось бы также отметить не менее глубокое погружение авторов спектакля в первоисточники и в контекст того времени, которое так стремительно уходит в небытие. Как человек, работающий почти 20 лет с цветаевским материалом (в частности, исследующий переводы ее произведений на английский язык), могу сказать, что масса деталей, которые мне были уже давно известны, совершенно по-другому «заиграли» и проявили новые грани в жизни и творчестве Марины Цветаевой. И, наконец, авторам и исполнительницам спектакля удается самое сложное – сквозь трагедийные переплетения цветаевской судьбы, закончившейся самоубийством поэта, явить зрителям образ другой Цветаевой – «такой живой и настоящей», вновь и вновь восстающей из пепла как птица-Феникс и оживляющей своим словом вещи, людей, время…