Фильм

Спасение

Жесткий драматический вестерн о мести за убийство семьи.
Мадс Миккельсон в роли мстителя, пытающегося победить целый клан бандитов, держащих в страхе целый городок. Банде не повезло, однако. Ева Грин немногословна), но хороша.

Есть все и сюжет и погони и убийства и все на фоне пейзажей Америки конца 1800 годов.

Отличный фильм, очень рекоменудю к просмотру.

Вестерн бывает разный...Американский, итальянский, советский, веселый, комедийный, трагичный, хороший, плохой, злой...)) "Спасение" образец вестерна скандинавского. С чистым ясным рисунком кадра, молчаливыми героями, суровой реальностью. Он не претендует на что-то большее, чем просто добротный вестерн про тяжелую жизнь первых поселденцев в Америке, датчан. Сборную солянку самых разных, часто непорядочных людей, и их жизнь как борьбу за выживание, каждую минуту, каждый час. Этот фильм многое расскажет (межуд строк, конечно) и о том, как формировался американский характер, и о том какие ручейки европейских речушек составили великую американскую реку. Как непросты и трудны были их пути.
Но о самом фильме... У него вполне классический сценарий, отличный подбор актеров, хорошая динамика и продержавшийся весь фильм нерв. Он учит не сдаваться и не прощать. Не убегать как бы страшно не было и не оставлять неоплаченных долгов. Пути добра и правды в юной Америке неисповедимы и трудны. И надеяться тут можно только на себя самого. Главный герой однозначно симпатичен, и сопереживаешь ему с первой минуты. Порадовала строгая и необычно холодная Ева Грин. Неожиданно увидеть в образе лихого отморозка футболиста Эрика Кантону. И бесподобная бабуля с трубкой и её пару минут на экране.
Мы для себя назвали такой тип - сморреброд-вестерн))

Дикий Дикий Запад второй половины ХХ века. Непокоренный. Жестокий. Страстный. Здесь царствует с необоримостью и неизбывностью своей лишь право силы, право первого выстрела без остатка пороха, право быть правым в мире неправых и неправедных, идущих по пути разрушения. Фермер Джон, утративший все что было ему дорого в результате нападения дикой банды насильников да убивц, клянется отомстить и встает на тропу вендетты по прямой в то время, как все небольшое поселение, родной дом Джона, его вотчина и тризна, оказывается случайно вовлеченным в водоворот насилия, приобретающего все более хаотичный и инфернальный характер.
У вестерна с 60-х годов прошлого века наблюдалось два вектора развития - классический американский, задавший канон всему жанру, и европейский, разветвленный на итальянскую разновидность, преимущественно эксплуатационного плана, и немецкую, предполагающей реваншизм по отношению ко всем основным чертам жанра и выдвигавшем на первый план персоны угнетенных, но не угнетателей. В то время, как классический американский вестерн умирал, эти две новые ветки его обогащали, делали гораздо более универсальным и всеобъемлющим, чем было на самом деле ввиду исключительной взрощенности вестернов на почве американского менталитета и истории, которую классические их образцы стремились осмыслить, окультурить и по сути окультивировать. На современном же этапе кинематографической эволюции наблюдается определенный постмодернистский реваншизм и появление на европейском пространстве так называемых "альпийских вестернов", являющихся таковыми даже не наполовину, а на треть.
"Спасение" 2014 года, впервые широко представленное на недавнем Каннском кинофестивале, известного датского режиссера Кристиана Левринга, одного из демиургов "догматизма" и самого мягкого его представителя по сравнению с Фон Триером и Винтербергом, на первый взгляд является картиной в своей жанровой принадлежности чересчур простой и слишком лапидарной, этаким сиюминутным взглядом на классическое американское искусство ироничным датчанином, решившим войти в непривычные для себя жанровые реки, ничтоже сумняшеся используя многочисленные шаблоны в немноголиком пространстве картины. Однако вяжущаяся стандарность картины вкупе с изысканной формализированностью, упором на внешнее при скупости внутреннего, кажется не более чем обманом и заигрыванием режиссера, тем самым оглушительным критическим кирпичом, летящем со всего маху во все звезднополосатое ура-патриотическое, каковой, к примеру, была вся трилогия "США - Страна возможностей" главного датского провокатора и жанрового пенетратора с коммунистическим блеском рьяного революционера Фон Триера.
Только Левринг действует от противного, не выворачивая наизнанку все прелести и тонкости американской души, а буквально следуя привычным канонам усредненного до типичности классического американского вестерна, доводя до логического абсурда все то, что даже в спагетти-вестернах уже было проявлением дурного тона. По сути "Спасение" - филигранное по форме, но бедное и предсказуемое по содержанию - оказывается картиной, которая попросту деклассифицирует вестерн как таковой, сведя все его главенствующие черты до рутинности, бессмысленности, безвкусицы, которые по сути отыгрывают Ее Величество Сатиру. Картина откровенно вычурна и манерна в своем амбициозном стремлении быть тем, чем она не является - вестерном - что "Спасение" в своей неизбывной условности ближе к финалу становится авторским высказыванием о том, что ни сила, ни деньги, ни даже кольт за спиной ничего не решают в Америке что старых времен, что нынешней. И народ США блуждает в пустыне собственных страхов и заблуждений, теряет мораль и тонет в крови, порожденной вседозволенностью. Месть кажется в таком случае слишком простым решением, дуболомным и опасным - и в "Спасении" именно спасения не будет ни для кого. Собственно, о блужданиях в пустыне и спасении не столько бренного тела, сколь вечной души рассказывал и самый знаменитый фильм Левринга - "Король жив" 2000 года, вполне вписывающийся в каноны "догматизма". "Спасение" во многом синонимично "Королю жив". И там, и там - лишь восставший атавизм. И там, и там - внежанровая пустота и острые как бритва социополитические выпады и неоднозначные авторские выводы. В конце концов, и там, и там нет реализма как такового, есть форма при наличии содержания, предполагающего много больше, чем просто одну трактовку - ведь "Догма 95" все равно победит и подавит. Есть условность, иная реальность, иное пространство бытия, иное кино. Чистое в своей абсурдистской серьезности и грязное в своей искрящейся манипулятивности по существу.

Неожиданно порадовал основатель датской "Догмы" Кристиан Левринг.После унылых скандинавских драм и детективов я увидел настоящий мощный вестерн в лучших традициях итальянских спагетти-вестернов,с прекрасной музыкой в стиле Морриконе,напряженным сюжетом и постоянными кровавыми перестрелками.Фильм снимался в Южной Африке и стал одним из хитов Каннского фестиваля этого года.Скандинавы показали,что с небольшим бюджетом в 10 млн. евро,большая часть которого ушла на гонорары Еве Грин и культовому артисту датского кино Мадсу Миккельсону,засветившемуся в сериале "Ганнибал", можно снимать культовые блокбастеры. Кровавая месть европейского солдата за убитую семью на диком Западе 1870х -вот и все содержание фильма.Но смотрится на одном дыхании,соскучился,видно,по Серджио Леоне.

скупой на слова - здесь чаще стреляют, чем говорят, а главная героиня и вовсе с отрезанным языком; реалистичный, но с тем визуально безупречный, фильм о временах, когда законы творили с пушками наперевес. и у кого пушка круче, а рука быстрее - тот и закон. с тех пор человечество, хочется верить, все же окультурилось, хотя порой не отпускает чувство, что всего лишь хорошо стало создавать "видимость цивилизованности", как выразился в фильме представитель нефтяной компании.