Фильм

Триумф

В наследство от старшего брата-химика, которого упекли в тюрьму, Рыжему достался огромный долг и изобретенный братом синтетический аналог кокаина. В наследство от первого покупателя, разочарованного в любви бандита, который, занюхав дозу, застрелился, — шесть заряженных стволов. В наследство от первой вооруженной вылазки на абреков — любовь к девочке по кличке Принцесса. Городок был забыт богом и российским государством где-то на полпути между Москвой и Ростовом. Делать было нечего. Молодежный романс о губительности любви в обществе — у нас жанр новый. Хорошо, что в «Триумфе» избежали дидактики и установки ценностной иерархии. Схвачено главное: свобода от ценностей — ткань жизни; любовь, предательство, преступление, конформизм, садистское утверждение собственной личности — все существует в горизонтальной плоскости, и приоритетов нет. Сорежиссер Погодин, человек для кино молодой, вдохновлялся фильмами Грегга Араки («Нигде», «Поколение игры DOOM»), многое стащил у американского поэта наркотической потерянности бессовестно, вплоть до типажа главного героя, который в ноль визажирован под Джеймса Дюваля, музу Араки. Но это воровство — из любви, она чувствуется в фильме, который к финалу (не в последнюю очередь благодаря музыке Максима Фадеева) преодолевает силы эмоциональной гравитации. Вторым сорежиссером выступил Владимир Алеников, который снял «Петрова и Васечкина», чем заработал репутацию мастера школьного кино. Сдается, на его опытные плечи и была возложена работа с препубесцентными артистами. Сильно накрашенные отличницы и пацаны с южным акцентом принялись проговаривать экзистенциальный текст с неумелостью пионеров на любительском монтаже в стройотряде. Петров и Васечкин, которые колются, нюхают и матерятся, — это как-то совсем не про свободу как крест, не про Грегга Араки и не про фадеевское «Лети за мной». «Триумф» вышел двуглавым уродцем. Но одна из голов больно дельная, ради нее стоит заглянуть в кинотеатр.