Все отзывы о фильме «Стыд»

Герой Фассбендера - гармонично сексуальный мужчина, которому не составляет труда затащить в койку абсолютно любую (-ого). Ему не хватает разнообразия в сексуальной жизни, он в постоянном поиске. Понимая свою "необычную" индивидуальность, персонаж на протяжении всего фильма скрывает свои мысли и потребности от других.
Одноразовый фак становится целью, смыслом жизни. Наркотиком, которого хочется всё больше. Который не отпускает.
Он пытается начать всё заново: удаляет все папки с порно с компьютера, выкидывает бесчисленное количество журналов и номеров телефонов проституток. Однако, всё бесполезно - девушка, с которой он пытался завязать искренние и долгие отношения, просто его не возбуждала.
Скитания героя, его переживания и мысли очень точно сыграны Майклом. Параллель фильма, отношения с приехавшей сестрой - добавляет драмы и одновременно вносит дополнительную "изюминку".
Лучшая сцена, которая делает настроение всему фильму, где Брэндон слышит, как его сестра поёт в ресторане. Она была снята в режиме реального времени. Джеймс Бэдж Дэйл и Майкл Фассбендер никогда до этого не слышали как поёт Кэри Маллиган, поэтому их реакция была настоящей.

Сложно, нестандартно. Кино не для всех. Но для просмотра - как обязательное.

Чуть менее гениальный, нежели оригинальное произведение, римейк кинокартины "Где находится нофелет?".

Примерно половину времени главный герой актер Фассбендер проводит в процессе совокупления с разными актрисами. Остальное время он не понимает, зачем у женщин к телу добавлена душа, и это раздражает... А иногда и беспокоит вопрос, что может все-таки зачем-то она есть?=) Но попытки понять безуспешны. По стилю монтажа - артхаусное кино, слегка загримированное под что-то коммерческое. На первый взгляд развития сюжета никакого и нет. И не очень ясно, где в фильме стыд-то? Также собравшимися на обсуждение психологами была диагностирована зависимость - де, главный герой все эмоции выражает только через секс, и от этого его так колбасит по сюжету.

Под утро после просмотра внезапно проснулась, сердце бьется и перед глазами эти грязные перегоны метро. Подумала – надо написать, чтобы голову освободить. Ты посоветовал мне сходить, так что читай.
Я вот о чем думала: так есть в аду стыд или нет там стыда? В Раю стыда не было и первые люди, судя по описанию, общались друг с другом и Богом без всякого стыда, и было им хорошо.
И вот мы видим этот бесконечный секс с чужими людьми. Про ад мысль сразу возникает (пейзажи и стерильность помогают понять), но чтобы уж точно не перепутать, Сестра это сама говорит. Кстати, есть сцена, когда поезд стал в метро, и их всех выгоняют из вагона – перед тем как она пыталась покончить собой – у тебя не было подозрения, что сейчас станет понятно, что все они давно умерли ? Ну, потом сестра пытается умереть и не может - тоже понятно почему – в аду от смерти не сбежишь.
Так вот, про стыд. Тебе было стыдно, когда показывали порнографические сцены? Мне лично нет. Возбуждение возникало, а стыда не было. Но стыд возникал, когда девушка смотрела на него в метро, когда негритянская девушка не знала, что сказать за столом. Вывод я сделала такой: стыда там нереально много – он связан не с сексом, а с близостью. Человек хочет близости, но на его пути стоит бронебойный стыд. Тогда он замещает все это сексом, но насытиться не сможет (прекрасный текст идет во время просмотра им порно: я люблю только тебя)). Вот с этой негритянкой какие-то человеческие отношения стали возникать – так секса и не вышло – ему стало стыдно. Не, вообще, хороший,немного слишком нравственный фильм, Волобуев пишет, что ханжеский, не, я не согласна, просто очень очевидный: в аду человек стыдится хорошего (и не может к этому приблизиться) и не стыдится гнусного, но все равно страдает от этого. Когда он трахается с двумя бабами, и просто одни куски мяса и его меняющееся лицо – такого тяжелого неприкрытого страдания я давно не видела. За красивого актера Фассбендера просто страшно – с ума можно сойти от такой работы.
Про линию отношений Брата и Сестры: видимо, это намек на потерянный Рай. Вероятно, были человечески теплые отношения, потом случился инцест (нарушение запретов) и стыд из секса ушел, но стала невозможной близость. Она его винит, он ее от себя прогоняет – обычная история разворачивания вины. Но пела она, конечно, чудовищно (да и играла в этот момент) - я тоже чуть не заплакала от разочарования.
Короче говоря, всем спасибо, фильм хороший.

