
Нью-Йорк, 1980-й, в музинституте набирают новый курс.
Фильм — история курса: как набирали, как учились, как выучились. Аллегории в такой истории можно найти любые — от отражения в микросоциуме всего предприимчивого, рвущегося к славе американского общества до метафоры природного цикла. Ценно в «Славе» как раз конкретное, утилитарное, а именно: Нью-Йорк, 1980 год. Этот энергичный год ворвался сквозь кокаиновые сугробы под ритмы «I Will Survive». Нью-йоркские многоэтажки Паркера сбрасывают морок туманных нуаров 40-х, бредовых психодрам 60-х и угрюмых гангстерских саг 70-х — как будто навсегда, чтобы стать рифмой эмоционального вознесения. Из их недр извергается сцена беспрецедентного уличного буйства. Папаша-таксист подъезжает в обеденный перерыв к институту, ставит на капот серебристый магнитофон и с криком «Это мой сын сочинил!» врубает диско-хит «Fame» («Оскар» Майклу Гору за лучшую песню года). Песня выпотрашивает из здания института студентов, которые прыгают из окон, съезжают по водосточным трубам, спускаются по пожарным лестницам и, подначиваемые клаксонами застрявших в пробке машин, танцуют — как тысяча Траволт из «Лихорадки субботним вечером», умеющих одним махом поднимать носки ног выше головы, еще один мах — полетят. Только ради этого момента стоило придумывать музыкальное кино.

История одного курса Нью-Йоркской Высшей школы искусств: пение, танцы, музыка, актерская игра. Каждый из учеников умеет много, каждый из героев личность и за жизнью каждого стоит история. Достаточно упомянуть Лероя, который попал в школу случайно, просто зашел помочь подруге и даже свой десяток ножей сдавать не стал. Читает по слогам, но как танцует!
Мы видим как наши герои проходят через годы обучения, меняют друг друга и меняются сами. Как от подростков, которым кажется, что весь мир упадет завтра перед ними на колени они становятся молодыми людьми перед которыми стоит простая задача заработка себе куска хлеба с одной стороны, и попытка не потерять себя. а вызовы стоят разные вплоть до участия в кастинге на порнуху и абортов
Алан Паркер снял фильм из которого так и брызжет только начинающими 80-ми, цвета обязательно ярки, разве что не кислотны, герои готовы жить здесь и сейчас и выложиться по полной, безрассудный. Танцевать так на крышах машин, как в недавнем Ла-ла-ленде. Это здорово, это красиво. Но только пока ты молод и в тебе есть масса энергии. А потом так или иначе начнутся срывы. Образование художественным специальностям лишает творчество ареола романтики. Это тяжелая, неблагодарная работа в которой к тому же не все от тебя зависит.
Фильм заканчивается песней "We are the stars". Надо ли говорить, что ни один из актеров звездой так и не стал