Отрицательные отзывы о фильме «Реконструкция»
Как вам фильм?
Рецензия Афиши
Датская Догма всегда представлялась мне инквизицией, учинившей расправу над кино в год его столетия. Все эти «нет декорациям», «нет искусственному освещению», «нет киносъемке», «да здравствует цифровое изображение», весь этот свод законов — что это, как не испанский сапожок? Когда я читал, как «догматика» Якобсена на полном серьезе разбирали на собрании за то, что в своей «Последней песне Мифуне» он позволил себе осветить софитами стог сена, чтоб придать картинке хоть какой-то летний колорит, датчане из Догмы представлялись мне бородатыми комитетчиками со зловещим блеском в глазах — разве может быть что-то более противное искусству, чем товарищеский суд? На пятом году репрессий, однако, в Дании восторжествовала реакция, точнее, «Реконструкция»: здесь появился фильм, за дело удостоенный «Золотой камеры» — приза за лучший дебют Каннского фестиваля, — снятый на 35-миллиметровую пленку, широкоэкранный, необычайно грациозный парафраз лелушевских «Мужчины и женщины».
Догматичность — определяющая черта северного датского сознания, не иначе. Фильм этот — не просто прекрасный дебют, а манифест контргруппировки. 29-летний режиссер Кристофер Боэ еще во времена студенчества в Датской национальной киношколе собрал вокруг себя единомышленников и основал союз «Херр Боэ и компания» с собственным сводом законов. Основной пункт платформы — борьба за «идеальный кадр», в котором раскрывалась бы полнота экзистенции (аналогия с «идеальным моментом», о котором писал Сартр в «Тошноте», неизбежна).
«То, что вы увидите, всего лишь фильм, конструкция. Но и он может ранить» — обещает в начале голос из-за кадра. Мы видим приятного мужчину. Для 30-летнего фотографа он вполне устроен: качественное полупальто, привычка тратить на обед не меньше 30 евро, средство передвижения — такси, жилье — прокуренный захламленный чердак на самом верху винтовой лестницы. У него есть подруга, но заметив на станции метро незнакомую женщину (сапожки из натуральной кожи, дорогая косметика, две пачки сигарет — одна открыта, другая про запас, обычное место времяпрепровождения — у стойки бара), он срывается вслед за ней. «Как вас зовут?» — он прикуривает сигарету. «Эме», — она выпускает дым. «Как ту самую?» — мужчина эрудирован. «Ах, так вы знаете…» — женщина заинтригована. У нее есть муж, но он в отъезде. Они проводят ночь на простынях копенгагенского «Хилтона». Наутро он обнаруживает, что на месте двери в его квартиру сплошная стена, друзья и соседи не признают его, работает он, кажется, тоже вовсе не там.
А дальше история переходит в совсем уже сослагательное наклонение; связное повествование превращается в эксперимент на тему «Возможна ли любовь в 30 лет». Камера разыскивает героев, совершающих броуновское движение по Копенгагену, через космический спутник, а закадровый голос комментирует, направляет, предугадывает их поведение, как Карабас, который позволил своим марионеткам отлучиться на денек, слишком хорошо зная их привычки и повадки. Комментарии принимают форму то волшебной сказки («Эме следует за Алексом, пока он принимает решение. Но если он засомневается в ее любви, Эме исчезнет, и, обернувшись, он увидит безлюдный переулок»), то социологического наблюдения («В зрелом возрасте любовь — выбор, договор. Мы решаем любить друг друга и следуем пакту»). Постепенно зритель обнаруживает, что смотрит кино не о героях, которых играют две обаятельнейшие 30-летние датские кинозвезды: Мария Бонневи («Я — Дина»), хрупкая и светлая, словно облачко, и Николай Ли Каас («Идиоты», «Открытые сердца»), крепыш с хомячьими щеками. Кино это — о комментаторе, человеке, задумавшем поразмышлять вслух, возможна ли любовь зрелых, состоявшихся людей, но избравшем для размышлений язык кино. Его попытка выдает эмоциональный кризис и меланхолию, но и смелость: о неспособности взрослых людей к любви рассуждать не принято — разве что в контексте половых дисфункций. Боэ совершает невероятную операцию — вступает в прямой контакт со зрителями: все их внимание переключается на голос, то есть на авторов фильма; герои воспринимаются лишь как доводы, их действия — как обороты в речи собеседника-режиссера.
