Все отзывы о фильме «Лед-2»

Трагичная мелодрама Жоры Крыжовникова, которая растопит даже самое черствое сердце

Фигуристка Надя Лапшина (Аглая Тарасова) и хоккеист Саша Горин (Александр Петров), вокруг которых в финале первого «Льда» камера закружилась как в «Телохранителе», поженились. Теперь они ждут ребенка, но ожидание первенца омрачается тем, что врачи не советуют Наде рожать (сказывается старая травма, роды могут привести к летальному исходу). Ничего не сказав Саше, девушка соглашается на рискованный шаг и (поверьте, это не спойлер) умирает еще в прологе. Убитый горем Горин остается с новорожденной дочкой на руках (он назовет девочку в честь возлюбленной — Надя (Виталия Корниенко) и полным непониманием, что делать дальше. Не облегчают ему задачу и органы опеки, которые рассматривают его жизнь буквально под микроскопом (несмотря на то, что сердобольная героиня Надежды Михалковой, в общем-то, на его стороне). На помощь Горину приходит тренер Нади — Ирина Сергеевна Шаталина (Мария Аронова), которая берется помочь ему в воспитании девочки. И все вроде бы идет хорошо, однако гиперопека Горина (он не разрешает девочке встать на коньки) выходит ему боком: после несчастного случая суд не разрешает ему видеться с дочерью. Чтобы стать лучшей версией себя, он с помощью героини Юлии Хлыниной возвращается в хоккей, но Шаталина ни при каких обстоятельствах не хочет отдавать ему ребенка. Начинается долгая и муторная судебная тяжба в духе «Крамер против Крамера» и фильма Ноя Баумбаха.

Когда-то в Новом Голливуде с легкой подачи Стивена Спилберга появился термин «хай-концепт», означающий задумку, суть которой можно объяснить на пальцах. Согласно такому хай-концепту новый фильм Жоры Крыжовникова, например, легко превратить в следующее уравнение: «Лед-2» = «Звоните ДиКаприо!» + «Брачная история». Однако (хвала небесам!) ни одной даже самой успешной формулой невозможно объяснить магию кино. В любом хорошем фильме слишком много переменных. В любом хорошем фильме каждый может найти что-то для себя. Главное помнить: кино — это не только нарратив и визуал, но и люди.

Именно люди, а точнее, противоречивая человеческая натура, наша странная деструктивная природа так завораживают режиссера. Герои Крыжовникова могут показаться неприятными или даже омерзительными, но это только потому, что он делает их неоднозначными, выпуклыми, живыми (а еще, как адепт олдскульной драматургии, в котором чувствуется школа Марка Захарова, знает, как выстраивать персонажей так, чтобы потом они высекали искры друг из друга). Крыжовникова легко записать в мизантропы (и мизогинисты), но это будет очень однобокий взгляд, который не приближает к пониманию его картин. Как и Ларс фон Триер, он на высоких скоростях смешивает «высокое» (античную семейную драму) с «низким» (пошлейшей спортивной мелодрамой, да еще и мюзиклом), чтобы на выходе получить невообразимый драматургический и музыкальный микс, в котором «Иванушки International» пускаются в дикий пляс с группой t.A.T.u., песнями «Прекрасное далеко», «Озеро надежды», «Пчеловод» и композицией «В пещере горного короля».

От таких перепадов, надо признаться, немного укачивает, но путь к сердцу народа, как известно, лежит через узнаваемые, известные хиты — и Крыжовников в своей картине смешивает самые разные культурные коды, чтобы растопить заледеневшие, как у Кая, зрительские сердца. Это ему удается (на предпоказе лично видел, как сладкие парочки захлебывались слезами), в первую очередь не потому, что он снимает сиквел «Льда», а потому, что снимает свое кино. И, что важно, это не тот самый случай, когда продолжение получилось не хуже оригинала (как, скажем, «Чужие»), а когда продолжение получилось даже лучше! Апроприируя, присваивая чужой материал, Крыжовников делает его своим (совсем как Деймон Линделоф в сериальном сиквеле «Хранителей», когда он не может заглянуть в лицо доктору Манхэттену, пока не сделает его своим героем). Для этого режиссер в прологе фильма, например, убивает одного из центральных персонажей первой части. Не слишком ли это жестко, скажете вы. Но в том-то и дело, что Крыжовников не про то, чтобы делать мягко. С самого начала ему нужно вырвать ковер из-под ног зрителей, огорошить и ошарашить его, чтобы потом начать вести серьезный разговор в формате как бы развлекательного и праздничного кино.

Вообще, в том, что картина выходит 14 февраля, на День всех влюбленных, сквозит изрядная доля иронии и цинизма — это история не про любовь мужчины и женщины, а отца и дочери. Крыжовников целенаправленно нарушает конвенции жанра мелодрамы, не давая персонажу Петрова завести роман ни с героиней Надежды Михалковой, ни Юлии Хлыниной (его напарницей не только по «Звоните ДиКаприо!», но и по «Закону каменных джунглей»). Если вас это будет раздражать, значит, вы не поняли истинную мотивацию Горина: весь его мир вращается только вокруг одного человека. И это роднит второй «Лед» с недавней картиной Кейси Аффлека — постапокалиптической сурвайвал-драмой «Свет моей жизни», в которой главный герой (тоже безутешный отец) не мог ослабить хватку и перестать беспокоиться за дочь.

Любопытно, что выводы, к которым приходят Крыжовников, Аффлек и та же Дебра Граник в «Не оставляй следов», по сути, оказываются идентичны: нужно научиться отпускать близких людей (как живых, так и мертвых). Но Крыжовников не был бы самим собой, если бы не снабдил фильм еще и социальным комментарием. В «Звоните ДиКаприо!» у него роль триггера и разрушительной силы выполнял СПИД (современная метафора античного рока), в сиквеле «Льда» — это органы опеки и суд, система, которая не видит в человеке человека. Хотя, безусловно, своя правда есть и у коллеги Надежды Михалковой из органов опеки, которая хочет выставить Горина плохим отцом. Вообще, главная прелесть фильма в том, что он за каждым героем оставляет свою, непримиримую, правду. В итоге из всего этого рождается настоящая, а не фейковая драма — отличный подарок для тех, кто не знает, на что пойти в кино 14 февраля. Но будьте готовы, что в этой праздничной коробке окажутся не сладости, а сваливающая с ног сибирская язва (недаром же действие фильма происходит в Иркутске).