Добро пожаловать в кинотеатр «Сплендор»! О, это старый кинотеатр, повидавший многое, особенно, после того, как он попал в руки Джордана (Марчелло Мастроянни), перейдя по наследству к нему от отца. Долгое время кинотеатр «Сплендор» оставался главным и единственным местом кинематографических развлечений местного городка, довольно маленького, чтобы тонуть в «сладкой жизни», как это происходило со столичной общественностью. Но именно тут вы могли посмотреть первые фильмы неореализма, когда итальянские режиссеры поняли, что народ устал и не в состоянии больше смотреть пресыщенные гламуром приключения оторванной от народа аристократии, и вышли на улицы снимать кино про таких простых людей, которых ты скорее встретишь именно на улице. Именно тут вы могли посмотреть и лучшие фильмы иностранного производства. Порыдать вместе со всеми от умиления в финале ленты «Эта прекрасная жизнь». Попереживать за героического героя Роберта Де Ниро из «Охотника на оленей». Да, многие ходили туда не только (да и не столько) из-за любви к кинематографу, а пообщаться с бывшей танцовщицей, а ныне соблазнительной кассиршей. Почему в прошедшем времени? Кинотеатр оказался больше никому не нужен, как и все итальянское кино, и закрывается на днях. Пойте прощальную «рождественскую песнь», в память тех прекрасных дней!

Этторе Скола устраивал исторические ретроспекции, пропитанные грустью и печалью по поводу ушедших дней, когда был еще относительно молодым режиссером. Так что, чего удивляться, что в гораздо более умудренном возрасте режиссер снял именно такое кино. Признавался раньше Скола и в любви к кинематографу, если вспомнить тот же фильм «Мы так любили друг друга», где одна из основных тем истории следовала по пятам утерянного духа как раз того самого итальянского неореализма и послевоенного итальянского кино. Только в этот раз выводы автор делает более мрачные и безысходные, но от этого не менее правдивые. Любой, кто знаком с современной историей итальянского кинематографа и положения дел в стране в годы, когда «Сплендор» выходил на экране, знает, в каком катастрофически бедственном положении тот находился, особенно в том самом сегменте небольших кинотеатров, далеких от столичной бурной жизни.

В принципе, в фильме есть несколько довольно забавных моментов, но, в конце концов, не оставляет ощущение, что это своего рода смех сквозь слезы. Дело в том, что если раньше ностальгические нотки были этаким гармоническим украшением основной мелодии, то в «Сплендоре» они составляют главную тональность всего произведения, а разные довольно занятные темы, вроде платонической любви героев Мастрояни и Влади – становятся косвенными и лишь дополняют главную мелодию печали и грусти. И вот тут уже начинаешь задумываться, а не перебрал ли Скола с интонациями? Порой охватывает ощущение, что весь этот трагизм исключительно интимен, нужен как высказывание самому автору. Конечно, Этторе Скола имеет на подобные моралите полное право, а у нас с вами никакого права сравнивать его творчество с кем-то еще (у каждого своя грусть, чего уж там). Но все не делает просмотр «Сплендора» более веселым и живым.