«Это был всего лишь фильм, конструкция. Но, согласитесь, она ранила вас», — повторяет он в конце. И это отдается в сердце точь-в-точь как в финале «Обыкновенного чуда» адресованные Купченко слова Янковского: «Я придумал эту сказку, чтобы поговорить с тобой о любви»
Смотрела фильм несколько раз, и с каждым разом все больше и больше в нем разочаровывалось. Впервую очередь, расстраивает выбор актеров - грубоватые и неказистые.
Сюжет - классика арт-кино: запутанно, перевернуто с ног на голову и неоднозначно.
В целом, в основе лежат отношения мужчин и женщин, уставших от себя и своей жизни. Герои позволяют с ебе забить на все и поменять жизнь, но она им этого не прощает. И, казалось бы, новая жизнь, лишь напоминание о прошлых ошибках.
Смотреть скучновато. На любителя.
Это интересно скроенный фильм с повествованием, похожим на сон. Актеры здесь играют потрясающе и атмосфера у него окутана приглушенным светом и красивыми деталями. Но сюжет довольно вязкий и потому будет в тяжесть зрителям, привыкшим к понятному и динамичному кино. Да и в целом оставляет смутное ощущение, что уж очень многое или осталось между строк или в целом не было задумано к объяснению. Поэтому красиво, но спорно.
Режиссёр фильма не скрывает от нас с самого начала то, что мы всего лишь смотрим фильм, поэтому здесь может происходить всё самое невероятное. От имени известного писателя, он преподносит нам написанную им историю о своей жене, фотографе, его девушке, его отце. Многовриантное развитие событий, с несколькими возможностями заполучить свою настоящую любовь, без особой привязки к хронологии, с вовлечением самого писателя в происходящее в роли одного из героев любовного треугольника – всё это сбивает с толку и как-то химерно закручивает сюжет в клубок человеческих переживаний и устремлений с Датским окрасом.
Реализовано всё это причём особой техникой съёмки – без упора, на разных цветовых оттенков плёнки, с наложением сцен друг на друга, с передачей особо чувственных моментов через серию фото, с натуральным освещением (а его в Коппенгагине маловато по ночам), которое добавляет фильму шарма нуара, с большим количеством сигаретного дыма, который оживляет статичные сцены и придаёт таинственности и интриги происходящему...
Мария Боневи бесподобна, она воплощение женственности, чувственности, интриги, красоты, желания... Николай Ли Каас брутален, странен, одержим, смел. Они заставят Вас сопереживать им.
Фильм разбит в дребезги и по его окончании не остаётся ощущения целостности увиденного, а только набор недосказанных, недомысленных... или недоделанных? ситуаций, неопределённостей и поводов для размышлений о любви, о нравственности, о морали и Его величестве случае...
6 из 10
"Это всего лишь конструкция. Это только фильм. Но даже при этом становится больно". Вот тут у нас с Голлумом мнения расходятся. С одной стороны, да, история про любовь, про выбор, жизненная и прям как взаправду. С другой, осточертевшие эти курительные томные взгляды андерграундного кино, эти перекрашенные губы и глаза героини, эта одухотворенная задумчивость героя, похожего на орангутанга. Повествование все вывернутое наизнанку, чтобы не скучно было от того, что 80% фильма происходит сидя на попе в прокуренном баре.
Музыка грустная.
История грустная.
Но меня почему-то потянуло проветрить всю свою одежду после этого мрачного курева.
Хотя смотрелось тем не менее хорошо, отрываться было жаль, потому что очень долго было непонятно, что за хрень происходит вообще на экране?
А в конце фильма ты, пытливый зритель, понимаешь что это не хрень (с секасом в день знакомства а как же!), а любоф.
