Все отзывы о фильме «Молчание Лорны»

Прошедший 61-й Каннский кинофестиваль, по всей видимости, войдет в историю как некая важная памятка о творческих неудачах почти всех главных самородков авторского кино, так или иначе, многие в том году дали петуха - от нещадно поругаемого Гарреля до пошляцкого Вендерса. Бельгийские же братья Дарденн, которые приверженцы жанра жесткого реализма, дважды каннские лауреаты и просто очень важные режиссеры на кинематографической карте мира, не то чтобы публично сели в лужу – так опустили планку пониже, сделали шаг назад. Тем не менее, их новая работа «Молчание Лорны» – приятная фестивальная картина, в которой особо нечего превозносить, но и вряд ли найдется, что обругать, - получила награду за лучший сценарий.

В основе правдивая история социальной работницы, рассказавшей режиссерам о тяжелой судьбе своего брата-наркомана, которого русская мафия хотела сделать мужем албанской беженки. Дарденны взяли ее за основу и нарастили сюжет: обладательница очаровательной мальчишеской прически, дивных глаз и старомодного имени, красивая барышня Лорна фиктивно вышла замуж за безработного льежского торчка Клоди и получила гражданство, теперь она ждет, когда крепкие парни в кожаных куртках организуют ему передозировку, чтобы второй раз – опять же фиктивно – вступить в брак, но уже с русским мафиозо. На вырученные деньги Лорна планирует открыть кафе-бар и обеспечить себе светлое будущее с бойфрендом по кличке Сокол, который, разумеется, в курсе всей круговерти. Авантюра осложняется тем, что наркоман Клоди потихоньку слезает с героиновой иглы, а в душе героини начинает что-то щелкать - нежность, жалость, любовь? Не важно; в разговорах с подельниками она, сама того не замечая, все чаще вставляет подозрительную фразу: «А может быть русский подождет еще?»

Удивительно, но про новый фильм можно сказать ровно то же самое, что про «Дитя» или «Розетту»: это очень трудная социальная драма – раз; с выразительнейшей игрой актёров – два; в ней режиссеры поднимают самые проблемные темы общества – три; они более-менее дают совершенно независимый взгляд на них – пожалуй, четыре. Прошло почти пятнадцать лет с дебютного «Обещания», а ровным счетом ничего не изменилось: те же магистральные темы совести и фирменные метаморфозы, та же блочная хрущоба в качестве неизменного жизненного фона, та же деликатная в своей отстраненной манере камера. Любимая братьями сцена, как кто-то в кадре внимательно и методично пересчитывает пачку крупных купюр, повторяется за фильм не раз и не два. Если и есть такое понятие «режиссерская эволюция», то на Дарденнов она загадочным образом не распространяется. Экспериментируя немного с формой (к героям эмигрантам тут добавились мошенники и мутные русские, произносящие за столом «на здоровье!») и нарративом (ключевые события, как ни странно, остаются за кадром), они остались верны сами себе. На экране – молодая албанка Арта Доброши, похожая чем-то на повзрослевшую Эллен Пэйдж, ну а в фокусе – привычно сырой кусок жизни, остывающее жесткое мясо на кости. Тот редкий случай, когда вообще не надо себя ни в чем убеждать – ясный и четкий сюжет, сыгранный на эмоциях, без лишних слов. За это конечно не дают в третий раз «ветку», но хлопают, хлопают точно минуты три.

Кому, как не Дарденнам провозглашать в творчестве наиболее актуальные темы для современной Европы. Так и в этот раз – цена звонкой монеты и «все что скрыто» в торговле гражданством и наплыве нелегальной экранизации высказано наиболее четко и внятно и, главное, достоверно, из того, что было в последнее время. И достоверность тут не в том, сколько стоит такая операция и насколько точно описаны юридические проволочки, а просто происходящее на экране имеет невероятно высокий градус доверия и искренности, что для нового европейского соцреализма ай как важно. Впрочем, надо отдать должное, при всем своем превосходном качестве, обвинения картины в некой вторичности и уценки не звучат так уж глупо и нелепо.
Но чем же отличается фильм от прежних картин Дарденн, особенно более титулованных и воспетых? Во-первых, в визуальном отношении камера принимает более статичный вид, все снято впервые на 35 миллиметров, обилия ручной съемки и мощного дыхания Догмы95 больше не ощущается, хотя в остальном визуально «Молчание Лорны» продолжает пасмурно-урбанистическую традицию предшествующих лент. Схожи и визуальные образы героев, некоторые лица даже уже знакомы как родные за все это время (Ронджоне, Ренье, Гурме). По прежнему нет музыки. По крайней в том виде, в котором она используется в более форматном кино. Хотя в финале грянет сам Бетховен.
Изменения слегка коснулись и относительно повествовательной манеры. В отличие от более ранних фильмов, в этот раз все сюжетные перипетии вырисовываются гораздо быстрей и четче, хотя в целом документалистика на все это по прежнему отбрасывает мрачноватую тень. Беженка албанка Лорна (которую играет албанско-приштинская дебютантка Арта Деброши) заключает фиктивный и взаимовыгодный брак с бельгийским наркоманом по имени Клоди. Брак оказывает чуть более взаимовыгодный, чем того ожидалось – Клоди пытается покончить с наркоманкой и выбирает Лорну в качестве якоря, чтобы выбраться на свет. Это совсем не выгодно ни ей, ни бандитствующему таксисту, который занимается подобными сделками, ни бойфренду Лорны – Соколу, с которым та мечтает открыть бар. Пока же она моет чужую одежду, а Сокол занимается еще более черновой и опасной для здоровья работой. Чтобы побыстрей провернуть сделку – а там еще какой-то русский на очереди стоит и поторапливает – парня решают подтолкнуть в пропасть, устроив ему передозировку. Лорна категорически против, вспыхивает какой-то всполох эмоций, но судьба распоряжается по своему. В результате происшедших событий сознание Лорны совершает кульбит и она решает, что беременна от Клоди. Впрочем, надо отметить, что нарратив тут резанный. Например, само убийство Клоди не показано и это отлично срабатывает. Был человек – и вещи несут сдавать, а вокруг непонятно почему щемящая пустота.
Удивительно, но именно концовка фильма вызвала наиболее бурные дебаты вокруг себя из всего того, что в фильме успело проме