Отрицательные отзывы о фильме «Консервы»

Журналист Давыдов (Башаров) отправлен на каторгу за то, что потревожил ваххабитско-урановый заговор в генералитете, а также из-за того, что ближайший друг генерал, у которого Давыдов когда-то увел жену (Толкалина), хочет эту жену обратно. В местах заключения журналист спасается чтением Молитвы оптинских старцев и дружбой с двумя достойными людьми — эфэсбэшным киллером (Серебряков), по случайности сидящим из-за той же урановой истории, и благородным вором в законе (Шакуров), замышляющим массовый побег.

Всегда бывший богом рекламных вкраплений, в «Консервах» Кончаловский бьет даже собственные достижения: тут, например, офицер ФСБ, едва ли не над трупом стоя, в голос зачитывает проморелиз компании «Рамблер». Но штука в том, что, всерьез инкриминируя ему этот эпизод — да и любой другой, от крика главного злодея: «Отдай диск, получишь жену», звучащего как объявление о потребительской акции, до финала, взятого из «Королевства кривых зеркал» (Егор Андреевич вообще, судя по всему, читает исключительно детскую литературу), — выставляешь дураком в первую очередь себя. Трюизм, что в основе критики лежит бессильная зависть критика к творцу, в случае с Кончаловским справедлив как никогда. Ему завидуешь жгучей, звериной завистью — ибо этот человек совершенно свободен, его не тянут к земле ни стыд, ни талант, ни ответственность перед инвесторами (притом что «Консервы», на минутку, стоили в районе $5 млн). Как художник он действует в соответствии с малоизвестной у нас (но в обязательном порядке стоящей на полке у всех агентов американского влияния) объективистской доктриной Айн Рэнд: триумфально отказывается испытывать чувство вины за факт своего существования на свете. И я убежден: несмотря на несущуюся по его адресу брань и с каждым разом все более неутешительные кассовые сборы, он (как, к слову, и агенты влияния) счастливей всех нас, вместе взятых.