Рецензия Афиши
Не знаю, кто как, но я видела Бархатова не на сцене Мариинки, где он дебютировал в 22 года, а на концерте группы «Рубль»: он отплясывал на сцене, а рядом Шнуров рычал в микрофон про «время «Доширака». Камерный спектакль Бархатова в филиале Пушкинского театра — про это самое время. Если точнее — про время суррогатов и подмен, самая глобальная из которых — подмена реальности ее экранной картинкой. В Карле Мооре не осталось и следа от идеализма шиллеровского разбойника, грабившего богатых в пользу бедных. Он вообще не грабит и не убивает, свое презрение к миру он оформляет в художественных акциях. Отец, ветеран Второй мировой, отправил его в западный университет, где позже, оклеветанный братом, разлученный с невестой и отцом, разочарованный в человечестве, он сколачивает арт-группировку Robbers & Killers. «Хилый век, переживающий достижения прошлого, — цедит Карл сквозь зубы. — Людей теперь делают на пивных дрожжах». На экране идет хроника полувековой давности: хоронят Сталина. Романтики нового образца, как и двести лет назад, презирают обывателей. С той разницей, что шиллеровские романтики лечили их огнем и мечом, а новые манипулируют их сознанием. Они снимают свои выходки на видео, выкладывают на YouTube и гогочут, видя себя в репортажах теленовостей: кто-то воспринимает их провокации как реальность. Реальность дает о себе знать, когда, заигравшись, один из них убивает ребенка, следом — смертью товарища, а там недалеко и до собственной.
Этих «Разбойников», в которых постановочных идей хватило бы на десяток полноценных спектаклей, интересно не только смотреть, но и слушать. Песни Шуберта, которые звучат в отцовском доме под рояль, в компании Карла передразнивают, перекладывают в ритмах техно. «В движеньи мельник жизнь ведет» становится ерническим маршем группировки. Когда ей в лапы попадает пианист, его прихлопывают крышкой рояля, после чего запечатывают под крышкой, как в гробу. Добавить бы к музыкальному опыту Бархатова и его постановочной фантазии еще и умение работать с актерами — и не было бы цены его «Разбойникам». Живые актеры пока так же не вписываются в умно придуманную композицию Бархатова, как не вписывается объективная действительность в картину мира его robbers & killers.
Отзывы
"Такого я еще не видела!"
Такие реплики слышались из зала после окончания первого акта. И действительно, такого еще не видели. Было очень интересно посмотреть на режиссуру Василия Бархатова, какой он и его видение. Понравилось, очень понравилось.
Это действительно инетересная постановка, ее нужно смотреть все кому интересе театр.
Сходите, посмотрите, будет очень интересно и самое главное незабываемо.
Наконец-то сегодня дошел до "Разбойников"!!!
Бархатов ,конечно, дал прикурить)). Даже у такого (отброшу ложную скромность)), открытого всем экспериментам и незашоренного перца, как ваш покорный слуга, кое-что из первой части спектакля (в частности, сцена первого появления БАНДЫ Моташнева) не сразу переработалось в сознании.
Потребовалось время, привыкание к языку режиссера, к подаче. К середине первого действия все начало вырисовываться.
В антракте шел оживленный обмен мнениями по поводу увиденного. Кто-то спрашивал (имея в виду ,видимо, драки, эффекты, видеоряд и общий смысл) - "Для чего все это? Какую мысль несет, к чему придет?" .Две дамы пост-бальзаковского возраста не столько ругались , сколько выражали непонимание и неприятие происходящего. НО. Несмотря на это, они все же не ушли после перерыва. Значит, равнодушным их действо не оставило,как и никого, думаю , в зале.
Резюме - спектакль понравился. И постановка, и оформление сцены, и конечно, игра.Смотреть надо всем , кто считает себя театралом. Огромную роль в восприятии сыграло обильное муз.сопровождение, классический Шуберт и его обработки. Интересными находками были активное, и по делу, вовлечение музыканта Игоря Горского в действие, вокал Насти Лебедевой, и мужского бандитского хора). Стоны раненого Алексея Рахманова - тоже просто ПЕСНЯ, очень правдоподобно. Настолько, что это даже отвлекало от происходящего основного обмена репликами)).
Ну, и конечно, чувство партнера, фирменная сполоченность смартовцев, за что я их и полюбил 2 года назад, была на месте
Отлично, на все 300, сыграла Анастасия. На бисах она сегодня была самая улыбчивая, хороши и убедительны Моташнев с Тепловым, Воропанов показал свою разноплановость. Ну а Юрий Румянцев - вахх, вот что значит класс и советская еще школа. Пронзительно сыграл, в каждой интонации и движении угадывались отчаяние и боль несчастного одинокого человека. Отличный сплав с молодыми получился.
Но, конечно же, людям с исключительно традиционными театральными взглядами, неготовым к потрясениям и принятию непонятного, идти не стоит, пожалй, дабы не разочароваться.
замечательный спектакль! понравилось очень! пришли домой и стали перечитывать Шиллера и переслушивать песни Шуберта :)
кажется у В асилия большой потенциал не только оперный, но и драматический
Очень хочу рассказать вам об этом спектакле. Увидеть его и промолчать – было бы просто нечестно. Бывают хорошие театральные работы. Бывают гениальные театральные работы. То, что мне довелось увидеть прошедшим вечером, не осмелюсь назвать словом «работа». Самое близкое по значению слово – ЧУДО. Люди любили, ненавидели, страдали, смеялись на сцене. Я говорю не про актёров – про всех, кто был в зале. Сцена в филиале театра им. А.С. Пушкина начинается прямо под ногами у зрителя. Границы нет. И поначалу невероятно хочется вновь почувствовать ее, эту границу, инстинктивно вдавившись в спинку сиденья. Но вдруг слышится музыка Шопена и нежный девичий голос, поющий песню.. Зрители инстинктивно подаются вперед, и вот мы все уже на сцене.. То мы становимся свидетелями с виду размеренной жизни обитателей замка, которая вращается вокруг потребностей старца, которому необходим постоянный уход. То смеёмся на весёлой студенческой пирушке, а уже мгновения спустя чувствуем боль и отчаяние Карла, искренне желающего узреть свидетельство родительского прощения, но вместо этого узнающего из письма вероломного брата, что он отвергнут отцом и помощи ему ждать не откуда. Идея юного изобретательного сумасброда отомстить всему человечеству за его растерзанное сердце, как и ему самому, кажется нам забавной. Мы вместе с ним горько смеёмся над youtube-пародиями его шайки. И вместе с ним понимаем, что пути назад, к человеческому у него уже нет..
Что бы ни происходило в спектакле – зрителю приходится жить вместе с его героями. Ту самую границу между залом и сценой временами осознанно восстанавливают, и тогда ненадолго зритель оказывается у себя дома, перед монитором компьютера – чтобы через миг вновь понять, что на сцене, на которой ты оказался, нет чужих чувств и нет чужих переживаний.