Театральная афиша Москвы

Спектакль Старый дом
Постановка Модерн

5.1

Рецензия «Афиши» на спектакль

Фото Елена Ковальская
отзывы:
1039
оценок:
297
рейтинг:
1349

Алексей Казанцев руководит Центром драматургии и режиссуры, из которого на большак московского театра выбрались и современная пьеса, и целое поколение артистов, чувствующих себя в новой драме как рыба в воде. По этой причине Казанцева можно называть продюсером, причем успешным, хотя на своей «некоммерческой антрепризе» состояния ее руководитель не сколотит. Но зарабатывать театром удается много кому, и мало кто из них оставит хоть складку на подоле истории. К Казанцеву же история приглядывается еще с семидесятых, когда он, ровесник тех, чьи пьесы идут сейчас в его театре, и сам был известен как драматург, один из «новой волны». Их — Петрушевскую, Славкина, Злотникова, Казанцева, Коляду — обвиняли в том же грехе, что и авторов «новой драмы»: в беспросветном негативе. С той разницей, что их пьесы рассматривали с идеологической советской колокольни. «Старый дом» Казанцева, к примеру, чуть было не запретили. Что в ней было крамольного — бог весть. Может то, что лектор общества «Знание» крестится при председателе домкома, а может то, что сам председатель, человек активной гражданской позиции, выглядит совершенной сволочью. Как бы то ни было, в 1978-м Виталий Ланской поставил «Старый дом» в Новом драматическом, и в вслед за тем пьесу о Ромео и Джульетте из московской коммуналки играли везде, где был театр. Она, Саша Глебова, — из пролетарской семьи; он, Олег Крылов, из интеллигентов. Два мира — и одно детство в старом доме, где когда-то жил Толстой, а сейчас расквартирован людской муравейник, в котором невозможно сохранить ни чувство, ни достоинство. Светлана Врагова ставит пьесу почти тридцать лет спустя, и история о том, как взрослые уроды истребили первую любовь Саши и Олега (Мария Орлова и Олег Царев), звучит на сцене ее театра как угодно — только не ностальгически. Сценограф Лариса Наголова придумала конструкцию — скелет двухэтажного дома с остатками лепнины. Ее вращают, поворачивают то так, то эдак, но с какой стороны ни посмотри, ничего хорошего она не сулит. Режиссер форсирует краски. Пролетарии у нее гипертрофированно уродливы, интеллигенты беззубы, а загребающий комнату за комнатой активист Рязаев в исполнении Сергея Пинегина, артиста малого роста и крупного дарования, вырастает к финалу из грязи прямо-таки в князя тьмы, призывая на сцену военизированное подразделение своих слуг. Достоверная в деталях (халаты, школьные фартуки, мужские майки), в общем Врагова подходит к делу куда серьезнее и разбирается не с пакостью советского общежития — со вселенским злом. Поэтому она вписывает житейскую историю в ту систему координат, которой органически свойственны апокалиптические настроения, чрезмерность и надрыв, — в модерн (так, собственно, и называется театр Враговой). Надо видеть, как рифмует она излом рук декадентки-литераторши (Елена Стародуб) с кружевным ар-нуво старого дома; как похожа встреча влюбленных годы спустя на сцену Треплева и Нины из финала «Чайки»; как сгущается в спектакле ощущение неизбежности беды. Предполагает ли все это пьеса «Старый дом»? По крайней мере она этому не противится, а это свойство — впитывать в себя множественные смыслы — есть свойство классики, сертификат о принадлежности к которой Врагова выдала Казанцеву своим спектаклем аккурат к его шестидесятилетнему юбилею. Обоих поздравляем.

1

Отзывы пользователей о спектакле «Старый дом»