Нет, моя прелесть, датских режиссеров я себе уже выбрала и это не Кристофер Боэ
фильм показался какимто глупым, совершенно ни о чём. нелепый сюжет - он видит её в метро и ни с того ни с сего кидается вслед за незнакомкой, затем они сидят в баре, потом - оказываются в её постели, а любовь - тут как тут! череда встреч и туманных диалогов, видимо призванных быть многозначительными, но на деле всё это выглядит не более чем комично учитывая что героям уже под 30 и у обоих своя устроенная жизнь. это какая-то пародия на любовь, очень упрощённая, потому что режиссёр в самом начале ставит героев перед фактом их любви, внезапно выскочившей из-за угла. поэтому мне как зрителю трудно в неё поверить, равно как трудно верить актёрам, страющимся выразить чтото большое и светлое едва заметными движениями мимических мышц. особенно с трудом они двигаются у главного героя с его брутальной внешностью.
с другой стороны, понравилась операторская работа, и в целом фильм было приятно и легко смотреть из-за чередования действия и неких расслабляющих пауз, наполненных музыкой и размытыми наложенными друг на друга образами.
Что такое Реконструкция?
Это фильм, который гордо заявляет: Я фильм, он не пытается проникнуть в вас и тем более выдать себя за настоящую историю - я люблю такие фильмы, потому что они всегда остаются на приличном расстоянии от сердца и предлагают думать, не задевая чувств – этим они и хороши.
Вы точно не найдёте здесь ясности, чёткой линии развития событий, хорошей истории или слишком явной драмы. Здесь будут объятия, город и много сигарет. Сигареты, кстати, мелькают почти в каждом кадре, будь то просьба зажигалки или занятия любовью - кстати, красивая сцена, «нарезанная» из пауз. Может, дело в том, что одинокие люди курят чаще других? Я не говорю, что быть одиноким - значит быть курильщиком. Нет. Просто чаще получается так, что курят именно одинокие люди. И те, кто ощущают себя одинокими - у них могут быть друзья, семьи, дети, любовницы - это ведь ни на что не влияет на самом деле.
Один главный герой, кстати, совершенно мне неприятный. Он слишком… широкий. Слишком широкое лицо, слишком широкий приоткрытый рот, слишком широкие зубы, неоплаченное такси, неоплаченный счёт из ресторана и постоянное желание сбежать – не из заведения - так хотя бы из отношений. Ему ничего не стоит оставить девушку, которой он говорит, что любит, сидеть в баре, потому что за окном прошла незнакомка- девушка будет бежать за ним вслед, конечно, недоумевать, но это ничего не исправит. Эти люди страшнее всех-те, кто ни к кому не привязываются по-настоящему, которые любят исключительно pour un beau geste- ради красивого жеста, красиво й истории или новой эмоции. С ними интересно общаться, пока они не бросают вас, зато вы сполна получаете все те «диалоги», которых не хватает в обычной, реальной жизни.
- Это точно разрешено? время, чтобы подумать?
В этом фильме есть красивая блондинка, даже две, одна - слишком, вторая - недостаточно, наверное, от этого обе несчастны. Постоянная проверка на «подлинность», постоянная вариативность сюжета и длинное прощание. Я бы вообще сказала, что это фильм о прощании- о том, как это бывает на самом деле.
Кстати, о второй блондинке - простой, девушке главного героя-фотографа (да, его камера - единственное, что меня привлекает в нём). Есть прекрасная сцена в фильме, где главный герой, его девушка и его отец сидят в ресторане- девушка протягивает руку, ставит её на стол, ожидая, что герой возьмёт её. Он, конечно, «не обращает» на это внимания. Этим всегда начинается: вы протягиваете ему руку, а он будто бы не видит её. он ведёт свою руку вдоль вашей руки, почти касаясь её - не задевает, тянется дальше - и берёт что-то со стола, например, вилку, как будто она ему и была нужна. на самом деле он просто показывает, что больше не хочет держать вашу руку. так всё начинается- следите за руками. А потом вы находите себя в вагоне метро, у окна - он только что сбежал прямо из захлопывающихся дверей, бросив напоследок, что ему надо уходить.
Итог: фильм получил золотую камеру Каннского фестиваля 2003, наверное, есть за что. Много красивых диалогов, мало действия, один город, четыре героя, разорванная в клочья книга и мир, который забывает про вас. Пожалуй, стоит посмотреть.