Фильм

Ванина Ванини

Еще одна, после фильма про Гарибальди и «Страха» по Цвейгу, экранизация от мастера, уже окончательно в прошлом, итальянского неореализма. В основе фильма лежит одноименная новелла Стендаля, в которой рассказывается о том, как революционно настроенный внутри, и прекрасный снаружи карбонарий Пьетро совершает смелый и отчаянный побег не откуда-нибудь, а из Замка Святого Ангела – самой знаменитой в Европе тюрьмы. После серии трагических, но судьбоносных обстоятельств, израненный молодой человек попадает в имение Ванини, где его, рискуя общественным положением, да и проблемами с властями, прячет отец-доктор, а также юная дочь Ванина, которая незамедлительно в опасного молодца и влюбляется.
Влюбляется может со скуки, может от томления – время и образ жизни передан достаточно развернуто, чтобы сделать не один, а сразу несколько выводов на эту тему. В это время объект вожделения, подлатав кое как раны, продолжает свою подрывную деятельность, направленную на тяготы и опасности Италии, периодически и тайком наведываясь в имение, дабы прильнуть к любимой девушке. Постепенно за любовной вязью начинает просматриваться и новая тема. Он хочет сохранять тайно эти отношения и продолжать революционную деятельность и любить ее вечно. Она – на вечную любовь согласна, но предпочла бы, чтобы милый был бы рядом. Страсти бьют ключом, экранизации дамских романов стыдливо краснеют, патока монологов и сахар диалогов кристаллизуются на пленке, придавая той совсем уж неприличные оттенки. Однако, постепенно, червь конфликта сквозь сладкие кусочки прогрызается. Пьетро обвиняет Ванину в том, что она думает, будто женщины главные в этой жизни – она с этим не спорит, и злится, что тот считает по другому, чуть позже сюда примешаются и разница в отношении к религии.. Он изливается цитатами и изречениями Наполеона и якобинцев, она – слезами и обвинениями. Она готова на предательство морали, он ни секунды не колеблясь предпочитает смерть ради Родины, жизни с любимой. Финал трагический, занавес и слезы.
Росселлини в цвете. Темы, впрочем, старые – героическая отвага и самоотдача смелых революционеров и цена гордости и чести. Есть также тема отношения к религии, а точней – к институту церкви, впрочем, высказывания на эту тему явно потеряли свою остроту в ту же секунду, как режиссер перестал работать с Феллини. Да и все остальное, признаться, как-то прямо-таки топорно и прямолинейно, но если в бытность неореалиста эта простота играла на пользу, придавая сюжетам жизненности, то теперь она явно хуже воровства.