Фото NastyaPhoenix
отзывы:
381
оценок:
381
рейтинг:
463
1

Третий звонок – и двухчасовое действо под названием «Старый дурдом» началось. Я недаром позволила себе искажение названия спектакля: тот, кто хочет услышать о нём что-нибудь хорошее, могут на этом предложении закончить чтение рецензии. Ибо то, что я увидела и услышала, с трудом досидев до конца, я не могу назвать иначе, кроме как банальнейшей, скучнейшей бытовухой, которую какой-нибудь мастер-ваятель мыльных опер запросто растянул бы серий эдак на 25 и пустил в эфире Первого канала после новостей на радость дамам переходного и пожилого возраста, навроде давеча кончившегося абсурда под названием «Широка река», который посматривала моя мама. Ну да не буду растекаться мыслию по древу: дабы не оставить свои высказывания необоснованными, вкратце перескажу вам сюжет. Он таков: звёзд с неба не хватающий сынок махровой интеллигентки и романтичная и амбициозная дочь пролетария-алкоголика, оба 17-ти годов от роду, любят друг друга вопреки взаимной ненависти своих семей, аки Ромео и Джульетта. Однако он изменяет ей с 38-летней писательницей исторических рассказов, а в довесок на их свидание ещё и вламываются борцы за чистоту нравов локального пошиба, и в итоге вместо того, чтобы вместе уехать из ненавистной кунсткамеры, они уезжают порознь. А во втором действии, если вы ещё не догадались, они, конечно же, много лет спустя встречаются в том же самом доме, конечно же, по-прежнему любят друг друга и, конечно же, согласно «мудрой» русской пословице «В одну реку дважды не входят», которую глубокомысленно поминали зрители после спектакля, вовсе не собираются быть снова вместе. Никакой морали и никакой философии в этой «оригинальной» истории замечено не было, но это ещё полбеды – сыграна она с потрясающей бездараностью: переигрывают практически все, от первостепенных ролей до самых эпизодических, убедительно смотрится только забулдыга Максим Ферапонтыч (роль исполнял Владимир Левашов – недаром заслуженный артист, хоть и не единственный в труппе). Из-за периодических ничем не обоснованных срывов нормального человеческого голоса на якобы комические писк и кваканье Крылов (Царёв, оба Олеги) и Пётр Кузьмич (Пинегин) смотрятся дебилами вместо того, чтобы воплощать образы вполне серьёзных людей, а из-за чрезмерной манерной экзальтации Юлия Михайловна (Стародуб) выглядит не умной аристократкой, как должно, а развратной маразматичкой. В плюс к этим двум жирным минусам – сонмище мелких: во-первых, музыка чересчур громка и навязчиво бьёт по ушам даже мне, привычной к завышенным децибелам, декорации совершенно никакие, юмор - избитый, плоский или пошлый. Во-вторых, время действия пьесы – 60-80-е, и вроде проскальзывают все необходимые признаки эпохи – комсомол, рок-н-ролл и всё такое прочее, но колорита, атмосферы не создано, не передано, да и несколько ляпов закралось: например, «с голыми животами» девушки тогда ещё не расхаживали, тогда ещё о джинсах только едва-едва прослышали, а то, чтобы молодой актрисе из неблагополучной семьи меньше чем за десять лет работы дали статус заслуженной, так и вообще нонсенс. В-третьих, я так и не поняла, для чего присутствует массовка в финальных сценах, какие такие тёмные силы олицетворяют эти «люди в чёрном»? И в-четвёртых, на мой взгляд, совсем необязательно периодически устраивать на сцене курятник, когда актёры кто во что горазд пытаются перекричать друг друга, так что в итоге толком не слышно ни одного из них. В общем, абсолютно никаких эмоций спектакль во мне не оставил: не над чем задуматься, не над чем посмеяться, некому посочувствовать. Даже повозмущаться – и то нечему: только удивиться, как такое ширпотрёбище претендует на причастность к высокому искусству театральной сцены.

08.02.2009
Комментировать рецензию

1
Фото Лена
отзывы:
2
оценок:
3
рейтинг:
1
1

Ужаснее спектакляя еще, наверно, не видела. Меня всегда раздражи люди, которые не аплодируют актерам, а сужорожно, расталкивая других бегут в гарберобную. Но в этот раз невероятно хотелось сделать именно так. И безо всяких угрызений совести.
Попала на премьерный показ этого спектакля. И была разочарована донельзя. Далеко не единственная в битком набитом зале. Актерскую игру действо на сцене напоминало крайне отдаленно. Все бубнили себе под нос или неистово орали. Хотели поставить спектакль-ностальгию по временам прошедшим, а получилась "совковая" советчина. Эдакая коммуналка в которой живут отбросы общества, а не рабочий класс.
В каждом спектакле можно найти свою прелесть: даже антимораль иногда бывает назидательней морали. Если уметь грамотно поставить спектакль. Но что хотели донести до зрителя этим спектаклем - мне так и осталось непонятным. Сыро, низко и неправдоподобно. Неужели у поколения наших мам, пап и бабушек и дедушек были такие ценности и мораль? Отсутствие денег и тоталитарный строй не превратили абсолюно всех в таких ничтожных людишек.

1