
Трое жителей Монреаля, один - специалист по взламыванию сейфов, один - специалист по отключению сигнализации, один - специалист по поиску скупщиков краденого, решили увести из усиленно охраняемого подвала таможни бесценный скипетр французской королевы XVI века.
Если вы попробуете спеть "Как-то шли на дело я и Рабинович" на мотив "Отцвели уж давно хризантемы в саду", вы получите общее представление о картине. Криминальная интрига сводится к одному слову - "грабят". За сюжетом следить так же интересно, как спрягать глагол "грабить". Единственная эффектная техническая подробность в ограблении припасена для финала, но чтобы дожить до него, придется ровно два часа и три минуты бороться со сном. Потому что этот фильм сделан не как фильм, а как лекарственный препарат для страдающих хронической бессонницей. Зрители - попугаи, зал - клетка, а фильм - черный платок, накинутый сверху. Поскольку один из героев - управляющий джаз-кафе, все время играет блюз, вяло борющийся с заложенной в самом слове blues скукой. Пока пощипывание контрабаса и бархатные голоса негритянок убаюкивают слух, глаз застилает темнота. За окном все время ливень, а у героев то ли денег нет на электричество, то ли они видеть друг друга не желают (что я очень хорошо понимаю), но свет не включают - в кадре сумрачно, местами - темно. Монреаль - то ли на удивление безликий город, то ли снят таким. В его пасмурном пейзаже разлит какой-то неприятный пенсионерский настрой, который ближе к концу приобретает агрессивные черты. Но даже "тряхнуть стариной" - это не про "Медвежатника": если бы Де Ниро и Брандо, какие они в этом фильме, только попробовали так сделать, из каждого высыпалось бы по центнеру песка.