Тоня Чумакова, одесская девушка с хорошо поставленным сопрано и перспективой стать радисткой на китобойном судне «Салют 8», тайно влюблена в капитана-гарпунера Куприянова. Чья невеста Лариса Штепенко не прочь — пока жених в семи морях — погулять в Аркадии со спекулянтом Яковом Наконечниковым по прозвищу Буксир. Образцами долгой и счастливой семейной жизни служат взрослые пары: дядя Тони, наставник всей китобойной флотилии, с супругой и их друзья — театральный парикмахер Кораблев и флотская буфетчица Серафима.
«Человека из него не выйдет — сырье никудышное», — бросает строгий дядя в адрес Буксира. Говоря по правде, из попытки воскресить неоконченную оперетту Исаака Дунаевского, датированную 1955-м — годом смерти композитора, в Театре им. Вахтангова тоже ничего стоящего не вышло. А сырье-то хоть куда. Собственно «Белая акация»: вольная, ветреная, богатая и на проникновенную лирику, и на шуточные куплеты. Сценография Максима Обрезкова: ослепительно синее небо на заднике в рифму с синими подмостками, аккуратное, не переходящее ни в китч, ни в соц-арт использование советской атрибутики. Бодрая вахтанговская молодежь (нынешняя премьера — апгрейд прошлогоднего студенческого спектакля): кажется, достаточно мужскому хору гаркнуть «Салют!», а девичьему кордебалету взмахнуть подолами цветастых юбок — и спектакль готов. Но это только кажется.
С советским наследием можно болезненно расквитаться — как поступил в «Грузе 200» Алексей Балабанов (пример не то чтобы с потолка — серия эффектных эпизодических ролей в «Белой акации» досталась открытому фильмом Леониду Бичевину). С ним можно ностальгически играть или создать лакокрасочную параллельную реальность в духе «Кубанских казаков» — «Акация» к этому располагает. Постановщик Владимир Иванов не вступает с советской эстетикой в сколько-нибудь осмысленные отношения, но и ставить Дунаевского всерьез стесняется, для чего заставляет героев озвучивать все ремарки либретто. Какой-никакой драйв возникает в чисто концертном эпизоде — карнавале по случаю пересечения экватора, и к нему «Белая акация» отношения не имеет. Банда юных лицедеев натурально обливает зрителей водой под фонограмму марша Дунаевского из фильма «Цирк». Яркая клоунада Тони (Ольга Немогай) исполняется под песню французского происхождения «Все хорошо, прекрасная маркиза». Все занятые в спектакле актрисы глумливо поют написанную Дунаевским для «Кубанских казаков» песню «Каким ты был…» — так могла бы исполнить ее девичья панк-группа. На поклонах артисты исполнят еще один хит — «Мы ли Филиппинами не плыли в Бостон», опять же, из другой оперетты, «Вольного ветра». Не вернее было бы сделать честный концерт по мотивам советских песен?