Почему-то фильм этот мне хочется сравнивать с "Онегиным" Пушкина. В роли Татьяны незнакомка в подземке, образы Ленского и Ольги "разлиты" по соответствующим образам босса главного героя и его сестры. Почему-то никто в рецензиях не упоминает финальную сцену встречи главного героя с изменившейся незнакомкой в метро. Для меня эта сцена искупает добрую часть длиннот, коих в фильме богато. МакКуин очевидно злоупотребляет терпением зрителя (в угоду мнимой концептуальности?), но особенно нарочито в сценах оргии главного героя и печальной песенки его сестры. Понравилась, однако, параллельность форм выражения отчаяния брата и сестры. У сестры это вполне понятная попытка суицида, а у брата - поход в гей-клуб. Неплохо, неплохо. И тут, конечно, зрителю, становится понятно, что стыд, вынесенный в заголовок, непростой. Это, скорее, ненависть к окружающему миру, которую главный герой, собственно даже и не осознаёт, а просто живёт ей, дышит и именно с её помощью занимается сексом, а когда эта самая ненависть не заполняет пещеристые тела его "рабочего" органа, он на это не способен. Именно в этом, судя по всему, смысл сцены несостоявшегося соития с афроамериканкой. Фильм смелый, не простой, разок глянуть можно.

«Стыд» Маккуина будоражит. Наверное, одна из немногих лент, способных вызвать такую реакцию. Перед «Стыдом» в моем личном хит-параде таким фильмом была «Елена».

«Стыд» - фильм, конечно же, ни разу не о стыде. Вообще, как мне показалось, название было выбрано исключительно удачно – в том смысле, чтобы всех запутать. Никакого стыда в ленте, конечно же, нет. А если порой и есть намек на стыд как эмоцию, то этот намек остается кажимостью, выдумкой, фикцией. Кажимостью является и вся жизнь главного героя Майкла Фассбендера, абсолютно заслуженно получившего за эту роль Кубок Вольпи в Венеции.

«Стыд» - блестящий перформанс на тему духа времени, на тему после-постмодернизма и одиночества. Бытовое размышление о сексе и жестокости (привет, Scissor Sisters!). Исследование на тему жажды любви и невозможности – неспособности – полюбить. Неслучайно тот единственный половой акт, в который главный герой пытается вложить хотя бы частичку души (наивно полагая, что она у него есть), заканчивается неудачей. Между прочим, изображения большинства сексуальных сцен наследуют «Меланхолии» фон Триера. Безусловно, сравнивать эти два произведения невозможно, но определенные параллели присутствуют.

«Стыд» - фильм о герое, чья жизненная модель мне до боли знакома и напомнила меня самого образца четырехлетней давности. У фассбендеровского героя есть порно, бляди, деньги, интернет, ноутбук и cam4com. И больше ничего.

Все это было и в моей жизни. Когда-то. Память не убьешь, и «Стыд» вновь наотмашь колотит по ней, по памяти – до тошноты в животе, до ломоты в костях, до мурашек внизу живота, до абстинентного синдрома в душе.

А еще «Стыд» - конечно же, фильм о подделках, о фейках. И если мы привыкли размышлять о фейках в категории вещей, то здесь подделка – сам человек, сам герой Фассбендера и вся жизнь. Мы видим бытописание симулякра (Бодрийяр 2.0), симулякра эпохи деривативов и CDO. Но вопрос, что первично – среда или люди – Маккуин, как мне показалось, оставляет открытым. У каждого – свой ответ, и, наверное, это правильно.

«Стыд» еще и – фильм о слабостях. Как банальных, так и глобальных. О слабости духа. О невозможности убежать из своей собственной «внутренней империи» (привет Линчу).

