Москва
Написать отзыв

Все отзывы о спектакле

Постановка Театр им. Моссовета

7.6
оценить
Как вам спектакль?
Фото пользователя
  • 10
  • 9
  • 8
  • 7
  • 6
  • 5
  • 4
  • 3
  • 2
  • 1

Рецензия «Афиши» на фильм

Фото Елена Ковальская
Фото Елена Ковальская
отзывы: 875
оценки: 244
рейтинг: 988
7
Театрализованная дискуссия о том, какой правитель нужен России

Премьера Театра Моссовета вышла одновременно с «Царем» Павла Лунгина, и обе выглядят репликами в дискуссии о крепкой руке, в которой нуждается/не нуждается Россия (в кризис она вышла на очередной виток). Оба — и Лунгин, и режиссер Еремин — рисуют двумя красками, черной и белой. Только у Лунги­на и писателя Иванова, писавшего к его картине сценарий, черное и белое, то есть царь-ирод Иван Васильевич и воспротивившийся ему митрополит Филипп, сошлись в одной картине. У Юрия Еремина царь-ирод, сиречь Иван Грозный, и наследник, полная противоположность Грозного — блаженный Федор Иоан­нович, получили по персональному спектаклю. За основу была положена историческая трилогия Алексея Константиновича Толстого (полные версии остались за Малым).

С первых минут спектакля зрителю дают понять, что театр интересует не ис­торическая правда, а популярный миф, лишенный оттенков, простой и эффективный. Задняя стена в глубине сцены устроена как диафрагма: во тьме раз­верзается то узкая щель, то куполообразный проем, за ними открывается небо. Оттуда, из этого дизайнерского небытия, являются персонажи. Одетые в при­близительно исторические кафтаны, они занимают место на пятачке условной «исторической сцены». У каждого в распоряжении современный складной табурет и свой аргумент в пользу или против действующего царя.

Иван Грозный Александра Яцко — жестокий параноик, чье безумие не меша­ет ему умело разделять и властвовать; и многоженец, отправляющий очередную жену с младенцем в монастырь. Виктор Сухоруков — блаженный, ребяческий Федор Иоаннович, мирит врагов и страстно любит бесплодную жену (Екатерина Гусева). Иван Васильевич бродит вдоль рампы волком, подставляя крючковатый профиль под кровавый свет. И без того чистый и невинный, Федор Иоаннович плещется в кадушке и любовно жмурится на царицу, та трет его усердно мочалкой, по плечам разметалась коса.

Россия стонет под опричниной Ивана Грозного, но под рукой Федора Иоанновича ее раздирают внешние враги и внутренние конфликты. Что ирод на троне, что святой, всегда найдется поблизости правдоруб Шуйский, думающий о стране, и Макиавелли — Годунов, думающий о власти. Так было. И так, видимо, всегда будет. На поклонах можно услышать, кого электорат предпочитает сегодня. Электорат из двух зол выбирает наименее злое. Вероятно, дело в обаянии артиста Сухорукова.

1
0
...
3 февраля 2010
Отзывы по рейтингу пользователя
  • По дате
  • По рейтингу пользователя
  • По рейтингу рецензии
Фото Елена Печерская
Фото Елена Печерская
отзывы: 6
оценки: 6
рейтинг: 3
9

Спектакль завораживает с первой минуты. На темной сцене разворачивается театр теней – теней далекого прошлого. Наше царское прошлое никак не дает забыть о себе. Все время проводятся параллели, все время ищется ответ на риторический вопрос: нужен ли России царь, а если нужен, то какой – сильный или добрый? Все первое действие, озаглавленное «Отец», проходит в полумраке, в черных декорациях и черных костюмах. Главный герой – Иоанн Грозный, его лицо подсвечивается, и зрители могут следить за прекрасной игрой актера Александра Яцко. Остальные все лица практически находятся в тени, трудно запомнить имена бояр, тем более что все персонажи в одинаковых костюмах. Нам предлагаются два психологических портрета: сильный жестокий царь, выживший из ума на склоне лет, и групповой портрет нерешительных русских бояр, которые не представляют Россию без этого царя. Ведь Отечество в опасности! На сцене разыгрывается трагедия, порой переходящая в фарс. Царь ходит босиком, собственноручно бьет посла и даже показывает боярам язык, чем напомнил мне Андрея Миронова. Все сцены первого действия направлены на постепенное усиление антипатии к безумному самодержцу. В конце действия, уже предвидя свою смерть, слабеющий царь начинает перечислять погубленных им людей, и этому списку нет конца…
Но есть надежда у России в лице нового царя – Федора, доброго, но слабого умом сына Ивана Грозного. Второе действие, озаглавленное «Сын», решено на контрасте двух цветов. Декорации остаются черными (еще не все благополучно в России), но персонажи переодеваются в одинаковые белые одежды. Вот она – долгожданная «оттепель»! На троне – добрый царь в обнимку с любимой доброй царицей Ириной. В противовес отцу, который перед смертью намеревался разделаться уже с седьмой женой. Обаятельный Сухоруков блистательно играет блаженного царя, обладающего своей, присущей только ему мудростью. Но при слабом царе в его близком окружении неизбежно начинается борьба за власть. Во втором действии из белой массы дворян выдвигаются две сильные противоборствующие фигуры: Годунов и Шуйский. И при добром царе снова начинает литься кровь. Годунов становится главным персонажем второго действия наряду с Федором. Несмотря на белые костюмы, на сцене опять разыгрывается трагедия, еще больше похожая на фарс. Федор раздевается и залезает в бочку с водой. Любящая царица моет его мочалкой. Семейная идиллия, нарушаемая необходимостью заниматься государственными делами. Кстати, Сухоруков уже не в первом спектакле раздевается на сцене. Видимо, это нравится режиссерам и зрителям. Финал спектакля предсказуем. В борьбе за власть побеждает Годунов, царь Федор предвидит свой скорый конец, царевич Дмитрий таинственно умирает от ножевого ранения – и на этом правление династии Рюриковичей закончится.
Весь спектакль проникнут грустью, нагнетаемой господством черного цвета. Цари на Руси разные, а результат один – трагедии и кровь. Ответа на вопрос нет. Думайте сами. Таков мне показался посыл режиссера Юрия Еремина.
Современные постановки классики, тем более такой трагедийной, всегда настораживают. Но в данном случае черно-белое решение спектакля с его очень немногочисленными и лаконичными декорациями мне показалось удачным. Особенно понравились костюмы. Спектакль получился стильным, нескучным и запоминающимся. Конечно, всегда есть, к чему придраться. Например, игра Грозного в шахматы – слишком банальная аллегория. Достаточно и того, что все фигуры спектакля – черные и белые. Металлические столбы, свисающие с потолка и призванные играть образы деревьев в саду или решетки, я уже видела во французской постановке оперы Дебюсси «Пеллеас и Мелизанда» на сцене Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко. Но эти мелочи не влияют на общее впечатление от спектакля, который является безусловной удачей театра. И еще: захотелось почитать русскую историю, неужели все так трагично?

0
0
...
14 марта 2012