Контуженый профессиональный боксер-дальтоник c невозможным именем Борис Никитин (Куценко), родной брат тарантиновского Бутча Кулиджа, которому до полной потери ума и памяти не хватает буквально одного-двух ударов по бритой башке, бежит на поезде от своих обязательств перед какими-то очень серьезными московскими людьми. Бежит и на манер героев американских нуаров застревает в умирающем приморском городе, где царят запустение, тоска и несметные полчища мягких игрушек, в шизофренических количествах выпускаемых местным производством.

С ходу обворованный, обманутый, обремененный ненужным плюшевым слоном и растущим, как снежный ком, набором обязательств перед хваткими корыстными горожанами, герой к тому же оказывается втянут в странную любовь с главной местной красоткой — болезненно мечтательной барышней, работающей в библиотеке, по коридорам которой она полфильма левитирует весьма остроумным и кинематографичным образом, безусловно делающим честь тому, кто этот способ придумал.

Дебют недавней выпускницы ВГИКа, изрядно запинающийся, срывающийся местами в какую-то совершенно необязательную тут кустурицевщину, а заканчивающийся и вовсе никак, — «Марс» тем не менее оставляет после себя на удивление приятное и внятное чувство, будто неожиданно повстречался с чем-то очень хорошим, логичным и круглым. И это, кажется, первый в фильмографии артиста Куценко случай, когда его всегдашний вид человека, совсем не понимающего кто он, зачем он и где, оказывается безоговорочно к месту.