Фильм заканчивается сценой с кровью: сестра главного героя, не вынеся долгого отсутствия брата, который был на очередной оргии, режет вены. И даже эта кровь в финале выглядит какой-то подделкой, изумительно точным символом пошлости и фальши, еще большим символом, нежели псевдовозбужденные влагалища героинь ленты.

Обязателен к просмотру.

Обращаюсь к мужчинам: неужели никто в этом фильме не узнал себя?
Просто снимать кино про президентов, супергероев и кинозвезд, но очень сложно сделать чуственное, напряженное, интересное кино про обычного менеджера. Таких, как он, тысячи в современных мегаполисах. Соблазны больших городов превращают их в наркоманов: кого в обычных, кого в алчущих опуститься на самое дно своих низменных желаний. Дно сладко щекочет губы, наполняя легкие воздухом, а жизнь псевдо-смыслом...
Приподнятые уголки губ главного героя в последней сцене дают нам намек, что понятное притяжение Дна имеет большее влияние, чем далекие идеалы Правильной Жизни и Общепринятых Моральных Ценностей
"Стыд" открывает мир некоторых придурков, которые вынуждены вариться в сладком Аду при жизни. Но это их Рай...

P. S.: Наконец-то у Араноффски появились подражатели

Почти 100 минут про одиночество, погрязшее во грехе. Снимали бы лет десять назад - главный герой обязательно был бы рекламщиком-арт-директором на slk cabrio. Сюжет уже где-то видели, мораль ясна.

Эта ужасная человеческая рана – понимать, как из сердца вырывают близких, делая их такими, какими их больше никогда не узнать. Близкие уходят, взрослеют, теряют невинность, унижаются, грубеют и отдаляются, они забывают минуты, остановившие наш общий мир, и не пытаются устоять на пятачке нашей общей земли. Я не знаю, кто выдержит такое всю жизнь, даже зажавшись, законсервировав себя в банку дома и склянку офиса, остервенело превращаясь в придаток полового члена, словно нет и не было человеческой души. Мне больно за мужчин, потому что женщины выживут, выйдя на дорогу материнства, но никто не спасет мальчишек, выросших только телом, но усохших мечтой.

О чем стоит подумать, когда вдруг выяснится, что режиссер фильма, который ты собрался посмотреть, – молодой чернокожий парень с толстым задом? Нельзя игнорировать голос совести – нужно быстрее приставить себе нож к горлу: «А ты, друг, точно не расист?» «Точно», – зачем мне лишние проблемы? Мне ведь очень нравится, как черные пляшут и играют в баскетбол. А раз я очень люблю баскетбол, то какой же я расист?! ОK, теперь можно ставить перед собой следующий вопрос: «А чего ты ждешь от фильма этого режиссера?» Честный ответ (еще раз взгляну на фотку в Интернете): «Ничего хорошего». Однако смотреть фильм все равно надо, и я иду на компромисс. «Мы увидим удивительное чувство ритма на монтаже и, возможно, какой-нибудь веселый наезд на белых». А что еще сказать, если на единственного за двадцать лет студента из Африки, способного решать у доски задачи по высшей математике, наши институтские преподаватели водили самые настоящие экскурсии (приглашая коллег из других вузов). Но черт побери! Посмотрев теперь это кино, я могу точно сказать, что оно одно способно победить идею расовой дискриминации (по крайней мере в моем – отдельно взятом – сознании) раз и навсегда. Это блестящая, тончайшая работа, в которой приоткрылась самостоятельная модель построения художественной формы. Секс – сложнейшая тема, если брать ее по-фрейдистски, без иллюзий, как основу всей нашей жизни, или, правильнее было бы сказать, как растопленный воск, разогретый сургуч, в которые впечатываются все искажения, которые мы, как вид, накопили к сегодняшнему дню кали-юги. Задача решена в соответствии с древним знанием, к которому кино пытается подступиться: единством цели, метода и результата действия. 1) освобождается духовное зрение персонажа и зрителя, оно свободно скользит, игнорируя избитые социальные темы, попадающиеся на пути; 2) интенсивно минимизируется материя (интерьеров, слов, планов, тем, персонажей; в) действие в итоге приходит к телу человека, просто к телу – загнанному, издерганному, истерзанному ненашим умом, но в этом финальном ломании рук, слезах отчаяния – больше смысла, чем в какой-нибудь социальной драме оскароносцев... Белый парень, безусловно, получил по самое не балуйся. Но какая разница – по законам перевоплощения душ – чей бунтарский огонь горит в этом, и белом, и черном, теле. M.J. еще жив, значит, чей-то другой.

