Этой премьерой открылся сезон в Пушкинском театральном центре — с виду обычной комнате, а на самом деле — натуральном заповеднике, где к публике допускается только то, что связано с зачинателем русской литературы. Заправляет там Владимир Рецептер — человек, который вошел в историю искусств, выдумав театральный Пушкинский фестиваль. Там он — актер, режиссер, поэт и филолог-пушкинист в одном лице — регулярно сталкивает лбами представителей всех этих профессий. А потом сам же драку разнимает, уверяя, что Пушкина на всех хватит. Фестиваль Рецептер проводит раз в год во Пскове и Пушкинских Горах. В остальное время он одержим другим проектом под кодовым названием «Сценическое собрание сочинений Пушкина».

Спектакль режиссера БДТ Ивана Стависского (на малой сцене БДТ он пойдет под названием «Бес-Толочь») — из этой серии. По сути он — откровенное хулиганство в духе того Пушкина, который мог, встав посреди партера Александринского театра, снять с головы парик и, вертя им над лысой головой, приветствовать знакомых. «Сущий бес в проказах, сущая обезьяна лицом. Таков Пушкин», — цитируют трое в черных сюртуках проницательного современника поэта. Весь спектакль действие колеблется между проказами трех молодых и талантливых актеров БДТ и страстным желанием постановщика всерьез поговорить о бесовских проявлениях в человеке.

Побеждает, к счастью, первое, то есть Пушкин-хулиган. Он в этом пространстве является в виде деревянной куклы с вытянутой физиономией и обязательными бакенбардами. А дальше начинаются собственно сказки, которые больше напоминают программу телепередач на сегодня.

Первая — «Сказка о попе и о работнике его Балде» — из цикла «История в рассказах для детей. Революция». Текст запросто раскладывается на троих. Поп и старый бес-еврей — интеллигенция, которая передралась внутри клана, бесенок — жиденок из «новых» изворотливых жуликов и, наконец, Балда — пролетарий: этакий иконописный Павка Корчагин, который безжалостно уничтожает всех без разбора. Здесь и далее артисты играют с текстом, как с пинг-понговым шариком, ловко, азартно и содержательно.

Вторая — «Сказка о золотом петушке» — документальный фильм «Чеченский синдром», ибо «мудрец-скопец», истребитель хозяина империи и его потомства — натуральный горец с холодным блеском в глазах. Царицу-чаровницу при этом крайне изящно изображает тот самый ясноглазый артист, только что бывший пролетарием.

Ну а третья история — «О мертвой царевне и семи богатырях» — ни дать ни взять «Бандитский Петербург», где злобная царица, мафия на престоле, подвешивает Чернавку на крюк и лупит до полусмерти. А богатыри — пошловатые, простодушные, но благородные бандиты, которые хоть и выезжают частенько дружною толпою «погулять», но милую девицу, чужую невесту, берут под защиту.

Сам собой получается полуторачасовой шутовской этюд о мифах нашего сознания — о том, во что верим и чего боимся, как дети. То есть о том, на что обычно и ловит человека бес. А настойчивое режиссерское лоббирование этой темы выглядит искусственным и лишним.