Двое герой-мужчин, пусть даже не равнозначны как персонажи (один главный, другой – второго плана), но сознание зрителя получает достаточно оснований для того, чтобы подспудно начать их сравнивать. Не очень интересно сейчас разбирать, в каком отношении. (Оба врут, но немного по-разному, оба одиноки, но тоже по-разному, оба иногда производят жалкое впечатление, но опять же по-разному). Достаточно того, что один устроился в жизни так, что его это устраивает, а второй устроился так, что это его НЕ устраивает. Вопрос в другом. Если бы они не работали в одном офисе, не ходили вместе по клубам и не были примерно одного возраста – механизм сравнения бы работал? То есть «математически» два мужских персонажа ВСЕГДА обречены на сравнение между собой зрителем?

Зачем пИсать в кадре и ходить голым в первой же сцене? Слегка спровоцировать зрителя? Показать режиссерскую бескомпромиссность? Привлечь аудиторию Фасбиндером? Нет, вопрос, почему именно в первой (дальше-то такого натурализма нет, дальше скорее эротика). Возможно, голый персонаж станет нам ближе. Ведь те, кого мы обычно видим голыми, это наши близкие (не родственники, конечно). А сделать героя близким для зрителя – задача, которая стоит перед каждым режиссером. На самом деле уместен другой вопрос: зачем вообще на это обращать внимание? Ну голый – и голый, почему нет? Может, для европейского кино это не значит ровным счетом ничего. Показывают же выпивающих героев? Почему тогда пИсающих, не показывать, действительно.

Фасбиндер – необычный хамелеон. Его внешность держится на холодном стальном фашистском взгляде и четкой, законченной, идеальной, словно ягодицы, линии щек. Эта линия производит сильное впечатление в фас, но чтобы понять ее характер, лучше взглянуть на нее в профиль, чуть сбоку, когда как раз не видно глаз. (В фильме есть один такой план, когда герой стоит боком к камере, заглядывая в холодильник.) Кусок мертвечины так-то. Без этих двух элементов Ф. просто хороший парень и очень хороший актер. То есть ничего выдающегося. А вот взгляд, в первую очередь, меняет многое. Думаю, это вообще отдельная история – взгляд. Если по роли он его лишается (ну как в финальной сцене, где герой мечется и плачет), то нам это не нравится. Мы хотим туда – вглубь арийского высокомерия, которое вмиг оборачивается чем-то по-настоящему человечным и беззащитным. Когда «обернулась» уже не так интересно, но переход, но трансформация!!! И чем больше режиссер предусмотрительно создаст для героя Ф. таких переходов, тем реже мы сможем оторваться от экрана.

Такие фильмы оставляют мешанину в моей голове, может не такую сильную, но все равно, такие фильмы не расставляют вам все по полочкам и переворачивают ваше сознание. Никто не скажет вам, как жить. И кино не должно этого делать, оно должно лишь показывать, лишь выражать те истории, которые заставляют задуматься. Просто начните мыслить. Это именно то кино, которое выполняет свою функцию «донести» ровно пятьдесят на пятьдесят. Показали ровно столько, сколько нужно. Остальное зритель должен потрудиться и додумать сам. У кого-то получится, у кого-то нет. Это вопрос времени и опыта.
Я просто напишу свое мнение и впечатления.

Легко списать проблемы и страдания главного героя на его больное увлечение сексом. Но по-моему это не совсем так. Секс – тот же наркотик. Потому что привычка может со временем стать зависимой. Секс – это легкий путь. Несложно каждый день отвлекаться на такое приятное, безобидное, казалось бы, занятие (тут я забываю про людей ханжей со стереотипами). Может поэтому это и становится привычкой. Можно забыть о том, что у тебя нет настоящих друзей, тебе не одиноко, тебе есть, чем заняться, чтоб не думать о том, что ты остался один в целом мире. Нет никаких привязанностей, нет людей, которые могли бы тебе постоянно дарить свою улыбку и вызывать ответную. Ведь привязанности – это непрактично, как сказал главный герой. Это больно, это сложно, это может быть очень тяжело. А убить вечер в обществе малознакомых, совершенно чужих, и порой даже неприятных людей – это другое дело. От этого ничего не болит, ты получаешь удовольствие, и все довольны. Нет других занятий у нашего героя, нет никаких увлечений, которые дарили бы ему какую-то радость. Хоть что-то. За весь фильм я заметила по-моему только пару раз, когда он улыбался. И конечно, он очень много улыбался, пока шел с Мэрион. Отгородившись от всего, став глухой стеной для своей сестры, до которого она никак не могла достучаться, он хочет всё упростить и продолжать жить в свое удовольствие, лишь бы никто не причинял ему неудобств. Падение человека наверное показывали уже очень-очень много раз, но, знаете, это тема вечная. Ничего не оригинально. Можно только сделать это с душой.

P.S.Не понимаю, что псевдоинтеллектуального заметили в фильме. По-моему это стало так же модно, как раньше, наоборот, каждый фильм называть интеллектуальным.

НЕТ истории НЕТ процесса с главным Героем безумно затянутые длинные планы : фильм ни о чем !!! Для Российского зрителя вообще не актуальна история американского " маленького Человека" :) у нас в каждой семье драмы похлеще происходят каждый день ... А обнаженных тел я в жизни видел более чем достаточно;) так что если вам больше 25 то смотреть вообще не стоит ... Разочарован (;)

Минимализм интерьеров бросается в глаза, и возникает вопрос: либо на Западе так сейчас живут, либо это режиссерское решение, которое выявится ближе к середине фильма, не позже. Позже – уже неправильно. И оно выявляется. Понятно, что на ровной однородной плоскости фона герой будет смотреться рельефнее. Кроме того, отсутствие ковров говорит об отсутствии пыли. Все флюиды, которые проистекают из героя, остаются в кадре как в колбе. Мир плоский и одноцветный, в серых, белых и желтых тонах, гармонирует с цветом лица героя в различных жизненных обстоятельствах. И как раз к середине становится ясно, что и отсутствие вещей в кадре, и выключенные из монтажа «избыточные» (разжевывающие зрителю последовательность событий) планы, и обрывочность диалогов вместе с экономным для западного мира отношением к слову, – все это элементы единого художественного метода. Оставшуюся половину фильма можно посвятить изучению того, что этот метод действительно очень круто работает: мы постепенно приучаемся концентрировать внимание на сути объекта, момента или слова. По сути, это театр, с интенсифицированным ритмом сцены за счет монтажа.

Могу ли я сознаться себе в том, что давно перешел порог, и порок владеет мною, как владеет факир своей змеею. Я думал, я факир, а он змея, но вышло-то по-другому. Когда уже много раз пытался пересмотреть свои действия, и это не помогло, нужно рубить себя крепче и пересматривать себя как проявленный образ. Никто не убедит нас, кроме нас самих, что мы стали тем, кем стали. За такой маленький кусочек правды еще можно зацепиться, потому что правда – это когда нам больно, и когда наша душа очищается этой болью. Только когда больно нам, когда мы открылись этой боли, мы можем почувствовать боль другого, того, кто рядом, и уже через приятие чужой боли потихоньку очищать правду внутри нас, дальше. Правда – через боль, но боль – это только мысль, и в какой-то момент эта мысль может превратиться в другую – в мысль о том, что сознание выше боли. Если человек ищет старую проститутку вместо того, чтобы спать с молодой, красивой, влюбленной девушкой, это не извращение и не порок. Это просто привычка, как бывает привычка пить «жигулевское». Но лучше будет, если этот человек увидит себя в образе извращенца. Этот момент можно использовать как старт. В том числе – в кино.